Без грима

Леонид Якубович: "Полстраны хочет выпить со мной сто граммов"

   Придя в "Поле чудес" на четвертом году существования программы, Леонид Якубович очень быстро завоевал сердца телезрителей. Представить себе передачу без этого остроумного и энергичного ведущего уже невозможно. Но все же немногие догадываются, что маска "своего в доску", "рубахи-парня" - всего лишь условие игры, предложенной нам умным и талантливым человеком.

   Меня с самого детства сопровождают удивительные истории и события. Даже само мое появление на свет стало следствием забавной истории. Хотя, казалось бы, что уж забавного в Великой Отечественной войне. Мама, Римма Семеновна, которая тогда никакой мамой еще не была, отправляла посылки на фронт. Собирала теплые вещи, своими руками что-то вязала, если удавалось, добывала консервы или сладости. Посылки были без адресатов и распределялись на фронтах в произвольном порядке. Посылка мамы досталась капитану Аркадию Якубовичу. Он вскрыл сверток и обнаружил вязаные рукавицы. Обе на одну руку. Растроганный офицер нашел время написать ответ "рукодельнице". Потом им довелось встретиться, и они поженились.
   - Первый выход на сцену помните?
   - В шестом классе дебютировал в школьной самодеятельности. Мама купила два отреза ситца на сценический костюм - костюм клоуна. Из красного получилась одна штанина, весь жакетик с одним рукавом и еще колпачок. Из синего - только вторая штанина и второй рукав. При этом отрезы были совершенно одинаковой величины и кончились одновременно...
   С рукоделием у мамы, как видно, так и не сложилось. Следующее тому подтверждение случилось уже много позже, когда я оказался ведущим первого в стране конкурса красоты. Фирма "Бурда Моден" предоставила мне, как одному из ведущих, смокинг... 56 размера. Всю ночь накануне представления мама вместе с женой перешивали костюм. Успели. А в перерыве конкурса, умирая от смеха, пробрались за кулисы. Я чувствовал, что дело было неладно: слишком странно реагировал зал на мое появление. Оказалось, что, укоротив брюки и рукава, женщины напрочь забыли про полы смокинга, которые волочились по подиуму вслед за мной...
   - Вас, наверное, родители, как единственного ребенка, очень опекали?
   - Родители с детства приучали к самостоятельности. Однажды на мою просьбу проверить дневник, как и принято у всех детей, отец сказал: "Мне твой дневник не нужен. Дело твое - учись как хочешь. Будут проблемы - тогда обращайся".
   - Были проблемы?
   - Особенных проблем не было, если не считать тот факт, что в восьмом классе меня исключили из школы за прогулы, а прогулял я ни много ни мало три месяца. Еще летом, в разгар школьных каникул, мы с приятелем шли по улице Качалова и наткнулись на объявление: "Требуются молодые люди для работы в экспедиции в Восточной Сибири". Раздумывали недолго. Вечером того же дня пришел домой с полученным под расписку экспедиционным рюкзаком и объявил родителям, что наутро уезжаю в Сибирь.
   - Что же вам понадобилось в Сибири?
   - В экспедиции работал "живцом". Сидел на пне посреди тайги в телогрейке и трусах и записывал в дневник: "10 часов 10 минут - укус москита в левую ногу. 11 часов 15 минут - укус москита в правую ногу..." Ноги были намазаны разными противомоскитными составами, эффективность которых и проверяла экспедиция. Когда настала пора возвращаться в Москву, выяснилось, что экспедиция еще и не думает заканчиваться, и я продолжил свои нелегкие "научные изыскания".
   Вернувшись наконец домой и узнав об отчислении из школы, поступил в школу рабочей молодежи и устроился работать электромехаником на завод Туполева.
   - А как же мечты о сцене?
   - Когда подошло время выбирать профессию, поступил сразу в три театральных института, но отец сказал: "Я тебя очень прошу, сначала получи специальность, а потом будь кем угодно". И тогда бросил все три театральных института и поступил в Институт электронного машиностроения. Из него перевелся в инженерно-строительный институт, потому что там была хорошая команда КВН. Дальше были годы в самой веселой и находчивой игре, безумно счастливые годы студенческого веселья, поездки по стране, встреча с солисткой ансамбля "Горожанки" - свадьба, рождение сына Артема.
   - Специальность-то в итоге удалось получить?
   - Да. В 1971 году, окончив Московский инженерно-строительный институт имени Куйбышева, я стал инженером по "вентиляции и кондиционированию воздуха". С 1971 по 1977 год работал на заводе имени Лихачева, а с 1977 по 1980 год - в пуско-наладочном управлении. А параллельно с этим еще со студенческих времен писал юмористические рассказы.
   В 1980 году был избран членом профессионального комитета московских драматургов. С тех пор стал усиленно писать для эстрады. Многие мои произведения исполняются на эстраде уже около 20 лет. С моей миниатюрой молодой артист Владимир Винокур победил на конкурсе и прославился на всю страну.
   - Винокур прославился, а как же вы?
