Беспредел

Гибель дальнобойщика

   Как-то раз водитель решил взять в дорогу попутчика-односельчанина: все-таки возвращаться вдвоем домой будет веселее. Кто бы знал, что поездка закончится совсем невесело.

   Профессия дальнобойщика - водителя, совершающего дальние поездки по трассам между городами и даже странами, справедливо считается одной из самых опасных - на "дальнобоев" часто нападают, захватывают грузы, наживаются на продаже товара, находящегося в кузове; дело дошло до того, что на автомагистралях появились целые банды, единственным занятием которых были нападения на груженые фуры.
   Да и дальнобойщики научились защищаться - в большинстве своем они ходят ныне хорошо организованными колоннами, где очень четко распределены обязанности и проработан порядок действий в случае нападения на колонну. Одиночные дальнобои стараются запастись каким-нибудь оружием. Я как-то беседовал с дальнобойщиками - мне было интересно, как они защищаются?
   Оказалось, что почти все они нарушали и продолжают нарушать закон: один купил на рынке гранату и держит ее в бардачке, выезжает в рейсы теперь только с "боевой подругой", второй приобрел огромный самодельный нож, сработанный, судя по всему, в зоне, умельцами тамошней мастерской, третий обзавелся газовым пистолетом, переделанным под патрон от "макарова", и так далее.
   У каждого в мешке есть потайные места, куда никакая собака не доберется, не говоря уже о таможенниках, там дальнобои это оружие и прячут. И при случае защищаются от наезжающих на них братков. Но нападения на дальнобоев все равно происходят. Иногда так, как описано в этом материале.
   Водитель Усть-Куломского муниципального предприятия "Райжилкомхоз" Евгений Николаевич Львович часто выезжал на своем "КамАЗе"-самосвале в дальние рейсы. И чего он только не привозил в свой родной поселок - центр Усть-Куломского района! Был Львович человеком трудолюбивым, обязательным, совершенно безотказным: если бы начальство задумало послать его в Антарктиду за пингвинами - поехал бы и туда, и, выполняя приказ, обязательно добрался бы до Антарктиды с ее лютыми морозами и смешными ходячими птицами, несмотря на то, что в тот край не ведет ни одна дорога.
   Работу свою Львович любил, машину боготворил, был примерным семьянином, из каждой поездки домой привозил гостинцы - всем привозил, даже взрослым детям.
   В тот жаркий июльский день он получил от своего директора Воробьева Виктора Владимировича задание отправиться в город Киров и привезти оттуда строительные материалы: 130 рулонов рубероида, полтонны электродов, а также купить за наличные деньги обои и доставить их в Усть-Кулом.
   Львович привычно проговорил: "Есть!" - как солдат в армии - и начал готовить свой "КамАЗ" к дальнему рейсу.
   Выехал он из Усть-Кулома шестнадцатого числа, по дороге переночевал на одной из автостоянок, расположенных на трассе, - ночевал прямо в кабине, благо места в "КамАЗе" много, проснулся на рассвете, едва солнышко начало всходить, под пение птиц, наскоро выпил стакан теплого чая из термоса, заел чай бутербродами, заботливо приготовленными женой, и двинулся дальше.
   Вскоре он достиг города Кирова, заехал на одну базу, взял рубероид, на другой прихватил электроды, в магазине купил обои, стараясь угадать, какие из них понравятся Воробьеву, - в конце концов выбрал те, что понравились ему, - вышел из магазина с охапкой обоев и неожиданно услышал громкий радостный возглас:
   - Женя!
   Остановился. Обернулся на возглас. Звали встреченного им человека Саня Репин - жил у них в Усть-Куломе, на Нагорной улице. Приехал в Коми из Татарии, иногда появлялся в "Райжилкомхозе", просил какую-нибудь работу, но работы не было... Львович знал Репина по службе в армии, но близко знаком не был, а тут обрадовался: все-таки знакомый человек...
   - Ты откуда? - спросил.
   - Из Казани, от матери еду, - ответил Репин.
   - А куда?
   - Как куда? В Усть-Кулом, естественно. Другого места у меня теперь нету. Не прихватишь меня с собой, когда соберешься в обратную дорогу?
   - Сегодня и двинусь обратно, - сказал Львович.
   Вообще-то Львович попутчиков никогда не брал, но Репин был свой, усть-куломский, не взять его было нельзя.
   - Когда думаешь выезжать? - спросил Репин тоном, враз сделавшимся деловым, - он уже считал себя попутчиком Львовича.
   - Примерно в три часа дня, - ответил Львович.
   - Тогда я не буду отлучаться, помотаюсь с тобой по городу, а потом вместе и двинемся, - сказал Репин, закидывая в кабину "КамАЗа" свою сумку.
   Выехали из Кирова, как и наметил Львович, в три часа дня.
   Перед тем как выбраться из Кирова на трассу, ведущую в Республику Коми, Львович остановился около одного из торговых ларьков и купил два ящика дешевого крепкого напитка - в уголовном деле он проходит под определением "спиртосодержащая жидкость", - целый взвод одинаковых поллитровых бутылок, запечатанных блестящими жестяными пробками, загрузил в кабину.
   Репин не выдержал, потер руки.
   - Во, будет чем развлечься в дороге, - сказал он.
   Львович покосился на него и ничего не ответил.
   Дорога до Усть-Кулома долгая, однообразные пейзажи нагоняют дрему. Репин дремал то с закрытыми глазами, то с открытыми, потом встряхнулся, вздернул над собой руки и сделался бодрым, словно бы никакой дремы и не было, покосился на ящик со "спиртосодержащей жидкостью" и попросил:
