Что за жизнь за окном

Жизнь - отечеству, честь - никому!

   Есть в России место, где слова о неблагополучии молодежи, ее испорченности звучат нелепо. Место это - юг Красноярского края, пригород Минусинска, село Тесь, берег небольшой сибирской речки Тубы.

   онечно, я предполагала, что увижу казармы, воинскую часть в миниатюре, где мальчикам-подросткам дают поиграть в войну, дабы занять их хотя бы на время, отвлечь от улицы и дурных привычек. Но уже первые шаги по территории Кадетского корпуса заставили меня удивиться, порадоваться и - устыдиться. Я ничего не знала о кадетских корпусах. Разноцветье клумб, изящные терема-коттеджи под черепичными крышами, в каждом окне - по солнцу, новенькие качели, белые "тарелки" спутниковой связи. Навстречу подтянутые, улыбчивые подростки. Вот бы познакомиться с каким-нибудь мальчиком...
   - Не с мальчиком, а господином кадетом, - поправляет меня генерал - директор Кадетского корпуса Александр Юрьевич Голиков. - И обращение на "ты" у нас не принято. Кадет - будущий слуга Отечества, требования к нему серьезны и высоки. Мы стараемся сохранить самое лучшее, что по крупицам намывалось всей историей кадетского движения в России.
   Теперь-то я знаю, что кадет в переводе с французского - младший воин. Так же называли во Франции малолетних дворян, определяющихся на военную службу. Потом военные учебные заведения появились и в России. Начал их создавать Петр Первый, продолжила императрица Анна Иоанновна, учредив в России "корпус кадетов, состоящий из 200 человек шляхтских детей". Это были интернаты, в которых воспитанников учили всяческим наукам, Закону Божьему, военным дисциплинам, фехтованию, верховой езде. Но главными во все времена кадетского движения были любовь к Богу, сыновняя преданность России.
   - Дошли ли эти две основные "дисциплины" до нынешних кадетов?

   Александр Юрьевич Голиков протягивает мне небольшой листок - "Заветы кадета". Читаю: "Быть верным Отечеству, быть благородным, а не казаться, заботиться о младших кадетах как о братьях, безропотно терпеть лишения, не доносить, уважать чужое горе, труд, покой и сон, соблюдать православие..."
   Генерал-директор Голиков много рассказывает мне о жизни кадет. И называет кадетский корпус Норильским. Почему Норильским? Ведь находится он на юге Красноярского края, в Минусинске, а Норильск - это совсем в другой стороне, это аж за Полярным кругом... Оказывается, ошибки здесь никакой нет, а есть своя история. Климат в Норильске особенно суров. Долгая полярная ночь, девять месяцев зима, лютые морозы, да еще ветры, дающие "жесткий градус". Не от хорошей жизни, а от суровых условий норильчане - домоседы. Дефицит свежего воздуха, суровые условия, конечно же, сказываются на здоровье, детском в первую очередь. А Минусинск - это просто курорт! Зима мягкая, лето жаркое, под Минусинском даже арбузам солнца хватает. Именно здесь и решило руководство Норильского горно-металлургического комбината создать свой оздоровительный центр. В нем-то и разместился теперь Норильский кадетский корпус. Основатель его, глава акционерного общества "Норильская горная компания" Джонсон Талович Хагажеев как-то сказал: "Последнее время довольно часто приходится слышать, что в России все плохо, и вчера было плохо, и сегодня плохо, что у России и будущего-то нет. Не верьте. Россия всегда была, есть и будет великой державой".
   Слова свои государственный человек подкрепил делом - созданием Кадестского корпуса, в который первый год было принято двести кадетов, а через год - уже 487. Условия жизни у них завидные: комфортабельные комнаты, пятиразовое питание, классы с новейшим оборудованием. Но трудностей и испытаний хватает тоже. Пятиклассник - это же почти ребенок, на "гражданке" мама водила его за ручку, не оставляла одного в квартире, вместе сидела с ним над уроками. А теперь где он, а где мама... 10-летний "господин кадет" попадает в совершенно новые, непривычные для него условия. Здесь с ним не нянчатся, здесь строго спрашивают, обращаются на "вы". Здесь не повторяют без конца "запомни, ты мужчина", но сама обстановка корпуса не позволяет этого забыть ни на минуту. Мамы, конечно же, плакали, провожая сыновей в незнакомую мужскую жизнь. Но и радовались и удивлялись, когда спустя год их дорогие чада приехали на каникулы: "Сын изменился к лучшему, собран, подтянут". - "А мой стал вдруг по дому помогать". - "А мой теперь без молитвы за стол не сядет". - "А мой окреп, подрос, а был таким доходягой". - "А мой..."
   Спрашиваю одного из кадет, что изменилось в его жизни после поступления в корпус. Маленький человек в новенькой форме на секунду задумывается: "Я разболтанным был, ходить прямо не мог, извивался, дергался, а теперь я стал интеллигентом!"
   А вот что написал маме еще один кадет-интеллигент: "Учимся хорошо, кормят отлично, нам выдали шарфы, конвертов много. С Ванькой не деремся, потому что некогда..."

