Экология совести

Чужая доля

   Долгие годы мечтала генеральская внучка уехать в Европу. Ради этого готова была на все. Но без денег на Западе делать нечего. Помог счастливый случай. После смерти деда она присвоила имущество, завещанное всей семье, и сбежала за границу. Но это не принесло счастья...

   Участок утопал в солнечных лучах. Под прозрачным голубым тентом два нарядных малыша, мальчик и девочка, играли в кубики. Рядом на высоких пластиковых табуретах сидели роскошные персидские коты. Было тепло, благостно и красиво. Но благостность эта распространялась только на природу.
   ...У Галины Сергеевны Выхиной, хозяйки внушительного двухэтажного кирпичного дома, стоявшего в окружении голубых елей на ухоженном участке, было убийственное настроение. В глазах ее затаилась смертельная тоска. Даже перед гостями не могла она больше разыгрывать роль счастливой матери дружного семейства. Много лет пришлось Галине ловчить, крутиться, обманывать весь мир ради того, чтобы стать "иностранкой", получить в Польше вид на жительство, так называемую карту постоянного пребывания. Купить престижный дом и участок в шестидесяти километрах от Варшавы в прелестном местечке Ясенец, славившемся на всю Польшу своими яблочными садами.
   И вот она добилась всего, о чем мечтала. Теперь можно было показать всем свое благосостояние, устроить главный праздник своей жизни. В течение года ради этого грандиозного новоселья Галина отказывала себе во всем. И не ударила в грязь лицом. Поставленные на лужайке столы ломились от деликатесов, напитков и фруктов. Но те, для кого все это приготовили, бойкотировали ее торжество! Самые близкие российские родственники: отец, мать, брат и сестра - даже не удостоились ответить на ее официальное приглашение. А ведь Выхина предложила оплатить им поездку в Польшу на ее новоселье на фирменном поезде "Ост-Вест"!
   Вежливые родственники со стороны двух ее польских невесток, Янины и Богуславы, придумали сказки, не выдерживающие никакой критики, о внезапных болезных и срочных делах. Но ясно было, что завистливые пани просто не могли смотреть на ее благосостояние!.. Нанесли удар ниже пояса и любимые сыновья вместе со своими неискренними польскими женами. А ведь все, что делала Галина в течение двадцати лет, делала она ради своих детей. Сыночки заранее завезли ей ради приличия внуков, а сами обещали приехать только вечером. На них якобы тоже внезапно свалились неотложные дела в Варшаве. От всей этой черной неблагодарности муж Выхиной, Петрусь Петрович, так расстроился, что с раннего утра выпил с соседом большую бутылку "Зубровки", сбросил с себя стресс и теперь громко храпел в беседке.
   Несколько лет назад Галина осуществила мастерски продуманную аферу, обобрала родственников, присвоила себе чужую долю наследства. И все это для того, что вырваться из опостылевшей России, стать бизнесвумен, сидеть вот так под нарядным тентом на собственном прекрасном участке. Но неужели эти блага стоили того, чтобы потерять самых близких людей?
   :Познакомились мы с Галиной два года назад на международной книжной ярмарке в Варшаве. Недавно она открыла здесь книжный магазин и бойко торговала полиграфической продукцией на русском, белорусском и украинском языках. Как это принято нынче на Западе, в ее магазине можно было не только купить книги и прессу, но и уютно посидеть за чашкой прекрасного варшавского кофе.
   У Выхиных был настоящий семейный бизнес. Муж ее, тихий благообразный мужчина, наполовину поляк, наполовину украинец, был бухгалтером и администратором. Неутомимые сыновья вместе с женами-польками выступали в роли международных коммивояжеров.
   Галина всем руководила, старалась превратить свой магазин в клуб творческих встреч и буквально зазывала к себе интеллектуалов всех мастей, писателей, журналистов, артистов, особенный интерес проявляла она к россиянам. Это была элегантная, высокая черноволосая женщина без возраста, худая до изнеможения, и неизменно в черном. Глаза у Галины были тоже черные, огромные, и в глубине их таились тоска и печаль. Она подчеркнуто говорила о себе "москвичка" и при этом искренне гордилась тем, что вырвалась из "нищей и отсталой" России в Европу.
   Оказалось, что настоящей потомственной москвичкой была ее мама. Мама вышла замуж за военнослужащего, много ездила с мужем по стране, потом осела в Смоленске, здесь родились Галина, ее брат и сестра. В Москву дети ездили на каникулы к дедушке и бабушке, которые уже тогда были очень старыми. Дедушка Галины был заслуженным генералом, служил еще в царской армии, прошел все войны. У него была огромная квартира в престижном доме для высших военных чинов на Таганке. Галина жила там, когда училась в институте.
