Экология совести

Ненужный ребенок

   Уже месяц лежала восьмилетняя девочка в постели, повернувшись лицом к стене, не говоря ни единого слова. И даже плакать она не могла. Врачи констатировали тяжелую депрессию. Психологи сомневались, сможет ли вообще впечатлительный ребенок перенести предательство отца...

   Муж позвонил ей ночью и небрежно сообщил, что заедет завтра в десять для чрезвычайно важного разговора. Но только разговаривать они должны были наедине. А посему дочь надо куда-нибудь сплавить на это время.
   Напрасно пыталась Тамара объяснить, что это негуманно, ведь с дочкой он не виделся уже месяц, девочка страшно скучает по отцу и уже не верит легендам про его бесконечные командировки. Марина у них умница, с первого класса работает на компьютере и прекрасно понимает, что даже из самых дальних командировок люди возвращаются. Впечатлительную девочку травмируют их обманы и недомолвки. Характер у нее начал портиться, аппетит пропал. И в школу отличница Марина уже не стремилась так, как раньше. Она перестала быть откровенной, затаилась, словно предчувствуя беду. Пора прекратить эту ложь и честно сказать ребенку, что завел семью на стороне. Но только позднее. Через три месяца Марине исполнится восемь лет, и она так мечтает провести этот день с родителями. Да и отец целый год обещал, что устроит ей потрясающий праздник. А у их дочки не так уж много праздников...
   Но Максиму все эти детские переживания были уже неинтересны, и он просто бросил трубку.
   Против развода Тамара не возражала. У них давно уже был карикатурный брак. Последние два года она жила с Максимом только ради дочки, так же, как живут вместе ради детей тысячи чужих, с трудом выносящих друг друга людей. Наивно полагая, что детям приятно наблюдать за их склоками. Ничего подобного Тамара себе не позволяла и, даже узнав, что у мужа есть любовница, дочке об этом даже не заикнулась. Неблагородно было взваливать свою беду на хрупкие плечи семилетнего ребенка. Да и жалко ей было выгонять из своего дома этого нового, совершенно другого Максима. Своего угла у него никогда не было. У его родителей в Электростали на пятидесяти метрах ютились пятьдесят армянских родственников. После свадьбы Макс сразу пришел к Тамаре в двухкомнатную, полностью обставленную кооперативную квартиру. И за десять лет жизни даже простейшего ремонта в ней не сделал.
   Ради счастья молодоженов родители Тамары, небогатые учителя, всю жизнь работавшие на этот несчастный кооператив, переехали на неблагоустроенную дачу в Опалиху. Но счастья не получилось. И была неумолимая логика в том, чтобы покончить наконец с этим опереточным браком.
   Супружество их напоминало Тамаре долгую дорогу с горы. Наверху был чудесный вид, альпийские фиалки и свежий воздух. А внизу, после мучительного спуска по пыльной дороге путника ожидал одинокий ночлег в жалкой, полуразвалившейся хижине.
   Но кто бы мог подумать, что чувства их так быстро себя исчерпают, а влюбленный, внимательный муж превратится в монстра?
   Давние их приятели, впрочем, всегда предрекали, что Тамара с Максимом расстанутся, но только инициатором развода станет стройная зеленоглазая красавица Тамара, а не обрюзгший и чудовищно располневший к сорока годам Максим.
   Но три месяца назад ушел из дома именно он. Наплел что-то про несовместимость характеров, про свой глубокий творческий кризис и необходимость в одиночестве осмыслить их будущее.
   Это было смешно. Какой творческий кризис может быть у человека, который при наличии университетского диплома умудрился устроиться работать в итальянский ресторан к своему приятелю на странную должность помощника метрдотеля. Стыдно было знакомым рассказать про такую работу!
   Новая ресторанная жизнь давала ему возможность спать до двенадцати дня, каждый день чудовищно нажираться спагетти и лазаний, напиваться хорошими итальянскими винами под неповторимую итальянскую музыку. Возвращаться домой в час ночи навеселе на негнущихся ногах и, не раздеваясь, валиться в кровать. Раз в месяц он приглашал в ресторан на обед дочку, рассказывал, как он ее безумно любит, поил кока-колой и закармливал мороженым так, что все светские рауты непременно заканчивались для девочки ангиной.
