Беспредел

Выстрел в парке

   Один тульский предприниматель решил весьма "оригинальным" способом погасить свои долги...

   Официально учредителем кафе "Солнышко" являлась фирма "Камель", занимавшаяся розничной торговлей. Некий Мачульский был владельцем "Камели", а значит, и "Солнышка"; через два года он переоформил кафе на Савину Т.А., но от дел не отошел - по-прежнему поставлял в кафе продукты, заправлял кухней, контролировал кассу и стриг купоны - забирал себе прибыль...
   Прошел еще год.
   Бойким местом заинтересовались два городских предпринимателя: Лапушкин В.В., учредитель общества с ограниченной ответственностью "Транстехмет", и Горовенко Д.А. - учредитель ООО "Трансмет". Они обратились к Мачульскому с предложением:
   - Нет ли у вас желания продать нам кафе?
   На Савину, как на серьезного конкурента, они, похоже, не смотрели, тем более что узнали, что у Савиной - задолженность по арендной плате за землю, плюс набежала довольно крупная пеня - сумма примерно такая же, как и сумма долга, - в общем, переговоры они вели с Мачульским. Мачульский подумал, подумал и сказал предпринимателям:
   - Почему бы не продать? Я готов. Называйте вашу сумму.
   Сошлись на тридцати тысячах долларов и соответственно тут же, не отходя от кассы, как принято говорить в таких случаях, сочинили нужную деловую бумагу. По этой бумаге оплата должна быть произведена в два этапа: пятьдесят процентов суммы сразу же после подписания договора и пятьдесят процентов - во второй заход, после оформления документов, через пять месяцев. Раньше документы вряд ли будут оформлены.
   Как только бумага была подписана и "высокие договаривающиеся" стороны пожали друг другу руки, Мачульский получил первую половину суммы - пятнадцать тысяч "зеленых" наличными.
   Второго этапа, когда будут оформлены строения, земля, оборудование, Мачульский не дождался - подперли кредиторы, с которыми надо было расплачиваться, разные траты по "Камели", деньги потребовались и дома, в квартирном хозяйстве, и он уже через месяц после заключения договора взял в долг у Лапушкина и Горовенко десять тысяч долларов. Соответственно на эту сумму написал расписку.
   Денег этих - больших, по нашим меркам, - Мачульскому не хватило, и он взял у Горовенко еще тысячу баксов, о чем сделал приписку в долговой бумаге на десять тысяч долларов, составленой ранее...
   Как всегда бывает в таких случаях, наступил момент, когда Мачульский горько пожалел о том, что решил продать кафе "Солнышко". Ведь он и сам мог очень не-
   плохо распоряжаться этим доходным местом, надо было только немного потерпеть, пережить худые дни - это первое, и второе - если "коллегу" Савину ему удалось отодвинуть в сторону и это получилось очень легко, все купоны доставались ему, а Савиной в основном долги, то с новыми хозяевами ему вряд ли удастся прокрутить такой финт, новые хозяева - мужики основательные, хваткие, знают, как хорошо пахнут доллары, а главное - его присутствие в "Солнышке" в будущем никак не предусмотрено - даже в качестве дворника... Не говоря уже обо всем остальном, что кормило его...
   Мачульский стал искать выход - как бы сделать так, чтобы и волки были сыты и овцы целы, и кафе осталось при нем, и взятые под расписку деньги не надо было отдавать. В общем, задача была головоломная, он и так крутился, и эдак, и так прикидывал, и сяк, и все сводилось к одному: узел этот можно было разрубить только стрельбой. Предпринимателей Лапушкина и Горовенко надо было убирать, только так можно было и кафе при себе удержать, и стойкий доход сохранить, и деньги, взятые под расписку, оставить у себя без всяких последствий. Других ходов не было.
   Колебаться Мачульский не стал - свое, как говорится, себе дороже, ближе к телу, и он поехал к своему старому знакомому Королеву А.В., который, как знал Мачульский, был в ладах с оружием, при случае мог произвести снайперский выстрел, не боялся ни милиции, ни ФСБ и не испытывал смущения перед законом.