   Знакомство наше было шапочным. Встречались мы с Галиной случайно и редко, однако я не удивилась, когда она попросила меня передать ее престарелым родителям небольшую сладкую посылку. Немного шоколадных конфет знаменитой польской фирмы "Ведель", печенье, джем, бутылку сладкой "Вишневки". С такими просьбами к нам, москвичам, обращались постоянно знакомые и едва знакомые люди.
   На Белорусском вокзале в Москве никто из родственников Выхиной меня не встретил. И по телефону позвонить не спешил. Адрес своей родни Галина Сергеевна на посылке нацарапала, а номер телефона записать почему-то забыла. Вот и пришлось мне отправляться с польскими дарами в подмосковный городок под названием Электроугли.
   Родственники Галины Сергеевны жили на убогой окраине города в обшарпанном старом пятиэтажном доме без лифта. В небольшой душной трехкомнатной квартире ремонт делали лет двадцать назад.
   Родители Галины не встретили меня с распростертыми объятьями. И не скрывали, что любой визитер от Галины и любое напоминание о ней вызывает невыносимую душевную боль. После ее чудовищного обмана, загнавшего их, немощных восьмидесятилетних пенсионеров, в жалкую подмосковную мышеловку, они обманщицу Галину дочерью больше не считают. И в подачках ее не нуждаются! Без всяких угрызений совести Галина обвела всех вокруг пальца. Продала за бешеные деньги роскошную генеральскую квартиру и дачу в Подмосковье, оставленные дедом всем родственникам поровну. Никому из них рубля в руки не дала, купила только эту кошмарную квартиру. Присвоила их законную долю и сбежала в Польшу!
   Старики буквально кипели от негодования, но будучи людьми интеллигентными, не решились выставить за дверь ни в чем не повинного человека, проделавшего ради них дальний путь. Напротив, угостили меня чаем, разговорились и постепенно оттаяли.
   ...Младшая дочь Галочка была самой талантливой, яркой и красивой из троих детей Выхиных. Она отлично училась, занималась бальными танцами и участвовала в международных танцевальных конкурсах. Наверное, во время этих самых конкурсов и появилось у Галочки неистребимое желание жить за границей.
   Она мечтала стать актрисой, но зная, какие немыслимые конкурсы в московских театральных вузах, решила не рисковать. С первой попытки ей удалось поступить в Полиграфический институт. Дедушка с бабушкой радушно распахнули двери своей квартиры перед новоиспеченной студенткой. Галина стала их любимицей и доверенным лицом во всем.
   У ее старшей сестры, оставшейся в Смоленске, жизнь сложилась непросто. Ей никто не помогал, и в желанный мединститут Алла не поступила, пришлось ограничиться медучилищем. Проработав полгода в городской больнице, Алла влюбилась в молодого хирурга и через год родила ему сына. Они проверили свои чувства, расписались только тогда, когда на свет появилась вторая дочь, и втиснулись в трехкомнатную смоленскую квартиру.
   Брат Николай на жилплощадь не претендовал, по примеру отца связал свою жизнь с армией, чтобы быть вечным странником на бескрайних просторах отечества. Он рано женился, прослужил восемь лет на Дальнем Востоке в Могочах, в тяжелейших условиях.
   Из дальневосточного запределья Николая Выхина перевели в Подмосковье, дали квартиру в Электроуглях, правда, небольшую, двухкомнатную. Сыновья его поступили в военно-медицинскую Академию и пленили сердце генерала. Дед завещал им часть квартиры и дачи. Увы, только на словах.
   Вскоре Галине представилась возможность поехать в турпоездку в Варшаву. Там туристы четко разделились, пока наивное меньшинство осматривало Королевский замок в Старом городе и музей Шопена, предприимчивое большинство носилось по самому большому в Восточной Европе рынку, расположенному на площади Вашингтона. Галина не только приобрела там модные замшевые сапоги на шпильках и настоящие фирменные джинсы. Она встретила там своего избранника. Варшава - город удивительный и во многом роковой, он дарит неожиданные встречи, перекрещивает пути параллельных прямых, меняет человеческие судьбы. Бухгалтер Петрусь Ромадский, родом с Западной Украины, из Тернополя, был огромным молчаливым увальнем с прекрасными голубыми глазами. Его физическая сила уравновешивалась неумением принимать самостоятельные решения. Ему просто необходим был ведущий. Петрусь был классическим подкаблучником. На третий день знакомства влюбленный Петрусь предложил Гале навестить его родную тетю Дануту, живущую в хорошем варшавском районе Золибоше. Доверчивый Петрусь поведал, что по отцу он украинец, а по маме стопроцентный поляк, о чем написано в его паспорте. Галина рыдала от счастья. Шутить с таким везеньем нельзя, и в Москву к дедушке Галина вернулась вместе с женихом. Генералу двухметровый красавец пришелся по душе, и он разрешил Галине после свадьбы жить у него. Так она и поступила, сбросив родившихся вскоре сыновей-погодков смоленской родне и прописав их в ту же резиновую смоленскую квартиру.
