Без грима

Александр Балуев:"Живу подальше от престижа"

   "Маросейка, 12", "Идеальная пара", "Нина", "Спецназ", "В августе сорок четвертого" - вот краткий перечень фильмОв с участием Александра Балуева. Одна знакомая актриса пошутила: "Утюг включаю, и там Балуев". А если серьезно, на сегодняшний день Александр - один из самых популярных в нашем кинематографе. Он неохотно дает интервью. Журналисты "охотятся" на известного актера не меньше, чем простые зрители.

   - Вы считаете себя популярным актером?
   - Не знаю. Не мне говорить. Но не из ложной скромности, а потому что считаю, что момент популярности существует, потому что все в нашей стране сидят на кухне и смотрят по телевизору сериалы.
   - А востребованным?
   - Да, да. Тьфу-тьфу-тьфу. Поскольку много предложений. К сожалению, все разного качества, уровня, но в этом-то и есть прелесть, что можно что-то выбирать и с чем-то соглашаться, с чем-то нет.
   - Вам не кажется, что режиссеры зачастую используют ваш образ из сериала в сериал?
   - Это вина режиссеров. Но я не думаю, потому что какие-то все-таки неожиданные предложения у меня есть, и я их всегда с удовольствием использую, но просто в нашей телевизионной сетке, они очень однообразны, вот эти силовые пиф-паф, пуф-пуф у них стоят на первом месте, если бы у них стояло что-то, какое-то разнообразие, то они бы чаще показывали ту же "Идеальную пару", комедию в чистом виде, понимаешь. Лично я не занимаюсь тиражированием супергероев.
   - В "Спецназе" ваш герой как раз супер.
   - Опять же, это одна из ролей. Ребята - спецназовцы. Значит, они должны уметь кувыркаться, прыгать. Раз "Спецназ", значит супер-пупер. В "Маросейке", например, бьют меня, а не наоборот.
   - В повседневной жизни вы так же легко можете проделать то, что "вытворяете" в "Спецназе"?
   - Нет. Я не буду говорить, что легко, потому что трудно все. И еще вот что скажу: на экране я чаще всего делаю то, что не умею делать и не люблю. Я ненавижу оружие, не люблю стрельбу, не люблю насилия в жизни. Но играть это мне интересно, именно потому что в повседневной жизни я этого сторонюсь. Я придумываю своих героев, в рамках сценария, естественно. Ведь кино - это же фантазия.
   - А как насчет спортивной формы?
   - Стараюсь поддерживать, хотя не могу сказать, что спортивную. Потому что в тренажерные залы не хожу. В теннис, да, играю. Пытаюсь себя не запускать. Даю себе нагрузку соответственно возрасту.
   - Не рано ли о возрасте говорить?
   - Пора. Дорогие мои, всему свое время. Человеку за сорок, значит, пора уже думать о том, что нужно предпринимать и делать, и витаминчики пить каждый день. Это все естественно. Нет такого, чтобы и в сорок, и восемьдесят шесть все было прекрасно. В смысле здоровья. Ерунда. Я нахожусь в той кондиции, которая свойственна человеку в сорок три года. И не буду говорить, что у меня ничего не болит. Болит, и к врачам обращаюсь.
   - Вы как-то сказали, что к своим годам отработали все кризисы среднего и несреднего возраста по полной программе. В чем эти кризисы проявлялись?
   - Творчества это касалось в меньшей степени. Просто у каждого мужчины к этому периоду (да и у женщины тоже) происходит осознание того, что он сделал за прошедшие двадцать лет. И многое вызывает неудовлетворенность. Поэтому с этим надо либо смириться, либо опротестовать. Либо - либо...
   - А как вы выходили из кризиса?
   - Собственная голова и собственные мысли. Только это. Никакая не работа, как говорят обычно. У меня как раз было не так много работы, чтобы забыться. Работа вообще меня не отвлекает. Скорее, если я чем-то очень увлечен помимо работы, у меня ничего не выходит - я не свободен. И поэтому стараюсь не работать, чтобы не портить то, что могло бы в другом состоянии звучать по-иному. В такие моменты зацикливаюсь на чем-то, думаю, анализирую. Мне не нужно, чтобы меня что-то сбивало.