   - Жень, отстегни от этого богатства одну бутылку, а!
   Львович понимал, что попутчик от него не отстанет, будет нудить всю оставшуюся дорогу и просить бутылку, вздохнул обреченно и достал из ящика одну поллитровку.
   - Держи!
   Репин справился с бутылкой в мгновение ока, Львович даже глазом моргнуть не успел, как Репин поцеловал опустошенную поллитровку в прохладный бочок и с сожалением выкинул в окно машины.
   - Ты, конечно, будешь ругать меня последними словами, - сказал он водителю, - но я попрошу у тебя еще одну бутылку.
   Львович снова вздохнул и подтянул к себе ящик со "спиртосодержащей жидкостью", взялся за одну из бутылок, вытянул ее наружу, но в следующий момент, отрицательно покачав головой, загнал ее обратно.
   - Извини, не могу, - сказал он Репину.
   - Ну, дай еще одну бутылку, - Репин повысил голос, - в Усть-Куломе я отдам тебе за нее деньги.
   - Да не нужны мне твои деньги, пойми, - в сердцах воскликнул Львович, - это пойло не мое, чужое, я его должен отдать человеку, который его заказал.
   - Я же тебе сказал - в Усть-Куломе отдам деньги.
   - Извини еще раз - не могу, - сказал Львович.
   Репин насупился, стиснул зубы.
   - Не думал, не гадал, что ты окажешься таким жмотом, - пробормотал он.
   - Да не жмот я, - Львович досадливо поморщился, потом, поняв, что объяснять что-либо Репину бесполезно, махнул рукой и замолчал.
   Проехали километров восемьдесят, и "КамАЗ" неожиданно затрясло, Львович крякнул, закрутил головой, будто воротник больно стиснул ему шею, и, съехав на обочину, остановил машину, "КамАЗ" с верхом накрыло пылью. Львович закашлялся, проворно обежал машину кругом, ткнул ногой в просевший скат - правым передним колесом он подцепил гвоздь.
   Колесо надо было менять. Львович достал домкрат, ключи и быстро "подвесил" машину на пятку подъемного устройства.
   Репин отошел в сторону, у одного из запыленных кустов помочился - "спиртосодержащая жидкость" дала о себе знать, потом решил помочь Львовичу - все-таки в одиночку тот с тяжелым колесом будет колупаться очень долго - и неожиданно увидел валявшийся на земле обрезок трубы.
   Он был совершенно чистый, этот обрезок, ни одной пылинки на нем, словно бы кто-то только что положил его или некая нечистая сила решила позабавиться...
   Репин, не долго думая, подхватил обрезок, - тот точно лег ему в руку, - подкинул, поймал и, подойдя к Львовичу, который уже закручивал на колесе гайку, хлобыстнул его трубой по голове.
   Львович застонал, согнулся вдвое - стал виден его затылок и худая, заросшая давно не стриженным волосом шея.
   Репин ударил его по затылку, целя в самое основание, в то самое место, где затылок смыкается с шеей, Львович ткнулся головой в колесо и растянулся в пыли. Репин отшвырнул трубу в сторону. Львович дернулся несколько раз и затих - ушел из жизни он быстро.
   Репин ухватил его за руку, пощупал пульс - рука была безжизненна, никакого пульса. Репин отпустил руку, та тяжело шлепнулась в пыль.
   - М-да, не думал я, что ты так быстро скапустишься, - озадаченно произнес Репин, ухватил водителя под мышки, оттащил в кювет и завалил труп ветками.
   Вспрыгнув на колесо, посмотрел, что за груз находится в кузове, довольно потер руки - теперь это добро принадлежит ему. Таким образом Репин, как было отмечено в обвинительном заключении, составленном следователем республиканской прокуратуры Д.В. Терентьевым, "похитил находящиеся в автомобиле "КамАЗ"-5511, государственный номер В 742 АК 11, товары: 130 рулонов рубероида на сумму 18 072,6 рублей, 500 килограммов электродов на сумму 10 500 рублей и обои на сумму 3000 рублей, принадлежащие Усть-Куломскому МУП "Райжилкомхоз". Ущерб составил 31 572,6 рубля. С целью последующего сбыта похищенного имущества Репин неправомерно завладел машиной, которой распорядился по собственному усмотрению.
   В результате Репин совершил несколько преступлений: убийство (статья 105 Уголовного кодекса РФ), кража (статья 158 УК), угон (статья 166 УК) и умышленное повреждение чужого имущества (статья 167 УК)".
   Репин столкнул в сторону, в кювет поврежденное колесо, отбросил домкрат и ключи, прыгнул за руль "КамАЗа" и был таков.
   Он гонял на этом "КамАЗе" три дня - распродавал товар. Причем просил цену меньшую, чем в магазине, - например, электроды, все пятьсот килограммов, продал всего за тысячу рублей.
   Ночью двадцатого июля Репин приехал в Усть-Кулом, около моста через реку Вычегду сбросил в кусты пятнадцать рулонов рубероида и две упаковки обоев, а также два изрядно поредевших ящика со "спиртосодержащей жидкостью". Теперь предстояло сделать последнее - уничтожить машину, а с ней и все следы. И тогда никто ничего не узнает. Он погнал машину в сторону поселка Носим. Там, по дороге, если свернуть в лес, в глубине, располагался старый карьер.
   В карьере Репин поджег машину. Вместе с остатками товара (рубероида оставалось 88 кусков). Выйдя из леса, на попутке добрался до Усть-Кулома, спрятал обои и рубероид, оставленные у моста, и вскоре находился уже в доме давней своей зазнобы.
   Тайное всегда становится явным. Тело убитого водителя очень скоро нашли грибники, оно было опознано, был найден и "КамАЗ"; отыскались и не менее двух десятков свидетелей, которые видели, как Репин продавал рубероид и обои с электродами.
   Вскоре убийца был арестован.