   Галина работала в крупном московском издательстве, но получала очень маленькие деньги. После смерти бабушки она стала полноправной хозяйкой в доме и распоряжалась солидной генеральской пенсией. Дед доверял ей всецело. Почувствовав приближение смерти, он написал завещание, по которому все его имущество, включая квартиру, дачу, новый автомобиль, получала Галина. У генерала было двенадцать прямых наследников! Галина получила от деда четкие указания по справедливому разделу имущества на равные доли, из которых ей с сыновьями принадлежали только три! Она поклялась деду на Библии, что выполнит его волю и никого не обидит. Но уже тогда, давая клятву, знала, что никогда ее не сдержит.
   Галина сделала ставку на книжный бизнес. Не могут же все торговать колготками и кожаными куртками! Книги читают во всем мире и везде у них разные цены. На эту разницу она и сделала ставку. Да еще на пробивную способность, трудолюбие и упорство своих мужчин.
   Муж без устали носился по Украине, России, Белоруссии, скупал, перекупал, таскал на себе через границы тонны книжной продукции. Но через десять лет адской работы международного челнока-коммивояжера имел только книжный ларек на том самом рынке-стадионе в Варшаве, где они познакомились с Галочкой. И снова помог счастливый случай.
   Тетя Данута решила закончить свои дни в пансионе для престарелых и подарила свою квартирку Петрусю. Он быстро оформил вид на жительство и вызвал к себе сыновей. Галина ехать категорически отказалась. После московской генеральской квартиры ютиться вчетвером на тридцати квадратных метрах не хотелось. К тому же именно в Москве ей предстояло создать свой основной капитал. Сыновьям Выхина приказала не терять время даром, быстренько жениться на польках и всеми силами врастать в новую родину. Ее красивые предприимчивые мальчики понимали все с полуслова. Вскоре они сыграли свадьбы, и через год голубоглазые польские жены Богуслава и Янина подарили Галине внука и внучку.
   ...Смоленские родственники умоляли Галю разделить наследство, продать дачу, а к себе в генеральскую квартиру забрать престарелых родителей. Мать давно мечтала вернуться назад в Москву и дожить век в родной отцовской квартире. Старшая сестра Алла хотела пожить отдельно от взрослых детей и просила купить ей небольшую квартиру рядом с братом в Электроуглях. Галина обещала родственникам выполнить абсолютно все их желания. Надо было усыпить их бдительность, получить генеральную доверенность и сделать все по-своему. К счастью, ей доверяли всецело. Быстро и выгодно продала она дедовскую квартиру и дачу. Но делиться с родственниками не собиралась. В Варшаве она не планировала ютиться в конуре и торговать комиксами на рынке. Двести пятьдесят тысяч долларов, полученных за дедушкино имущество, давали Галине реальный шанс вырваться на Запад.
   На окраине города Электроугли она приобрела небольшую обшарпанную трехкомнатную квартирку, жалкую мышеловку, предназначенную для родителей, старшей сестры с мужем, племянницы с мужем и ребенком. Когда родственники увидели свое новое жилье, они потеряли дар речи, а мать Выхиной свалилась с инфарктом.
   ...Нет ничего тайного, что не стало бы явным. Только мужу и сыновьям рассказала Выхина о своей гениальной афере. Да и не для себя одной она старалась. Книжный магазин в престижном районе Варшавы и двухэтажный дом с садом - все это предназначалось для ее семьи.
   Невестки категорически отказались жить с Выхиной в ее новом прекрасном загородном доме, предпочитая ютиться с детьми в маленьких съемных варшавских каморках. Они настойчиво уговаривали сыновей выйти из семейного бизнеса. Нельзя доверять жестокому человеку с нечистой совестью, даже если это твоя собственная мать. Добродушный муж Галины просто терял голову от этого кошмара, мучился, недоумевал. Умолял жену повиниться, выплатить российской родне деньги. И все чаще прикладывался к рюмке. Последнюю точку в этой драме поставило злосчастное новоселье.
   ...У этой драмы оказалась совершенно неожиданная развязка. Мне довелось увидеть ее воочию. С тяжелым сердцем поздним вечером девятого мая ехала я в Ясенец. Меньше всего хотелось мне оказаться сейчас на веселом пьяном застолье, но интуиция подсказывала, что увидиться с Выхиной необходимо. Но ни одного гостя в доме не было. За письменным столом сидела бледная как мел Галина с калькулятором в руке и что-то лихорадочно подсчитывала.
   Она всегда была человеком поступка. И в этот мучительный день неожиданно для себя самой приняла судьбоносное решение вернуть до копейки проклятую чужую долю. Даже если ради этого им с мужем работать еще двадцать лет. И неважно, простят ее родственники или нет. Главное - освободиться от непосильной ноши на сердце.