   - Чем вы можете так увлекаться?
   - Да просто жизнью, людьми.
   - Вам важно, чтобы у вас было полное взаимопонимание с любимой женщиной?
   - Конечно. Но настолько, насколько это возможно. Потому что я понимаю, что занимаюсь такой путаной профессией, что объяснить ее и добиться абсолютного понимания очень трудно. И, наверное, практически невозможно. Но мы с женой всегда пытаемся выговорить важные для меня вещи, без которых я просто не могу существовать в этой профессии. Например, я целуюсь в кадре и пытаюсь объяснить, что это не проявление чувств, а просто выполнение профессиональных задач, которые, кроме обязанности, ничего не несут. Я никогда не влюбляюсь на площадке. Конечно, я вижу: "Да, это красивая женщина". Но на этом все и заканчивается. А многим, наоборот, влюбленность в партнершу помогает. Но я не понимаю: а что тогда играть, если ты просто влюбляешься? А вот если ты это играешь, а люди думают: "Наверняка у них был роман", - вот тогда это отлично.
   - Вам важно, как вас воспринимают?
   - Мне все равно, как буду выглядеть в чьих-то глазах. Я не доллар, чтобы всем нравиться.
   - Не утомительно сниматься из сериала в сериал?
   - Я не снимаюсь из сериала в сериал. И в двух-трех параллельно тоже не работаю. У меня на это нет ни сил, ни желания. Закончу съемки в одном, потом работаю на другом. У зрителя просто складывается такое впечатление, что Балуев из сериала в сериале. Это вопрос к телевидению. Я же не виноват в том, что они сразу выпускают обойму сериалов с моим участием.
   - Мне некоторые актеры жаловались, что не могут запомнить такое количество текста и вынуждены работать с наушниками.
   - Я никогда с наушниками не работал. Я пока текст держу, легко учу, дело не в этом, наверное. Просто иногда бывает такой текст, который просто невозможно запомнить. А бывает и такой, который и произносить-то неприлично, не то что запоминать, ведь в кинематографе очень много мусора и разной дряни. Как и в литературе. Есть литература, которую читают, а есть та, которую используют по нужде.
   - Как вы думаете, сегодняшняя литература для чтения или для использования по нужде?
   - Я не такой уж чтец, но по ощущению, хорошая литература сегодня в большом дефиците. Когда есть время, я возвращаюсь к старому. Перечитываю Бунина. Литература, как музыка. Читаешь и слушаешь, когда возникает потребность. Я не просто для того, чтобы быть в курсе. Это я про себя. Меня не очень волнует познавательный момент.
   - Один из шукшинских героев верил в шмат сала и стакан водки. Во что верите вы?
   - Ну, шукшинский герой не только в это верил, иначе бы он не был героем. К гаданиям и предсказаниям я никак не отношусь, потому что не хочу знать, что будет завтра. В свои гороскопы не заглядываю. С колдовством я, к счастью, не сталкивался. Хотя понимаю, что оно имеет место быть. Можно человека и сглазить, и порчу на него наслать. А во что верю: Верю в любовь, верю в то, что человеческая жизнь очень короткая. Сейчас я стал это ощущать очень наглядно. Уходят ровесники. Ощущаю зыбкость мира. Верю в дружбу.
   - Даже в дружбу между мужчиной и женщиной?
   - Да.
   - Как вы считаете, любовь надо постоянно поддерживать, подпитывать, насыщать, наполнять?
   - Я не знаю насчет поддерживать и подпитывать, это все-таки не хвойная елка, но конечно, ухаживать за этим процессом надо. Потому что любящие друг друга люди - все равно два разных мира. Этот мир нужно научиться понимать, учитывать. Что-то подавлять в себе, с чем-то соглашаться. Это очень непростой процесс. И большой труд.