   За обедом Макс беседовал с Мариной "по душам". Без всякого стыда выплескивал на ребенка свои комплексы, выворачивал обиды, жаловался на Тамару. Постоянно внушал девочке, что у матери ее тяжелый характер, она слишком увлечена своим институтом и студентами. А за науку свою несчастную получает сущие копейки. Мать - бука, синий чулок, не умеет радоваться, расслабляться, не любит ходить в гости. Разве женщина должна быть такой?
   Макс намекал, что Тамара ревнует его к Марине, хочет их поссорить и мешает ему общаться с дочерью. А папа все равно любит свою маленькую красавицу больше всего на свете и мечтает всю жизнь посвятить ей!
   Удивительно, но умная Марина все эти сладкие слюни и лицемерные обещания воспринимала всерьез. И уже считала отца своей собственностью. Назарян не жалел своего красноречия - так эгоист воспитывал эгоистку...
   Это было глупо, несправедливо и подло. Наконец, неприлично. Тем не менее дочь Максиму верила и, возвращаясь домой, недоверчиво смотрела на мать огромными светлыми глазами. Отец был для нее непререкаемым авторитетом, и представить, что он может бессовестно лгать, девочка просто не могла.
   Макс не просто развенчивал образ матери, он сознательно отдалял дочь от Тамары, вербовал себе союзницу. Но ни разу Тамара не ответила ему тем же, не опустилась до того, чтобы оправдаться перед дочкой и уж тем более ругать ее родного отца. Позднее она поняла, что совершила роковую ошибку, позволив этому безответственному человеку годами лгать и отравлять душу дочери ядом лжи. Надо было бороться, противопоставлять нелепым обвинениям свою железную логику, объяснять, что же на самом деле происходит в их семье, но как-то неловко было вовлекать во все эти дрязги маленького ребенка и пытаться перетянуть дочку, словно канат, на свою сторону.
   Сама Тамара уже не могла ни любить, ни уважать, ни принимать всерьез этого нового, эгоистичного и лживого Макса, ей было безразлично, что в последние годы он безудержно врет, обжирается, пьет и за полночь приходит домой. Но дочка все так же трогательно любила отца. Точнее сказать, обожала! Она не могла заснуть, если его не было дома. Всегда дожидалась возвращения Макса. И никогда на него не сердилась. Для нее отец был всегда прав.
   Если пьяный Максим ночью опустошал холодильник, наутро дочь придумывала, что это у нее открылся зверский аппетит и она съела два килограмма сосисок. Марина постоянно звонила отцу и посылала сообщения на мобильник. Трогательно радовалась каждой подаренной мелочи: дешевому чупа-чупсу, безвкусной игрушке из "Макдоналдса", упаковкам с итальянскими специями.
   Спустя два года Тамара узнала, что муж ее живет с очень молодой, очень некрасивой и больной дочерью бухгалтера итальянского ресторана. В детстве у нее был полиомиелит, и теперь невеста Макса хромала на левую ногу.
   Конечно, богатые родители хотели пристроить единственное дитя. И некрасивой девушке хотелось замуж, а Макс, несмотря на свою внешность, лень и чревоугодие, обладал сильным мужским обаянием, умел заговорить и увлечь прекрасный пол. Известно, что женщины любят ушами. Когда-то и умница Тамара попалась на этот крючок.
   Опытному сердцееду хотелось поскорее получить новую стометровую квартиру в турецком "тереме" и синий "Опель", входивший в приданное невесты. У Тамары ловить больше было нечего, и он решил поставить все точки над "i".
   Что же касается дочки, Макс ни на минуту не сомневался, что сумеет перевербовать ее на свою сторону. Да и не очень интересна была ему теперь Марина, и его молодая невеста не жаждала посвятить жизнь чужому ребенку. Особенно теперь!
   ...Отправив дочь к родителям, Тамара напилась валокордина и стала ждать Макса. Мысли ее все время болезненно крутились вокруг одной темы: как мог муж приурочить развод ко дню рождения Марины?