   - Понятие "слава" ко мне не применимо. Она скорее соотносится с великими актерами - Леоновым, Евстигнеевым, Мироновым, а я всего лишь исполняю некоторые телевизионные функции. Будь моя воля, вообще бы никогда не допустил своего появления на экране. Я же не профессионал - это факт. Любая профессия предполагает некий этап подготовки: надо через что-то пробиться, чему-то научиться. Актер не может выйти на сцену просто так. Он обязан по меньшей мере владеть ремеслом. Я, конечно, постарался им овладеть. Но через сколько лет!
   До сих пор не сразу понимаю, почему ко мне бросаются люди во Владивостоке или в Иркутске, если съемки проходили в Москве. И, по сути, вся моя слава свелась к банальности: половина населения страны мечтает выпить со мной сто граммов. Такая вот вредная у меня работа.
   - Вам определяют рамки поведения в эфире?
   - Качество любой передачи определяется личностью ведущего, но личностей на телевидении не так уж много. Если, к примеру, актер играет роль, задуманную режиссером, то телеведущий - солист, сам придумывающий себе партии. Исходя из заданных условий, я имею право делать в студии все, что угодно, главное - не ляпнуть лишнего.
   Есть несколько людей, которые мне приятны в кадре: Саша Масляков, которому я всю жизнь аплодировать буду, Юра Николаев - человек, подтягивающий до своего уровня. Ведущий может заикаться, но не имеет права быть косноязычным. Он просто обязан знать язык, на котором разговаривает, не допуская вульгаризма. И если Бог таланта не дал, надо учиться этому.
   - Как вы определите свои отношения со зрителями "Поля чудес"?
   - Я вывел для себя один постулат: отношения актера и зала сродни взаимоотношениям любовников - те же самые капризы, обиды, претензии. Невозможно с плохим настроением выходить к зрителям и разыгрывать благодушие - они не поверят, интуитивно почувствуют фальшь и переключат программу. Сцена - уникальное место. Хотите верьте в парапсихологию и всевозможные ауры, хотите нет, но на сцене и зубы действительно проходят, и с переломанными ногами партии дотанцовывают. У меня был такой случай, когда в шесть утра вырвали два зуба, а в двенадцать запись программы. К тому времени отошла "заморозка", до студии еле доехал, теряя сознание от боли, но стоило только шагнуть к зрителям - тут же все прошло. Потом, правда, трое суток отлеживался.
   - Откройте тайну, как снимается "Поле чудес"?
   - График работы в "Поле чудес" весьма плотный: три часа в режиме "живого" эфира без пауз. И, конечно, случаются накладки. Увы, чудес не бывает: в одну секунду телевидение не сделать идеальным, даже если вложить в него все деньги мира. Замечательная мысль высказана в одном хорошем фильме: "Если собрать девять беременных женщин, ребенок через месяц не родится". А я думаю, что если собрать девять профессионалов-единомышленников, то "дитя" появится довольно быстро.
   - Многие до сих пор считают, что попасть к вам на передачу можно только по блату?
   - Ежемесячно мы получаем от пяти до пятнадцати тысяч писем от желающих попасть в "Поле чудес". Самые интересные из них отбирают редакторы и вызывают авторов на игру. Перед съемками ко мне приходят девять человек, с которыми я беседую по 15-20 минут. Каждому задаю вопрос, о чем этот человек не хотел бы говорить в эфире, чтобы не подвести. Многое из того, что они потом рассказывают, я им подсказываю, то есть додумываю, как будет лучше. Перед камерой они сразу забывают обо всем на свете. Тогда я и напоминаю: вы, мол, в письме писали о том, как с медведем повстречались. И только минут через 40 (все это время я подробно рассказываю о его невероятной встрече с медведем) получаю связный ответ. А мою говорильню при монтаже вырезают, и получается, что ведущий хам издевается над провинциалом, впервые очутившимся перед камерой. На самом деле я никогда никого не обижал. А меня вот несколько раз отравили продуктами. Не со зла, конечно. Просто люди едут двое-трое суток поездом, везут свои огурчики-грибочки, хотят мне приятное сделать, а "презенты" портятся.
   Но, с другой стороны, если бы не завелась традиция привозить на "Поле чудес" подарки, то мы бы и не знали, сколько талантливых людей живет в нашей стране.
   - У вас достаточно дорогие подарки. Люди приезжают только за ними?
   - Со временем я понял, в чем, собственно, заключается философия этой игры: передача вовсе не про то, во что играют, а про тех, кто играет. Эту простую идею я как-то вынес на обсуждение совета директоров, и начальство меня поддержало - главным стало действие, а это, поверьте, уже серьезно. Сейчас наше "Поле чудес" к американскому аналогу никакого отношения не имеет, разве что барабан такой же. Приезжали к нам и французы, и немцы, сильно удивлялись, зачем я трачу столько нервов. У них никогда не было ни такого способа ведения передачи, ни такой ее направленности. Там просто выставляется миллион долларов на барабан, и шутить по этому поводу неуместно: все сидят и напряженно ждут выигрыша. А потом вся нация с восторгом аплодирует победителю. Наш стиль игры иностранцам не просто понравился - они были ошарашены... прежде всего тем, что для русских "не в деньгах счастье", главное - передать привет всем своим и получить приз. В итоге с зарубежными гостями мы договорились до того, что теперь они будут забирать наш вариант.