   Конечно, мало было закопать предпринимателей в землю, надо было еще добыть и расписки, находящиеся у них, одну - на пятнадцать тысяч баксов, другую - на одиннадцать... Иначе родственники этих деятелей вцепятся в Мачульского мертвой хваткой, и деньги все равно придется отдавать... Он сказал об этом Королеву.
   - Если не добыть у них расписки, они меня живым из своих рук не выпустят.
   Королев перекатил жвачку из одного угла рта в другой:
   - Не боись, родимый! Решим эту проблему!
   Поскольку гонорар был обещан хороший, Королев решил нанять себе помощника, - чтобы не было осечки, - некоего Мелихова В.Г.
   Мачульский показал место на Первомайской улице, где новые владельцы "Солнышка" оставляли свои машины, когда приезжали в парк, показал тропинку, по которой Ладушкин и Горовенко обычно шли в кафе и из кафе, сообщил номера машин и их марки. Королев все тщательно записал.
   Несколько дней - уже в зеленом теплом мае, под ласковое пение птиц и игру солнышка - Мелихов следил за предпринимателями - ему важно было точно знать их расписание, привычки и внешность, чтобы вместо них не подстрелить какого-нибудь дядю Петю, здешнего озеленителя, или пенсионера дядю Толю, поскольку пенсионеров этих ходит по парку больше, чем положено.
   Надо заметить, что и Лапушкин и Горовенко регулярно, каждый день, почти в одно и то же время приезжали в "Солнышко", поскольку в кафе шла реконструкция, оно переоборудовалось, начинялось по-новому, и эту работу нельзя было оставлять без присмотра: один приезжал на "Мицубиси-паджеро", второй - на "Форде-мустанге". Мелихов не только "срисовал" внешность предпринимателей и расположения тропинок, по которым они шли в кафе с Первомайской улицы, но и намертво запомнил их "вид со спины", поскольку стрелять придется все-таки сзади, в затылок. Так что осечки быть не должно.
   Наступило "время "Че", как определил его Королев, любящий все военное. Был уже конец мая. День стоял светлый, теплый, времени было примерно половина первого. Королев и Мелихов приехали на Первомайскую улицу на "Жигулях" девятой модели, принадлежащих их старому приятелю, некому Агееву И.И. (правда, как потом выяснилось, ничего не знавшему о разбойных намерениях своих дружков), машину велели поставить во дворе жилого дома. Сказали Агееву, чтобы он ждал их.
   - Сколько ждать? - спросил нетерпеливый Агеев.
   - Сколько понадобится, столько и жди, - резким тоном ответил ему Королев, а когда тот присвистнул в неком нехорошем изумлении, Королев хлопнул его по плечу:
   - Терпи, казак, и жди - хороший бакшиш иметь будешь... Понял?
   - Ладно, - согласился Агеев. - Смотри не обмани.
   Он откинул назад сиденье в кабине, поудобнее приладился к спинке и задремал.
   Мелихов и Королев вошли в парк, расположились на скамейке недалеко от "Солнышка" и стали ждать. Первым приехал Горовенко, быстрехонько проследовал по тропке к кафе и скрылся в дверях. Следом, десять минут спустя, появился его компаньон Лапушкин и тем же маршрутом, по той же тропке проследовал в кафе. Киллеры дружно поднялись со скамейки и, будто два коршуна, устремились за пред-
   принимателем, переменили позицию.
   Прошло еще немного времени, и на знакомой тропке появился Мачульский.
   - О, генерал-инспектор собственной персоной, - не выдержал Королев. Покачал головой обеспокоенно: - И чего дома человеку не сидится?
   Мачульский поманил Королева пальцем, затем отвел его в сторону.
   - Чего он хотел? - спросил Мелихов, когда Мачульский ушел.
   - Сказал, чтобы мы не светились, нашли место поукромнее и... - Королев выставил перед собой два пальца на манер пистолета и громко щелкнул языком, - сделали с клиентами то, что мы запланировали сделать. Портфель и барсетку, которые находятся при них, велено передать нашему работодателю.
