Кому что интересно

Фантазии Васюкова

   Николая Евсюкова называют "чудак-человек". И не только в Иваново. За свою жизнь Николай Афанасьевич поездил немало, донимая своими фантазиями и ученых-академиков, и чиновников. Фантазии его и вправду странные.

   Горький однажды бросил фразу: "Чудаки украшают жизнь". Но я, к примеру, до сих пор не знаю, в чем, собственно, заключается дизайнерское искусство чудаков. Хотя если иметь в виду Евсюкова, то он в буквальном смысле украшает жизнь ивановцев. Впрочем, Николай Афанасьевич и по сути своей художник - как всякий настоящий чудак.
   Но кто он такой вообще - настоящий чудак? Вот что говорит в своем знаменитом словаре Владимир Иванович Даль: "ЧУДАК - человек странный, своеобычный, делающий все не по-людски, а по-своему, вопреки общего мнения, обычая". И добавляет: "Чудаки не глядят на то, что-де люди скажут, а делают, что сочтут полезным".
   Конечно, честь и хвала тому, кто, не оглядываясь на стороннее мнение, тщится пользой людской. Да только, если оглянуться вокруг, то, похоже, человек своеобычный, то есть живущий своим особым обычаем, для окружающих фигура не самая удобная. Вспомнить хотя бы Леонардо да Винчи, чья склонность к кулинарному изобретательству сильно мешала и его покровителям, и, заметим, осложняла его собственную жизнь. Или Циолковского, возмущавшего своими фантазиями покой обывательской Калуги. Будущий основатель космонавтики, над которым втихомолку посмеивались соседи по улице (его фантазии даже жена никак не могла понять), тратил семейные средства на свои исследования - из скромного учительского жалованья Циолковский выкроил средства на постройку более сотни экспериментальных моделей. Согласитесь - для домочадцев такие поступки не самое большое удовольствие.
   В общем, не вписываются они в наши простые понятия. И Евсюков - точно не вписывается. Его склонность к "чудачеству", мне кажется, в генах заложена, и география свою роль сыграла.
   "Семья моя, - гордится Николай Афанасьевич, - происхождением из Тростянца - это в Сумской области, на Украине. Места там красивейшие, озер не счесть, и, как говорят, именно в тех местах у Чайковского (он приезжал гостить к приятелю) родилась идея "Лебединого озера". Дед мой был дворянином в гражданском звании, соответствующем генеральскому. Занимался он лесоразведением, и до сих пор под Тростянцом есть место с названием "Евсюков лес". А отец, женившись, в тридцать втором уехал на Дальний Восток, работал там трактористом. Детей у него было восемь, я - седьмой. В сорок девятом родители вернулись в Тростянец, мне тогда было два года".
   И отец, похоже, имел характер неуемный, и сыновья - в него пошли. Так, позднее Николай повторил путь отца - оказался на Дальнем Востоке. Учился в медицинском институте. Бросил, поступил в Институт искусств. Кстати, там познакомился Николай со студентом - длинноволосым японцем: пиво вместе пили, болтали о том о сем. А потом, по телевизору, увидел Николай знакомое лицо и лохматую прическу и рассмеялся: тот парень, оказывается, стал премьер-министром Японии - Дзюнъитиро Коидзуми. Попили пивка ребята:
   А Николай стал художником. Потом потянуло его обратно, и вернулся Евсюков на Украину. В Иваново же оказался просто: за женой приехал - она как раз отсюда родом. Вот, кстати сказать: кивают, мол, чудак, со странностями, а посмотришь - такой же, как все. Мужики ведь какие? Иной вроде и суров, и строг, по всему - своеобычен. А жена раз скажет, другой - и куда вся суровость девалась! Так и Николай. В Иваново они переехали в семидесятом. А потом:
   :Найти Евсюкова оказалось непросто. Вроде бы человек на виду, а в Отделе культуры города - "не знаем", в ВОИРе - "не слыхали". Спасибо коллегам из ивановской газеты "Хронометр", подсказали нужные телефоны. Звоню на домашний. "Так нет его здесь, - отвечает женский голос, - давно уже. Он в Ломах". Это где, спрашиваю. "Так недалеко, а вам он зачем?" Объясняю, зачем. "Все пишут, - голос в трубке звучал не раздраженно, а как-то печально, - только денег от этого не прибавляется. А вы платить будете?" Нет, говорю, какая может быть плата, мы же человеку, можно сказать, славу творим. "Вот-вот, эта слава его и портит. Больно уж загордился! Через эту его гордость мы и развелись".
