Без грима

Ольга Волкова:"Я ругаюсь только сама с собой"

   У Ольги Волковой очень редкий дар: распахивать сердце навстречу людям. Все жизненные неприятности она встречает с юмором. В кино эта поистине уникальная актриса такая же непредсказуемая, постоянно удивляющая и необычайно талантливая, способная наделить обаянием даже самых отрицательных героинь.

   Ольга Владимировна, сколько лет понадобилось вам, чтобы стать москвичкой?
   - Еще тридцать лет назад меня брали в московские театры, приглашал к себе даже Олег Николаевич Ефремов, но квартира здесь мне была не по карману: она стоила вдвое дороже, чем в Ленинграде, хотя я там жила в старом и очень уютном питерском доме, расположенном в самом центре города. Всего я сделала, кажется, около пятнадцати безуспешных попыток получить работу в московских театрах. Москвичкой же мне удалось стать только шесть лет назад, а помог переехать в столицу Эльдар Рязанов, который попросил Юрия Михайловича Лужкова помочь мне купить здесь квартиру. Ее, кстати, мне продали по государственной цене. Но я начала работать в столице задолго до этого. В числе тех, кто протянул руку помощи, был и Леонид Трушкин, который в свое время пригласил меня работать в свой частный театр. Кстати, договор с ним мы заключили в мой день рождения,
   15 апреля. Помню, пришла с бутылкой коньяка, а в театре уже, оказалось, накрыли стол и Леня подарил мне чудесные красные розы, с меня ростом. Здесь я стала участвовать в антрепризах.
   - Неужели вам, актрисе, столько лет проработавшей в репертуарных театрах, интересны антрепризы?
   - Только начав играть в антрепризных спектаклях, поняла, насколько это меня и творчески, и психологически устраивает. К примеру, впервые за много лет с огромным удовольствием натанцевалась и напелась. Только за один сезон у Трушкина у меня было сразу четыре премьеры. Антрепризные спектакли ставятся за очень короткий срок, что мобилизует, у меня постоянно новые партнеры, что тоже азартно и интересно. К тому же до этого и подумать не могла, что у меня когда-нибудь появится возможность выбора, я уже не хватаюсь за все подряд, забочусь о своем реноме, рассчитываю свои силы. Но в то же время в Москве гораздо больше возможностей заработать: на радио, телевидении, в кино.
   - В кино вы ведь начинали с небольших ролей.
   - И продолжаю играть в основном эпизоды. В кино, кстати, решила попробоваться в пятнадцать лет. Я тогда узнала, что нужна девочка в картину "Два капитана". Роль мне не дали, но взяли в массовку, да так в ней и застряла. Что только мне не приходилось делать: и "штурмовала Зимний", после чего падала убитой, и бабу с мотыгой изображала... Первая настоящая роль была в одном из фильмов, где я сыграла юродивую.
   - Что за история с ролью шута в картине Григория Козинцева "Король Лир"?
   - Я была тогда очень худой, уверенной в себе молодой актрисой, и мне так хотелось получить эту роль, что я узнала телефон Григория Михайловича Козинцева и добилась с ним встречи. Мы долго проговорили, он сам присутствовал на пробах. Я так старалась, мой шут, по-моему, получился просто замечательный, но... самым странным образом меня почему-то на эту роль не утвердили. В итоге ее сыграл замечательный актер Олег Даль. Узнав об отказе, я впервые в жизни разрыдалась... Это одна из немногих несыгранных ролей в кино, о которой я сожалею.
   - Меня всегда удивляло, что такую талантливую актрису, как вы, режиссеры снимают только в эпизодах.
   - По-моему, неправильно думать, что эпизодические роли должны доставаться только неудачникам. Это же очень трудный жанр. Порой эпизодическую роль бывает играть гораздо интереснее, чем главную, и зрители ее нередко лучше запоминают.
   - Согласен. Я, например, с удовольствием вспоминаю вашу воспитательницу в картине "В моей смерти прошу винить Клаву К.".
   - Эту картину снял режиссер Эрнест Ясан. Свою воспитательницу я "списала" с одного персонажа с весьма мерзким голосом, который был в моей жизни. С той поры меня и стали звать только на эпизодические роли. Но каждую из них я дополняю текстами, которые беру из жизни. Сначала старалась запоминать все, что слышала, а потом стала записывать.
   - Невозможно забыть вашу бабу Катю в "Небесах обетованных".
   - До этого я уже снималась у Рязанова, так что он меня как актрису знал. Картину снимали на самой настоящей свалке, которую нашли недалеко от "Мосфильма". Мы все время мерзли, но самыми страшными были съемки в КПЗ "Матросской тишины" и в настоящей психушке. С Лидией Ахеджаковой и Валей Гафтом мы несколько раз забирались в грузовик и зарывались в грязные, вонючие матрацы, которые взяли из дурдома. Было дублей двадцать, приходилось очень тяжело. Но самое обидное, что ни один из этих дублей так в фильм и не вошел.
   - А с кого вы "списали" даму-следователя в "Тихих омутах"? Вы где-то говорили, что прообразом была Галина Старовойтова.
   - Нет, это я, наверное, пошутила. Мне всегда хотелось сыграть такую женщину, какой была Галина Старовойтова: удивительную, восхитительную, современную и феноменальную по своему характеру, по сути своей, женщину-воительницу. Меня как-то познакомили с ней, мы поговорили всего несколько минут, но впечатление осталось огромное. Одну из ее фраз я вставила в свою роль. А мой следователь, разумеется, самая настоящая идиотка, я же всегда играю какую-то степень отклонения от нормы.