   - А семейная жизнь?
   - Ну да. Только я бы сказал - работа. Потому что труд - это наказание, труд дан человеку в наказание за что-то. Человек не может испытывать потребность в труде. Это бред. Так не бывает, чтобы человек любил трудиться. Это может доставлять удовольствие. Так что семейная жизнь - это работа. Именно в силу того, что все люди разные. Ты не имеешь права заставить человека стать таким же, как и ты. Ты должен научиться его понимать, слушать и слышать. Каждый человек имеет право на выбор. И даже если у него этого нет, ты должен сделать так, чтобы это право было. Вот тогда он будет с тобой на равных. А иначе, если ты его лишаешь права выбора, то это нечестно.
   - Вы поймете свою жену, если она устала, если у нее болит голова, и именно в силу этих причин она не смогла вымыть посуду. И оставила ее в раковине до утра.
   - Да, конечно. Если это произошло, значит, на то была причина. И у меня бывают такие моменты, когда устал и можешь взвиться только от того, что у лампочки не тот накал. Посуду я и сам могу вымыть, только не в посудомоечной машине. С техникой я не дружу. Я уж лучше так, по старинке.
   - Вы сказали, что не любите оружие. А если, не дай Бог, возникнет такая ситуация, что вам придется защищать близких людей, вы возьмете в руки оружие?
   - Конечно. Все-таки основная функция мужчины - защитник, добытчик. Пещерно-первобытный уклад чисто генетически должен сидеть в мужике. Если он, конечно, настоящий мужик. Не дай Бог, конечно, чтобы кто-нибудь подобные провокации устраивал.
   - Одно время в прессе промелькнуло сообщение, что у вас на ладони был огромный мозоль. На съемках "Спецназа" заработали, таская автомат?
   - Нет, на грядке.
   - Что выращивали?
   - Это не я. У меня жена большой специалист по выращиванию цветов. А я ей помогал. Дерн снимал, чтобы грядка была чистенькая. А это, я вам скажу, - тяжелый труд. Участок новый, всего два года. Так что работы будь здоров.
   - Не проще садовника нанять?
   - Ага. Еще охранника, домработницу. У меня же не коттедж супермодный, а деревенская изба без всяких саун-шмаун. За забором петух соседский поет. Это же настоящая деревня. Красота неописуемая. А вы говорите - садовника: Я сам с удовольствием все делаю. Меня это не утомляет. А мозоли заживают.
   - Хозяйство не хочется завести - куры, гуси:
   - Для этого нужно время, это во-первых, а во-вторых, у меня нет навыков. А если нет, то зачем же животных мучить?
   - Кроме цветов, что-нибудь еще растет? Огурчики, помидорчики, укропчик:
   - Ничего. Огурцы покупаю на рынке у людей, которые выращивают их, умеют это делать и делают все правильно. Я не умею огурцы выращивать. Вот елки - это мое. Я за ними ухаживаю: очень переживаю, если они подсыхают, начинаю метаться, искать специальные удобрения, орошать их, чтобы каким-то образом защищать. Я такой хвойный человек.
   - За город переехали, отдавая дань моде?
   - Я в городе стал задыхаться. Однажды я понял, что из города мне нужно выметаться, потому что стал нервным и раздражительным. Очень плохо спал, мне не хватало ночи, чтобы выспаться и восстановиться после спектакля или съемочного дня. Каждую свободную минуту я уезжал в лес, на природу, чтобы надышаться.
   - Насколько я знаю, дом свой вы построили в районе Рублевского шоссе. А это место очень престижное.
   - Там просто очень красиво: смешанные леса, сосны, поля, деревни. Подальше от престижа.
   - Но работа-то осталась в Москве. Не чувствуете себя оторванным от жизни?
   - Нисколечко. Что в центре стоишь в пробке, что едешь оттуда, те же самые пробки, и по времени то же самое. Другое дело, что я не могу бросить машину, прыгнуть в метро и доехать. Просто организую свое время немножко иначе, вот и все.