   Вот те раз! Правда, приехав в Ломы, дачный поселок в сорока минутах от Иваново, я услышал от Николая Афанасьевича сходную версию: "А скучно мне с ней стало - ну, и развелись". Да уж, "своеобычный" человек - в обиходе трудный, с ним жить - только нервы тратить. Потому как все он видит не так, как другие, и самого себя тоже. Понять бы еще, откуда начинается путь в своеобычность.
   Мы сидим в Ломах, в уютном дачном домике, куда Евсюков сбежал от шума городского "для осветления души". На плите греется картошка с тушенкой, за окном шумят сосны. Николай Афанасьевич подпирает щеку рукой: "Началось все очень давно - с брательника моего, Михаила. Он на девять лет меня старше, ему двадцать первый шел, сам считай, когда это было - в шестьдесят первом, значит. Гагарин в космос уже полетел, но дельтапланов тогда никто у нас и не видывал. Вот Михаил и взялся строить махолет". Строили его братья с каркасом из бамбуковых тросточек, расчеты делали, но... Надо сказать, до сих пор ни одна попытка создать действующий (летающий) махолет не имела успеха. То есть все созданные аппараты крыльями машут, а летать не хотят. Правда, недавно какие-то умники в Англии построили махолет по чертежам Леонардо да Винчи. Конструкция поднялась в воздух на 17 секунд и достигла высоты в десять метров. Другие - и того не смогли. Не полетел махолет и у братьев Евсюковых.
   С той поры, должно быть, и зародилось в Николае неутолимое желание все вокруг улучшить, рационализировать. Усовершенствовать. Хоть что. Свою роль в обществе Николай Евсюков понимает ясно: "Я - открыватель шлюзов, двигатель идей. Денег у меня нет, поэтому мне важна идея. А результаты, как правило, летят мимо".
   Это верно, летят. Занимался мумиё - с научной точки зрения. Мимо. Или взять такой выгодный промысел, как автомобильная стоянка. Как выражался один киногерой: "Золотое дно, да что я говорю - дна нет". Так вот, Евсюков создал одну из первых в Иваново (он говорит, самую первую) частную автостоянку. Жить бы да "дна не видать". Однако на сегодня ни дна ему не видать, ни покрышки. Тоже мимо кассы. Обидно? Да не очень. Потому что ему тогда не прибыток был нужен, а просто пустующую землю жалко стало. Не должна земля пустовать, не рационально - вот его резон! А прибыль с идеи - дело даже не второе, а десятое.
   В конечном счете наши мечты и поползновения определяются степенью собственного чудачества. У Евсюкова эта степень максимальная. Потому ни одна из его замечательных затей не открыла ему двери в кладовые Али-Бабы. Эти двери открываются тем, кто совсем не чудак, людям, может, и менее талантливым, но отнюдь не менее изобретательным. Которые точно знают, какая польза им требуется. А Евсюков знает? Думаю, да. Скажем, раньше он с братом занимался монтажом мемориалов (когда-то их - по случаю "50-летия", "60-летия" - ставили по всей стране чуть не на каждом углу). То был "выгодный бизнес", и Николай Евсюков как сыр в масле катался, но пришел конец периоду помпезных юбилеев, и расстался Евсюков с бизнесом без горечи. Позднее на смену пришел иной - вместе с товарищем, Владимиром Антоновым, взялись в подъездах настенные росписи делать.
   Деньги, конечно, невеликие - за работу сами жильцы платят: много не "слупишь". Так и не хочется "лупить". Главное, что красота людям в дома приходит. Евсюков улыбается: "Я и штукатурю, и кирпич кладу, и сварку делаю, и паяю. Только не в этом дело. Вообще человек - существо забавное, он много раз за свою жизнь круто меняется. И я - тоже. Мне важно осознание самого процесса жизни, ведь она - самая большая загадка. Вот я и думаю: так ли я ее понимаю, правильно ли меня учили? Мне все интересно. Но я ни во что глубоко не окунаюсь".
   Наверное, в этом и заключена его главная ошибка жизни - не окунаться глубоко. Хотя ладно - чудак, не от мира сего, фантазер, которому важнее всего "осознание процесса". Где же его фантазии?
   Здесь, они всегда при нем. Правда, я не увидел ни одной конструкции, зато наслушался о них "выше крыши". Хотите и вы послушать? Пожалуйста.
   :Евсюков не спешит есть, он откладывает ложку:
   - Встречался я с одним академиком, нашел его через газету "Клюква". Была такая - про всяких ненормальных изобретателей, фантазеров. Он тогда идеей надувных зданий был занят. Много интересного мы обсуждали, а потом - слышал, может (у нас-то эту идею отвергли), в Америке аж надувные храмы вовсю строят. Еще он занимался микроэлектронной техникой, мы и в этом с ним хорошо сошлись. Он все спрашивал: "Неужели и в вашем Иваново такие люди есть?. А я ему отвечаю: мы как плесень, как пыльца летучая, мало нас, но мы всегда есть. Так вот, он сумел доказать, что время - материальная штука. Ты понимаешь, что из этой идеи следует?