   - Слышал, что вам на съемках пришлось дрессировать ротвейлера.
   - Ну, как дрессировать? Съемки проходили в чудных местах на Валдае, которые очень любит Эльдар Рязанов, в доме его друга. Снимали одну из сцен, когда приходит хозяин дома, роль которого играл Андрей Макаревич, с ротвейлером. И пес должен был на меня жутко залаять, испугать. Но он оказался такой добрый, что никак не хотел лаять. Мы уж по-всякому пытались пса разозлить - ни в какую. Привели другого. И я додумалась положить кусок колбасы... себе на голову: собак не боюсь, умею с ними обращаться. Наш ротвейлер бросился за колбасой и задел когтями меня прямо по лицу. Было очень больно, но, к счастью, все обошлось. Потом оказалось, что рисковала зря: этот эпизод в картину не вошел.
   - Что вы делаете для того, чтобы хорошо выглядеть?
   - Стараюсь высыпаться, еще стремлюсь всегда быть в ладу с самой собой и близкими. И потом, я все время играю каких-то теток без возраста и, скажем так, не самой красивой внешности, так что, слава Богу, у меня нет таких проблем, как у актрис, играющих героинь.
   - Что вы любите? Давайте я начну, а вы продолжайте: плавать, кататься на велосипеде, танцевать...
   - Очень люблю музыку, читать книги, общаться с родными, нравится составлять букеты из засушенных цветов.
   - Когда-то вы мечтали перетащить в Москву и дочь с семьей.
   - И мне это почти удалось. Катюша уже работает в Москве, хотя пока снимает здесь квартиру. Внучка Яна, которой девять лет, учится в замечательной школе "Сотрудничество" на Таганке, о которой я мечтала еще в Питере.
   - Ваш сын тоже закончил театральный институт?
   - Да, когда Иван получил диплом, надо было помочь ему встать на ноги, ведь наша профессия, к сожалению, плохо кормит. К тому же в Питере очень трудно реализовать себя как актера, поэтому мы и стремились переехать в столицу. У Ивана сейчас судьба складывается очень интересно. Ему протянул руку помощи и пригрел Центр Мейерхольда. Ваня участвует в одной из постановок: в комической опере "Школа шутов".
   - Вы с Иваном снимались?
   - Действительно, мы с Ваней снялись в новогодней двухсерийной картине: я сыграла бабушку, а он главную роль. Получилось, по-моему, очень неплохо.
   - Никак не могу заставить себя спросить вас о семейной жизни Ивана. Ходят слухи, что они с Чулпан Хаматовой больше не живут.
   - К большому сожалению, это действительно так. У Чуплан уже другая семья, она много снимается за границей, поэтому внучка постоянно с ней. У нас с бывшей невесткой остались нормальные отношения, когда она приезжает в Москву, то мы с ней видимся.
   - Иван другую семью не завел?
   - Пока нет, ведь прошло всего несколько месяцев после развода.
   - О вас говорят, что вы на язычок острая.
   - Может быть. Про себя могу сказать, что я человек контактный и вовсе не похожа на одинокого волка. Очень не люблю всяких театральных посиделок, хотя сама выросла в театральной семье. Мне там становится скучно, кажется, что просто бесполезно теряю время. Спасение нахожу в собственном чувстве юмора, защищаюсь смехом. Никогда не испытывала трепета, волнения ни перед главным режиссером, ни перед секретарем обкома, а это всегда удивляет: как это она так может?
   - Откуда это у вас?
   - Думаю, все идет от семьи. У меня были замечательные братья, с которыми я предпочитала общаться больше, чем со сверстниками. Они меня научили смотреть в глаза не отрываясь, оба занимались боксом и меня иногда использовали вместо груши - это мне тоже пригодилось в жизни. Я научилась держать удар, не боюсь трудностей. Моим родителям жить было гораздо сложнее. Отца репрессировали, дедушку расстреляли, другого дедушку выслали на поселение.
   - Вас почему-то совсем не видно на телевидении.
   - Когда меня приглашают, чаще всего отказываюсь. Очень не нравятся всевозможные телевизионные игры и шоу, считаю это потерянным временем.
   - Ваш муж продолжает работать художником?
   - Продолжает. Владимир Алексеевич Ховралев - заслуженный деятель искусств. В Москве у него были уже две персональные выставки, последняя выставка успешно прошла в Питере.
   - Ваш сын носит фамилию Волков.
   - Ванин отец - известный актер Николай Николаевич Волков.
   - Все ваши друзья, наверное, остались в Санкт-Петербурге?
   - В основном они живут уже в Москве. Но, чтобы нам всем вместе встретиться, нужно совершить подвиг: все очень заняты. Когда есть время, я сажусь за телефон и обзваниваю всех, чтобы узнать, как они себя чувствуют, как у них дела. Успокаиваюсь только тогда, когда слышу в ответ, что все в порядке.
   - Вы собачница, а дома почему-то держите кота.
   - Так какого кота! Он живет у нас уже девять лет, воспитали его, как собаку, так что это собачий кот.
   - Ольга Владимировна, что бы вы пожелали читателям газеты?
   - Как можно меньше смотреть телевизор, особенно после недавних трагических событий в Москве. Я сама испытали такой шок, после которого едва оправилась. Поэтому лучше всего слушать радиопередачи, хорошую музыку, побольше читать. В наше время это самое лучшее.