Что за жизнь за окном

Хасьяновы с улицы Хасьяновой

   В Астрахани есть единственная в России улица, которая носит имя домохозяйки.

   Эта улица расположена на самой окраине Астрахани, в зеленом тихом месте, куда многослойный городской шум почти не доходит.
   Улица, на которой живет семья Феликса Хасьянова, носит имя его жены, Галины Хасьяновой. Жены не стало, когда ей не было еще и пятидесяти лет, и хотя со дня ее смерти прошло уже немало времени, боль вроде бы должна утихнуть, от боли этой он не может избавиться до сих пор. При воспоминании о жене лицо у Феликса Яковлевича Хасьянова делается печальным, улыбка пропадает, глаза начинают влажно поблескивать.
   Это была удивительная жена. Феликс Хасьянов постоянно ощущал ее плечо, ее поддержку, он считает, что только благодаря ей поступил в институт, окончил его, стал экономистом. Работать по распределению он был направлен в Харабалинский район - это довольно далеко от Астрахани, сто восемьдесят километров, мало кто из городских женщин соглашался туда ехать, менять областной центр на душную районную глушь, но Галя, не говоря ни слова, собрала свои вещи и устремилась вслед за мужем в Харабали. Интересы мужа были для нее дороже всего остального.
   Хасьянов мотался по всему району, сам сидел за рулем "уазика", иногда случалось, выезжал из дома в три часа ночи, и Галина обязательно провожала его.
   Когда "уазик" выкатывался со двора, она ему вслед выливала ведро воды - чтобы в дороге не случилось никаких происшествий, чтобы колеса были чистыми, чтобы никакая грязь к ним не пристала... Есть такая народная примета. Она и встречала мужа каждый раз на пороге дома, независимо от времени, от того, ночью он возвращался или днем, - она всегда ждала его, терпеливо поглядывая на дорогу.
   Если же Феликс уезжал в командировку не один, а с рабочими, то она не только мужу - каждому рабочему готовила "тормозок" - еду, ставила коробку в машину, всем одинаково, чтобы не было "любимых" и "нелюбимых". Эту ее заботливость, желание делать добро многие помнят в Астраханской области до сих пор, в том числе и самые крупные начальники. Вплоть до губернатора области Анатолия Петровича Гужвина.
   Она росла вместе с мужем - Феликс стал начальником управления, заместителем начальника главка, у которого в личном подчинении находилось несколько тысяч человек, принял участие в возведении доброй половины всех ирригационных систем в Нижнем Поволжье. Галина Георгиевна Хасьянова была в доме хранительницей очага традиций, она собрала все, что было связано с фамилией Хасьяновых.
   Отец Феликса Яков Яковлевич прошел войну, был на фронте майором-смершевцем. В сорок пятом году, весной, старший Хасьянов повез из Польши в Германию несколько пленных немецких генералов: война хоть еще и шла, но чувствовалось - скоро она закончится.
   Обе машины, шедшие на запад, - маленькая колонна, которой командовал майор Хасьянов, состояла из двух автомобилей, - попали в засаду, видимо кто-то был очень хорошо осведомлен об их движении. Шофер машины, в которой находился майор, был убит наповал осколком гранаты, сам Хасьянов - тяжело ранен, ему раздробило ногу.
   Хорошо, неподалеку, по целине, шел танковый батальон, танкисты, опытные ребята, поняв, в чем дело, дали несколько выстрелов из орудий, взяли попавшие в беду автомобили СМЕРШа в вилку и отсекли нападавших.
   Раненого майора немедленно увезли в Варшаву. Там ему сделали операцию. Но отрезать себе ногу Хасьянов не дал. Вторую операцию ему сделали под Берлином. Отсечь ногу он не дал и здесь. Послал письмо в Казань, в военный госпиталь, где тогда работала его жена: "Нина, мне отнимают ногу, что делать?" Это был крик, вопль... Жена молнией дала ответ: "Приезжай немедленно в Казань, лечить будем здесь".
   В Казани тогда находилась знаменитая военная клиника Вишневского. Там сделали все, чтобы сохранить Хасьянову ногу. Но была и другая беда - от контузии он потерял речь...
   День Победы Хасьянов встретил в Казани, в госпитале, в палате для тяжелораненых, расположенной на третьем этаже. Выпили, поматерились, поплакали, песни попели. Хасьянов, как неходячий больной, сидел в инвалидной коляске, он выпил вместе со всеми и теперь мычал, радостно стирая с лица слезы, - все-таки они победили... По-бе-ди-ли!
   Кто-то из захмелевших раненых случайно толкнул коляску с Хасьяновым, и беспомощный майор покатился на ней вниз с третьего этажа. И тогда все неожиданно услышали, как безъязыкий, немой майор закричал вполне связно:
   - Ни-на!
   Он звал на помощь жену. Так Яков Хасьянов вновь начал говорить. Вместе с женой он приехал в Астраханскую область - по разнарядке тогдашних лет работал председателем сельсовета, председателем колхоза, председателем райисполкома, секретарем райкома партии. Был очень требовательным, совестливым - про таких легенды складывают, - к рукам его не прилипло за все время ни одной копейки. Это был человек чести.
   В пятьдесят пять лет Яков Хасьянов вместе с сыном уселся за студенческую парту, не посчитал это зазорным, - и сумел стать современным дипломированным специалистом.

   Галина Хасьянова собирала и хранила все, что было связано с этой семьей, с фамилией Хасьяновых, с ее прошлым, с предками, собирала документы, письма, газетные статьи, наградные удостоверения, фотоснимки - словом, все, все, все. Она была не только хранительницей очага, не только берегиней для своего мужа - она была всем для семьи Хасьяновых.
   И когда ее не стало (после операции оторвался тромб и закупорил сердце, врачи не смогли спасти Галину Хасьянову), жизнь для Феликса Яковлевича кончилась, время остановилось, небо и солнце сделались черными... Он долго не мог прийти в себя. Собственно, до сих пор не может прийти в себя - так ему не хватает жены.
   Когда заседала специальная комиссия, занимающаяся переименованием астраханских улиц, и уже выносила постановление - осталось только проголосовать, - кто-то перед самым голосованием усомнился: надо ли именем домохозяйки называть улицу? На этого человека зашикали все разом. Во-первых, сам Хасьянов, человек на астраханской земле известный, награжденный многими орденами и удостоенный различных почетных званий, вряд ли бы смог стать тем, кем он стал, если бы не жена (ему, кстати, много раз предлагали повышение, переводили в Москву, на престижную должность в министерстве, но он остался в Астрахани, и во всем этом тоже заслуга жены), а во-вторых, кто мы есть, мужики, если у нас не прикрыт надежно тыл, если в доме, в очаге, не горит огонь, если мы предоставлены сами себе, - да нас в таком случае можно запросто свернуть в бараний рог! И спасают нас только женщины.
   Преданные, любимые, готовые ради нас перелопатить горы и повернуть реки вспять женщины. Такие, как Галина Хасьянова.
   Если бы не они, то и нас самих не было бы.
   И комиссия постановила: дать новой улице, включенной в черту города, имя Галины Хасьяновой. Отметив тем самым заслуги всех Хасьяновых.