Беспредел

Героиновая королева

   Жизнь наркокурьера полна неожиданностей. Конец почти всегда бывает один - на запястьях этого человека защелкиваются наручники.
   Она совершила еще три поездки в Москву, и все они прошли гладко. Мухабад теперь хорошо знала все углы и закоулки и в Чкаловской, и в Домодедове, знала, куда надо повернуть, если сзади неожиданно окажется хвост, и куда нужно нырнуть в случае серьезной опасности. Она была твердо уверена, что десятипоездочный рубеж преодолеет легко, поездки ее будут совершаться бесконечно, и с каждой такой ходкой ее состояние будет расти. Часть денег она уже переправила в кишлак, мужу, в ответ он прислал ей горячее, полное нежных слов письмо. Ради этого письма стоило работать и рисковать...
   Затем Мухабад совершила восьмую и девятую поездки - все прошло благополучно. Наступила очередь поездки десятой.
   Под Москвой, недалеко от аэропортовского поселка Шереметьево разместился штаб отдельного пограничного отряда, которым командует генерал Александр Шайкин. Отряд этот состоит едва ли не сплошь из девчонок, именно шайкинские девчонки сидят в пограничных будках всех московских аэропортов, они пропускают пассажиров сквозь границу также в Чкаловской, в Твери, в Иванове. Надо заметить, что девчоночий отряд зарекомендовал себя более чем хорошо - начальство хвалится им, нахвалиться не может. Большая часть девчонок имеет высшее образование, многие из них - незамужние, так что иного кавалера юная прапорщица ощупывает порою взглядом не только на предмет проверки личности и насчет того, соответствует ли "натура" фотоизображению, но и на предмет возможного замужества. К женщинам, попадающим в поле их зрения, они относятся с меньшим вниманием, чем к мужчинам, так показалось Мухабад. И это было ей понятно.
   На этот раз Мухабад прилетела в Чкаловскую. Чкаловская ей нравилась больше, чем другие аэропорты: здесь царила, несмотря на строгости военного городка, некая неразбериха, в которой легко было затеряться, да и таможенники здесь были менее суровые, чем в других местах, и пограничники помягче.
   Погода в Москве стояла жаркая, очень жаркая. Говорят, такой жары не было здесь лет тридцать: зелень на деревьях и кустах пожухла и почернела, трава высохла, окостенела, тронь ее ногою - звенит, будто железная струна... Мухабад усмехнулась про себя: не ведают господа москвичи, какая жара выпадает в Таджикистане. Там не только трава, там люди выжариваются до металлического звона.
   Она оправила на себе роскошный лисий воротник, поддернула на плече ремень сумки и вошла в пограничную кабинку. Благополучно миновала ее и переместилась к таможенным воротцам.
   Она не заметила, как за ней из кабинки вышла невысокая светловолосая девушка с лейтенантскими погонами на плечах - тут этих девушек с погонами пруд пруди, глаза сломать можно, да потом главное для Мухабад - пройти таможню, а не границу.
   Девушка с лейтенантскими погонами была Ольга Зеленова. Она зацепилась взглядом за одну деталь в костюме Мухабад - за дорогой лисий воротник...
   Во-первых, этот роскошный воротник Ольга уже видела. Взгляд у нее был молодой, цепкий, все запоминающий, если уж она на что-то обратила внимание, то помнить это будет долго. Да, этот красноватый с дивным мехом лисий воротник она уже видела. И видела здесь, в Чкаловской... Это первое. Второе: почему в эту труднопереносимую, все расплавляющую жару эта женщина кутается в мех? Да под ним же свариться можно! Зеленова шагнула вслед за Мухабад к таможенникам, подошла к старшему смены - смешливому усатому выпускнику Тимирязевской академии, пришедшему работать в таможню из крупного тепличного хозяйства:
   - Эту даму, прилетевшую из Душанбе, надо получше проверить, - сказала она.
   - А что, есть подозрения?
   - Есть. И в первую очередь обратите внимание на ее роскошный лисий воротник...
   Так закончился десятый, "юбилейный" рейс Мухабад Рабиевой в Москву. Через полчаса Мухабад, бледная, с разом похудевшим лицом, давала показания усталому хмурому человеку, чьи зеленые таможенные погоны были украшены четырьмя звездочками и, глотая слезы, давала пояснения насчет того, как к ней попал героин. Крупная партия героина. В память назойливо лезло предупреждение, услышанное ею в Душанбе: более десяти раз курьер с грузом наркотиков на ту или эту сторону не ходит. Не получилось и у Мухабад Рабиевой.
   Пока идет следствие. Следствие, надо полагать, учитывая межгосударственные отношения с Республикой Таджикистан, продлится долго. Потом, естественно, состоится суд. Будет судить Мухабад Рабиеву, конечно же, наш, российский суд. Получит она немного - три, максимум, четыре года. Большее ей не светит. Впрочем, кто знает. В Сингапуре, например, пойманных наркокурьеров расстреливают независимо от того, гражданами чьих стран они являются...