   Действительно, где уж тут выкроить время для взаимных подзатыльников, если жизнь в корпусе бурлит, кипит, разнообразна и очень содержательна. Каждый воспитанник должен овладеть двумя иностранными языками, освоить игру на двух музыкальных инструментах по выбору, знать основы рукопашного боя, иметь первый спортивный разряд. Постепенно угловатые, нескладные, закомплексованные парни приобретают выправку, литые мускулы и орлиный взгляд. Их шаг в общем строю оттачивается упорными тренировками и уважением к дисциплине.
   Но главное мне видится в другом. Литые мускулы, иностранные языки и основы военного искусства - не самоцель. Здесь, в Норильском кадетском корпусе, воспитываются не просто разносторонне образованные личности, здесь формируются патриоты, люди, любящие Отечество и готовые его защищать. Не даром ведь девиз кадетов: "Жизнь - Отечеству, честь - никому!" Слова не мальчиков, но мужей, русских мужчин, для которых подобная однозначность продиктована истинной любовью к Родине.
   Я знакомилась с жизнью ребят, их бытом, настроением и все больше приходила к выводу о пагубности затеи изобретать велосипед повторно. Знаю, сколько сейчас предлагается новаторских педагогических ухищрений для борьбы со злом нынешнего времени - наркоманией, пьянством, дедовщиной в армии. Защищаются кандидатские и докторские диссертации, отпускаются баснословные суммы под грандиозные проекты. Но можно вспомнить проверенный веками опыт, опробовать его в нынешней жизни и убедиться в простой истине: то, что проверено веками, имеет все основания жить еще не один век. Кадетские корпуса на карте Сибири - лучшее этому подтверждение. Спросите генерал-директора Александра Юрьевича Голикова, как в Кадетском корпусе борются с наркоманией, пьянством, дедовщиной, и он посмотрит на вас с недоумением. Этих явлений в корпусе нет. Их и не может быть там, где в основе жизни лежат законы любви и страх Божий. Воспитанники корпуса хорошо знают, что такое исповедь, причастие, соборная молитва. Они хорошо понимают, как опасен для души грех, какая пагуба грозит нераскаянному сердцу. Я долго беседовала с преподавателями Закона Божия, и они рассказали, с каким трепетом встают на молитву дети, как серьезно они занимаются своим духовным образованием, как основательно и глубоко стараются разобраться в русской истории и как по-детски радуются силе молитвы и маленьким победам над собственными грехами.
   12-летние мальчики в черной с золотыми аксельбантами форме, с красными погонами, на которых буквы НКК (Норильский кадетский корпус) замерли в четком строю праздничного парада. Никто не назовет их детьми, потому что девиз "Жизнь - Отечеству, честь - никому!" определяет судьбу мужскую и серьезную. Однажды кадеты писали сочинение на тему "Что бы ты пожелал миру, в котором будешь жить?". Кадет Николай Николаев пожелал жизни без наркотиков, спиртного, сигарет. Кадет Вячеслав Нижебовский - "чтобы люди не портили природу", кадет Евгений Паниот - "чтобы выплатили народу деньги, которые задолжали", кадет Денис Соловьев - "чтобы меньше было злых людей". Но особенно запомнились мне слова кадета Романа Чистякова: "Я бы пожелал побольше открывать таких кадетских заведений, чтобы каждый человек был образован, а не ходил по подвалам". Да, подвалов у нас намного больше, чем "кадетских заведений". И ребят в них обретается больше, чем стоящих на праздничном плацу с золотыми аксельбантами. Так что жатвы много - делателей мало.. . Кроме Сибири. В Сибири и с делателями все в порядке.