Семейный доктор

Раньше такие врачи назывались земскими. Считалось, что земский врач способен оказать почти любую медицинскую помощь. Сейчас институт земских врачей, которых по-новому именуют "семейными" или "врачами общей практики", возрождается. Шаг ли это назад или стремительный бросок вперед?..

   Прежде всего удивляют молодость и обаяние. Елена Владимировна Соловьева (даже язык не поворачивается произнести отчество, однако положение обязывает) - семейный врач, принимающий в помещении, название которого для отдаленного поселка пока звучит диковато: "офис врача общей практики".
   У Елены Владимировны есть даже подчиненные: фельдшер на приеме и процедурная сестра. Офис располагается в двухэтажном здании детского садика. Детей на селе стало меньше, и помещение поделили: половину первого этажа оставили детсаду, вторая половина стала офисом семейного врача, ну, а весь второй этаж оборудовали под другое принципиально новое учреждение - "социально-реабилитационный центр", который на самом деле является приютом для детишек из неблагополучных семей.
   Если в поселке Плоскошь с работой более или менее неплохо (есть здесь лесничество, хлебопекарня, школа-интернат, пожарка, частные пилорамы), то в деревнях, относящихся к участку, который обслуживает доктор Соловьева, - бедово. Хозяйства там развалены, население безбожно пьет, общественный транспорт туда не доезжает, в общем, стандартный "комплект" русской глубинки. Да что там деревни! Если раньше в Плоскошь, которая некогда была райцентром, из теперешнего райцентра Торопец ходили 12 автобусов в день, то теперь - только один. И получается, что Плоскошь, отдаленная от Торопца на полсотни километров, сама превратилась в глухомань, медвежий угол (в который на самом деле частенько забредают медведи). С самого основания поселка (после войны) в Плоскоши была сельская больница, которая замечательно работает и по сей день. Но больница - она ведь нужна для трудных случаев, требующих госпитализации (здесь же или в ЦРБ), а обычное поликлиническое обслуживание три года назад легло на доктора Соловьеву. Дело в том, что в области заработала программа и, что самое главное, были выделены средства не только на обустройство помещений, но и на медицинское оборудование.
   В роль "семейного врача" Елене Владимировне войти было легко. Ведь здесь, в Плоскоши, она родилась и знает почти всех своих пациентов, число которых в поселке и двенадцати пока еще живых деревнях - около тысячи человек. Хотя самой Соловьевой слово "семейный" не слишком нравится:
   - Мне больше подходит: "земский врач". Но на селе поневоле станешь именно "семейным" врачом. Приходится работать и окулистом, и отоларингологом и травматологом, и хирургом (травм-то много: зашиваем, пришиваем, а уж абсцессы, гнойники - это для нас уже как семечки...), и за невропатолога, и за психиатра (с алкоголиками приходится воевать). В общем, весь круг медицинского обслуживания.