   - Как его фамилия? - спросил Мелихов.
   - Мачульский.
   Ровно через час пятнадцать минут предприниматели покинули кафе "Солнышко", на улице показались вдвоем и направлялись к "черному" выходу из парка, где стояли их машины. На Королева и Мелихова даже не взглянули - оживленно разговаривая, прошли мимо, ничего не почувствовали, свернули на тропку - ту самую, которая была самой короткой и которую знали киллеры.
   Киллеры стремительно поднялись и двинулись следом. Пистолет находился у Королева. Мелихов страховал его - был на так называемом подхвате.
   Королев быстро догнал предпринимателей и, выдернув из кармана "макаров", выстрелил в голову Горовенко, затем произвел два выстрела в Лапушкина - также в голову.
   В результате, как потом было указано в следственных документах, "смерть Горовенко наступила от слепого пулевого ранения головы с переломами костей лицевого и мозгового черепа", разрывами и кровоизлияниями под оболочки и повреждением вещества головного мозга". "Смерть Лапушкина наступила от сквозных пулевых ранений головы с переломами костей черепа, разрывами и кровоизлияниями под оболочки с повреждением вещества головного мозга".
   Пока умирающие люди корчились в конвульсиях, налетчики схватили портфель и барсетку и были таковы. В портфеле Лапушкина находились два сотовых телефона, дорогая авторучка "паркер", деньги - в общей сложности на 59 с половиной тысяч рублей, в барсетке Горовенко также находился сотовый телефон, еще - деньги и кое-какие бумаги, итого на сумму
   15 800 рублей.
   Документы они передали "работодателю", всем остальным богатством - мобильными телефонами, деньгами, портфелем и так далее - распорядились по своему усмотрению.
   - На некоторое время нам придется лечь на дно, - сказал Королев своему напарнику. - Надо переждать, пока разная муть не уляжется.
   - А что, нас могут найти? - встревоженно поинтересовался Мелихов.
   - Исключено совершенно. Ни одна живая душа нас не видела. Мы - тени, мы - призраки.
   Королев был неправ - их видели, приметы их запомнили, зарисовали даже номер машины, стоявшей во дворе жилого дома, в которой сладко посапывал Агеев, - и соответственно все это очень скоро оказалось у разыскной милицейской группы, занимавшейся расследованием этого убийства.
   Сыщики были людьми опытными и вскоре уже разговаривали с Мачульским, а следом, по цепочке, через некоторое время добрались и до Королева. А потом - и до Мелихова.
   И один, и другой, и третий поняли, что на допросах они поплывут, не выдержат - им страшно было содеянного, как страшно было и собственного суда, - не знали они, что кроме суда, так сказать, государственного, есть еще суд собственный, который иногда называют судом совести.
   Расследовал это преступление сотрудник областной прокуратуры, младший советник юстиции - это соответствует чину майора в армии - Поляков Г.В., он довел дело, как принято говорить в таких случаях, до ума и передал документы в суд.
   Меня же с уголовным делом об убийстве двух тульских предпринимателей познакомила старший помощник прокурора области Любовь Георгиевна Кузнецова, она же рассказала и о деталях расследования.
   Между прочим, все обратили внимание, что организатор этого убийства Мачульский получил срок больший, чем непосредственные стрелки - те, кто нажимал на курок пистолета. Например, Мачульский был приговорен к восемнадцати годам лишения свободы, а Мелихов - лишь к шестнадцати... Раньше такого не было - исполнители получали свое, а заказчики, если, конечно, до них добирались, отделывались едва ли не условным сроком. А ведь логика проста: не будь заказчика - не было бы и преступления, не было бы того "движителя", который заставил исполнителя вытащить из кармана пистолет. Заказчик должен отвечать за содеянное в такой же мере, как и тот человек (если только его можно назвать человеком), чьи руки оказались обагрены кровью невинной жертвы... Все правильно!