   Любил ли он Тамару по-настоящему? Теперь она уже затруднялась ответить на этот вопрос. О них постоянно судачили. И Максу льстило, что Тамара, первая красавица курса с загадочными зелеными русалочьими глазами, предпочла его всем остальным. Это действительно был странный выбор.
   Тамара с первого класса была отличницей, в университете получала повышенную стипендию. Закончила с красным дипломом и поступила в аспирантуру.
   Около нее было много талантливых мужчин, что с первых курсов думали о карьере. Изучали языки, добывали у западных фондов всевозможные гранты. А Макс только гулял да между делом учил певучий итальянский язык. Выбрал его исключительно из-за легкости изучения.
   ...Муж ворвался в дом в половине двенадцатого ночи, когда Тамара уже легла спать. Не поздоровавшись, бросился к секретеру, где у них хранились документы. Лихорадочно рылся в поисках "свидетельства о браке", не замечая, что оно аккуратно лежит рядом на тумбочке. Он тяжело и прерывисто дышал, по красному обрюзгшему лицу ручьями тек пот. Меньше всего в эти минуты был он похож на счастливого жениха.
   Странно, но единственное, о чем после девяти лет совместной жизни попросила у бывшего мужа Тамара, был все тот же злосчастный дочкин день рождения. Нельзя ли до этого повременить с разводом?
   Макс просто взвился от злости: "Ждать три месяца? Да вы с ума посходили! Я через три дня женюсь, а через три месяца у меня ребенок родится, причем сын, наследник, а не какая-то там девчонка. Нам его врачи уже на УЗИ показали. Как же я счастлив! Сколько лет тебя просил родить мне сына, а ты только ныла, что занята по горло, то аспирантура, то денег нет, то чувства угасли. А моя Лилечка не задумываясь рожает! А дочку пора серьезно воспитывать, ты ее без меня страшно избаловала, просто противно!"
   Закончив свой гневный монолог, Макс схватил свидетельство о браке, необходимое, чтобы судья отпустил его в новую счастливую жизнь, где не было места бывшим женам и бывшим детям, и громко хлопнул дверью.
   Несколько минут Тамара сидела недвижимо, как памятник. Ничего кроме облегчения она не испытывала, только мучительно было жаль дочь. Но так или иначе ей тоже надо было начинать новую жизнь. Тамара выпила полстакана коньяка и подошла к зеркалу. Оттуда на нее смотрела молодая зеленоглазая длинноногая красавица. С такой внешностью можно было завоевывать мир.
   Дети обладают потрясающей интуицией во всем, что касается их родителей. Десятым чувством Марина поняла, что отец был дома. Но почему ничего ей не оставил, не написал ни строчки, не объяснил, где находится? Научившись писать в пять лет, она сама постоянно писала отцу записки, даже когда уезжала на выходные на дачу к дедушке. Может, они с мамой рассорились окончательно? Но мама молчала как рыба.
   Что-то подсказывало девочке, что случилось несчастье и их прежняя близость с отцом никогда не вернется. Но ведь папа говорил, что Марина для него самое главное, что любит ее больше жизни и никогда не оставит! Как же он мог ее разлюбить? Марина не могла поделиться своим горем ни с кем на свете, и тем более с матерью. Ее маленькое сердце трепетало от обиды и неизвестности. Она давно не верила в сказки про командировки. Но правду она хотела узнать именно от отца.
   ...День рождения пришелся на воскресенье. Марина заранее объявила, что хочет провести его дома одна. Но вечером в субботу приехали с дачи с подарками дедушка, бабушка и Маринина крестная. Тамара накрыла прекрасный стол. Марина как будто отсутствовала. Через силу беседовала она с любимыми людьми и испытала огромное облегчение, когда те, расстроенные ее состоянием, наконец уехали. Открытую, жизнерадостную девочку словно подменили.
   Все воскресенье Марина в страшном напряжении просидела в своей комнате, делая вид, что читает книгу. Она ждала и поздним вечером. Макс все же приехал. Ворвался вихрем с большим букетом белых хризантем, словно на похороны, и изящной коробкой, в которой лежал обещанный им мобильник. Дочка давно мечтала о собственном телефоне, чтобы не просить мобильник у мамы и звонить отцу, когда пожелаешь.