   ...Земский врач, мне кажется, ассоциируется с сильной половиной общества. Если взять русскую литературу, того же Чехова, то можно припомнить кучу жутких историй, связанных с буднями врача в российской глуши. Сказать откровенно, в быте русской деревни с XIX века изменилось немного. Если кто-то возразит, парирую: в мой приезд Плоскошь четвертый день жила без света. Снегопад на пару с последующим морозом повредили линию электропередач, и получилось, что тебе ни телевизора, ни связи, ни... в общем, XIX век, при керосинках. Повезло еще, что свет почти сразу же после того, как я здесь появился, дали - спасибо не мне, конечно, а энергетикам, которые ликвидировали обрывы. Но дело еще и не в этом. Если судить в глобальном масштабе, то больше половины врачей "скорой" в стране - женщины (мужики на такую зарплату туда не идут), и ведь чего только не достается на их долю!
   Елена Владимировна и сама не знает, что именно определило ее профессию. Родилась она в семье сельских интеллигентов, но никто из ее родных никогда не был связан с медициной. Отец, Владимир Николаевич, - учитель физкультуры в школе, мама, Валентина Ивановна, - преподает в здешнем коррекционном интернате. Отец прочил дочери спортивное будущее, но повернулось все несколько иначе:
   - Меня приобщали к лыжному спорту, я имела разряд, но отец сказал мне, что спортсменом быть хорошо, но надо бы иметь профессию. Педагогом быть не хотелось, так как я очень не любила писанину: планы всякие, проверка тетрадей. Я тогда не знала, что в медицине писанины больше. Отец планировал, что я стану специалистом по лечебной физкультуре, но мне повезло: в мединститут я поступила с первого раза и вышла оттуда терапевтом... Вообще если кто из молодых может из Плоскоши уехать, тот уезжает, сестра моя, например, уехала, а я после интернатуры в Твери захотела вернуться сюда. И муж мой тоже - здешний.
   Муж Дмитрий по образованию инженер-механик. Из-за известных трудностей в сельском хозяйстве (кое-какие хозяйства вокруг Плоскоши еще теплятся, но зарплаты там почти не платят) он в свое время занялся коммерцией, но дело пришлось свернуть, и теперь Дмитрий, как и большая часть плоскошских мужчин, ударился в отхожие промыслы. Мужики уезжают в Москву или в Питер на стройки. Доля гастарбайтера нелегка - можно и хорошую деньгу заколотить, но можно и на дубинку омоновца нарваться, тем более что никакой социальной защищенности, - а потому успехи переменные. Плоскошским женщинам (в том числе и Елене Владимировне) достается обычная (к сожалению) доля постоянного ожидания своих мужей.
   Их сын Максим, который в этом году пойдет школу, на вопрос о том, кем он хочет стать, смело отвечает: "В Питер поеду - деньги зарабатывать!.." Такие мечты в Плоскоши у многих детей. А мамину работу Максимка не любит: слишком долго там пропадает. Хорошо еще, их дом стоит совсем рядом с офисом - сами строили. Из живности Соловьевы держат только собаку, и не оттого, что ленятся. Просто глава семейства все время в отъезде, а мама - на работе. Благо еще, родители держат помногу скотины (несмотря на то что тоже являются сельской интеллигенцией) и помогают молодым. Как поясняет Елена Владимировна, "они вынуждены были завести скотину, чтобы дать нам, детям, образование...".
   Зарплата у Елены Владимировны вполне приличная - пять тысяч, на уровне главврача сельской больницы. Это оттого, что у нее полторы ставки и доплата - специально придумано, чтобы на селе удержать молодого специалиста.
   Работа семейного врача на селе имеет одну особенность: зная всех, доктор может следить за здоровьем человека в течение всей своей практики. Но бывают удивительные исключения: к Елене Владимировне обращаются из деревень люди 30-го года рождения и раньше, которые до того никогда не обращались к докторам!
   - ...И старики сейчас даже поздоровее молодых. Наверняка потому, что не имеют привычку много пить. Да... губит население алкоголь. И что обидно: у нас многие лучше купят бутылку самогона, чем фрукты ребенку, - вот оттого-то дети имеют проблемы со здоровьем. И много смертей от сердечно-сосудистых заболеваний: инсультов, инфарктов. Люди порой не могут добрести до нас, а уж о хороших лекарствах нет и речи. Получается замкнутый круг: нет работы - нет средств - нет желания (и сил) работать - нет здоровья. Население вырождается. А в последнее время возросло количество заболевших туберкулезом. Причина проста: поздняя обращаемость. Люди слишком поздно делают флюорографию, а количество людей, которые возвращаются из "мест, не столь отдаленных", увеличивается...
   Несмотря ни на что в последние годы увеличивается рождаемость. Елена Владимировна не понимает, отчего так, тем не менее она очень жалеет, что ни разу не приняла родов:
   - При жизни надо все попробовать. Мы, особенно когда на вызовах, со многим сталкиваемся, но вот роды - это удел фельдшеров "скорой". У нас при больнице дежурит бригада "скорой", так вот, если фельдшера не успевают довезти, работу акушера выполняют они. А если мороз за 30, они дома роды принимают. Это плохо, конечно, но - такова жизнь...
   Плохо и с онкологией. Ближайшее специализированное учреждение, которое может подтвердить предварительный диагноз, находится в областном центре, а это по прямой 350 километров. Большинству такое путешествие не по карману, а приезд специалистов (что случалось раньше) на место - теперь недостижимая мечта.
   Главной бедой для села было и остается спиртное. Хорошо еще, что в недавнее время с губящего в одночасье организм технического спирта народ переключился на самогон. Спиртное, в каком бы оно виде ни было, приводит к отравлениям, язвам и циррозам, а также из-за пьяных драк увеличивается травматизм, а зимой добавляются обморожения.

   Замечательно, что в Плоскошской больнице работает педиатр и забота о здоровье детей не лежит на плечах Елены Владимировны (хотя УЗИ-диагностику она делает и детям). Но плохо, что у больницы нет средств на современные препараты, потому-то приходится заменять их на более дешевые и малодейственные.
   Работа семейного врача внешне проста и однообразна: до обеда Соловьева принимает больных в офисе, после - ходит (или ездит, если это далеко) по вызовам. Иногда удается освободиться вовремя, но чаще приходится задерживаться. С сыном тогда занимаются бабушка с дедушкой. Несмотря ни на что Елена Владимировна никогда не усомнилась в выборе профессии и в том, что решила остаться на родине.
   - Я ведь коренной житель, и когда есть возможность помочь людям, часть из которых твои родственники или друзья, приятно. А особенно приятно (не скрою), когда тебя останавливают на улице и благодарят...
   ...Главный врач ЦРБ Торопецкого района Юрий Петрович Иванов рассказал, что в скором времени семейные врачи, кроме Плоскоши, появятся еще в трех отдаленных населенных пунктах. Три врача уже прошли специальные полугодовые курсы. Но проблема как была так и остается: молодые специалисты, как врачи, так и фельдшеры, мягко говоря не рвутся работать не то что в селе, а даже в райцентрах. Одна из причин - молодым не дают жилья. Доктор Соловьева (как и три других потенциальных семейных врача) - местная, и в этом ее плюс. Можно посылать на обучение местную молодежь целенаправленно, но где гарантия, что девушка "там" не выйдет замуж? Ведь контракт тогда надо будет выбрасывать в корзину. В той же Плоскоши нет стоматолога: те, кто приезжает, надолго там не задерживаются, бегут - перспектив-то никаких...

Автор: Геннадий Михеев