   Я-то ел с аппетитом, все ж таки с дороги, но тут поймал себя на том, что сам погружаюсь в его фантазии - они захватывают меня, и я тоже начинаю думать, как он. И вправду здорово - время можно не только измерить, но - если Евсюков с этим академиком правы - его можно изменять. Поневоле вспомнишь фантастические романы. А Николай продолжал:
   - Возьми автотранспорт - нигде более столько людей не гибнет, как на автодорогах. Опасный вид транспорта. И крайне дорогой - полотно дорожное строят из бетона, асфальта. Заменять его надо!
   Так вот, построили в Москве монорельсовые дороги - на юге столицы и возле ВВЦ. А они почти не действуют, и людям дорого, и властям невыгодно.
   А там ход идеи неправильный! - Евсюков разгорячился: - Не по рельсам надо. Пневматический транспорт нужен: труба, по ней капсула с людьми летит - ее воздух толкает. Скорость? Хоть триста километров в час.
   Но при любом расчете главное - потребление энергии, а считать нужно и ту, что расходуется на строительство, поддержание системы в должном порядке.
   Считано, - хитренько улыбается Евсюков, - все считано. Мой пневмотранспорт будет стоить 0,7 копейки на километр. Знаешь, почему? Потому что строить его можно из отходов, из того, что сейчас на свалки выбрасывается. А что касается прямого потребления, то пойми ж ты - любая движущаяся вещь несет в себе энергию. Мы просто живем в океане энергии, надо только научиться ее извлекать. Вот скажи, - неожиданно он меняет ход разговора, - ты картины Васнецова видел?
   - Ну: это ты к чему?
   - Да смотрю я как-то на картину "Ковер-самолет" и думаю - неудобно на нем летать. Нерациональный это вид транспорта. Другое дело - метла Бабы Яги. Вроде воздушный мотоцикл. Только на каком принципе она должна двигаться? Думал-думал и придумал - принцип газового баллончика: внутри высокое давление и - струя реактивная. Понимаешь, - Евсюков взмахивает руками, - совсем не обязательно рассуждать в рамках общепринятых законов физики. Вот был я как-то на слете самодеятельной авиации - сумасшедшие идеи люди привезли. Идеи, а летают! Понимаешь, всё может летать, тем более, если закладывать новые принципы.
   В ином, чем у нас, обществе Николай Евсюков, быть может, стал бы миллионером. Потому что идея, даже самая на первый взгляд сумасшедшая, со временем оборачивается большой выгодой. Так случилось, например, с паровозом. Это нам сейчас железные дороги привычны, а представим то время, когда на далеком Урале отец и сын Черепановы, крепостные, заметим, люди, пришли к хозяину с предложением стелить дорогое железо на землю. Положили - и оказалось, что слабенький черепановский паровоз может тащить за собой тележки с 20 тоннами руды. Так что считать нужно, пробовать. Евсюков считает, пробует.
   Он вздыхает:
    - Бывал я и в КБ Антонова, они там не только самолетами и дирижаблями занимаются. Я верю - за дирижаблями большое будущее. Мои мысли тамошним специалистам понравились. А еще знаком я с разработчиками "СС-300-Тополь". От них узнал, что принципом действия летающей тарелки у нас в стране давно занимаются. И разработки есть. А у меня тоже к тому времени был макет "летающей тарелки" - дископлана. Это такой летательный аппарат, который не входит в штопор. Я проверял принцип его работы - на весах. Действует аппарат! Но все равно несовершенная конструкция. Совершенная - птичье перо.
   Вот он каков - Николай Евсюков, чудак-человек, живущий своим обычаем. Признают в будущем его фантазии или нет - время покажет. А пока живет в Иваново этот странный человек почти шестидесяти лет от роду, не понятый ни женой, ни большинством окружающих. Живет легко, свободно, без терзаний. Со своими мечтами, наивными рисунками, расчетами - то ли сумасшедший, то ли гений. Что, как известно, почти одно и то же.
   "Я учусь не на зачетку, - рассуждает Евсюков, - как студенты, мне все познать надо. Понимаешь, я ведь не просто где-то работаю, что-то такое на Земле делаю. Я на ней - дворник небесной канцелярии. Землю надо чистить от скверны, и мне на это еще сто лет дано. Потому что я верю в золотой век России".