   Не успела Марина обрадоваться подарку, как отец обрушил на нее водопад красноречия: "Прости, солнышко, что опоздал. Занят, как всегда, страшно занят. Поздравляю с днем рождения, доченька, но и ты меня поздравь. Право, есть с чем. У меня для тебя целых два подарка и одна новость на миллион долларов. С чего начинать?
   Во-первых, два месяца назад я женился, жена моя Лиля - просто прелесть, старше тебя всего на двенадцать лет, вы с ней непременно подружитесь. Теперь я буду жить в другой квартире, с ней и со своим сыном. Да-да, не удивляйся, эта новость - мой главный тебе подарок.
   Три дня назад у меня родился сын, Артур, твой братик! Совсем еще маленький, но такой красивый, вахх! Я вас обязательно познакомлю. Ты же всегда мечтала о братике!"
   Марина задохнулась от обилия информации, которую ее бедный ум и сердце отказывались принять. Какой там Артур? О каком брате вообще идет речь? Она действительно мечтала, чтобы у папы с мамой родился еще один ребенок, но при чем здесь двадцатилетняя Лиля?
   Задохнувшись от гнева, красная невменяемая девочка схватила новый мобильник, на глазах обалдевших родителей вышвырнула его в окно и потеряла сознание. Детский организм не выдержал жестокого отцовского сюрприза.
   ...Целый месяц провела Марина в постели, повернувшись лицом к стенке, не произнося ни единого слова. Родственники постоянно дежурили около нее. Медики констатировали тяжелую депрессию. Психологи несли какую-то чушь, предлагая Тамаре немедленно и навсегда вычеркнуть из памяти дочки воспоминания о предателе-отце. Но как это сделать, почему-то не объясняли.
   Как голодная отчаявшаяся волчица, слонялась Тамара по улицам Москвы. Однажды вечером ноги сами привели ее на Гончарную улицу в чудесный храм Успения Богородицы. Лет десять уже не была она в церкви, даже на Пасху и Рождество не ходила, ну не было у нее такой потребности! Но крестик по привычке носила еще с детских лет. И вдруг внезапно потянуло ее в храм с неудержимой силой. Служба уже закончилась, храм опустел. Прямо в притворе столкнулась Тамара с пожилым иереем. У батюшки были удивительно ясные, проницательные глаза. И было в них нечто такое, что сильная независимая женщина схватила незнакомого священника за руку и неудержимо зарыдала. Они вместе вернулись в храм и Тамара рассказала отцу Валентину все про свою жизнь, замужество и развод. И про то, что они с мужем сделали с дочкой.
   В отличие от психологов священник прекрасно знал, кто виноват и что надо делать. Виноваты были безответственные Тамара с Максимом, в нарушение Божьей заповеди сотворившие из дочки кумира, объявившие ее пупом земли, а потом жестоко сбросившие с небес на грешную землю. Девочка считает, что жизнь родителей принадлежит ей, а они ее собственность. Но у каждого взрослого человека, помимо чувства долга, есть еще внутренняя свобода и право выбора. И дети должны уважать родителей, независимо от того, как они это право выбора используют. Бывших отцов и матерей не бывает, так же, как не бывает ненужных братьев и сестер.
   У Марины сложилось неправильное мировоззрение, жить с которым девочке будет очень трудно. Но еще есть время все исправить. Причастие делает с людьми чудеса. Так пусть в следующее воскресенье Тамара приводит дочь пораньше на исповедь, а потом отец Валентин ее причастит.
   ...У этой истории не будет грустного конца. Марина выздоровела, вышла из своего ступора и по-прежнему получает пятерки, а по выходным ходит в воскресную школу при церкви. Иногда туда заходит за ней отец. Отношения их постепенно налаживаются. Макс тоже ходит на беседы к мудрому священнику и начинает на многое смотреть по-другому. В душе его уже нет раздражения против бывшей жены.
   Со своим маленьким братом Марина еще не познакомилась. Максим с Лилей решили крестить сына весной, когда ему исполнится полгода, и непременно у отца Валентина. Они уже пригласили на крестины Тамару с Мариной. И те обещали непременно прийти.