Если человек попал в беду

Приговор, вынесенный сердцем

   Единственным свидетелем трагической гибели семнадцатилетнего юноши была его мать. Потеряв сына, она стала матерью для его невольного убийцы.

   Зал заседаний, где шел тот уголовный процесс, объявленный показательным, был переполнен. Сюда привели старшеклассников и студентов, присутствовали просто любопытные. Здесь были, помимо законных вершителей правосудия, общественные обвинители и общественные защитники с заранее заготовленными, как для собрания, речами. Их выступления казались мне тогда издевательством, фарисейством, безжалостной и равнодушной суетой вокруг чужого горя...
   Именно таким я вспомнила и ясно представила себе тот зал через тридцать лет, в тот самый момент, когда узнала в случайно встреченной старой женщине Надежду Антоновну. Да, я помню этот зал, помню всех сидевших там, но не лица их, а общую безликость, и только два лица, обособленные от всех своим непередаваемым выражением, остались во мне, отпечатались, как оказалось, навсегда. Это были Надежда Антоновна и Георгий.
   Четыре дня я провела в том зале заседаний, тревожась о дальнейшей судьбе этих людей, понимая, что связаны они не преступлением, а общей бедой. Не помню уже кем, в какой момент и какой винтик в судебном механизме был повернут в нужную сторону, но суд, вопреки недовольству зала, не согласился с жаждущей кары общественностью и пришел к выводу, совпавшему с тем никому не известным приговором, что вынесла Надежда Антоновна один на один с собою в ту страшную для нее ночь: н е в и н о в е н!