Машина времени

Выше только небо

   Валерий Чкалов ворвался в историю мировой авиации, как космический болид - стремительно и ярко. И сгорел в 34 года. Герой мальчишек тридцатых - сороковых годов, кумир девчонок, поваливших в летные школы и парашютные кружки. Слава его была всемирной. Чкалова называли самородком, летчиком от Бога и... воздушным хулиганом. Его имя было окружено легендами при жизни и тайнами после смерти.

   Был эпизод в его детстве, когда он поспорил, кто быстрей промчится от центра Васильевой слободы до берега Волги - купец на тройке или он, мальчишка, на лыжах. Купчина разогнался во все двенадцать лошадиных ног, куда там пареньку на деревянных дощечках. А он свернул с дороги на край обрыва, зажмурил глаза - и полетел. Раздался треск то ли ребер, то ли лыж. В азарте встал на ноги, смотрит: где тройка? Нет ее. Только минуты через полторы вынесли рысаки купца.
   И потом, в небе, не мог пропустить вперед себя никого. Валерий был лидером по натуре. А когда освоился за штурвалом, стал вытворять на примитивной технике того времени столь невообразимое, что начальство становилось в тупик: что делать? Хвалить или наказывать?
   Чаще прибегали ко второму. Так случилось, когда молодой истребитель совершил неслыханное и невозможное: пролетел под аркой одного из ленинградских мостов. Ну как тут прикажешь поступить? Ясно, конечно, что парень рассчитал все до сантиметра и по вертикали, и по горизонтали. Но если завтра захотят повторить подобное и другие? Сорвиголов в России-матушке всегда хватало. Угробят и себя и машины. И потому посиди, Валерий Павлович, на гарнизонной гауптвахте, остынь.
   Только однажды ему позволили дeлать в небе все, что заблагорассудится: во время авиационного парада на Центральном аэродроме имени Фрунзе 2 мая 1935 года. Чкалов писал после этого парада жене: "Лелик, ты не можешь себе представить, что я сделал своим полетом. Весь аэродром кричал и аплодировал моим фигурам? То, за что я сидел на гауптвахте, здесь отмечено особым приказом, в котором говорится: "Выдать денежную премию старшему летчику Чкалову за особо выдающиеся фигуры высшего пилотажа". Это было прочитано в Большом театре на торжественном заседании".
   На том параде присутствовал Сталин со всеми членами Политбюро: приехали посмотреть новую авиационную технику и заодно полеты. Когда Ворошилов представил воздушного виртуоза вождю, тот поинтересовался:
   - Вы берете в полет парашют?
   - Я парашют признаю, но предпочитаю обходиться без него. Прежде всего берегу машину.
   Сталин возразил фразой, ставшей крылатой:
   - Ваша жизнь нам дороже любой машины.
   А через несколько дней Чкалов получил высшую награду - Орден Ленина.

   Не допуская мысли оказаться вторым после кого-то, Валерий и в любви был таким же.
   Летчики Первой Ленинградской истребительной эскадрильи захаживали в Герценовский пединститут. К девчатам. Там в хоровой студии он и углядел чернобровую солистку с такими синими глазами, что тут же в них и утонул. Узнал: зовут Ольгой, фамилия Орехова. И зачастил на спевки. Ольга не могла не приметить коренастого русоволосого летчика, всегда стоявшего притулившись к камину и хлопавшего так, что сотрясался воздух. Вот только не было полной уверенности, что эти аплодисменты адресованы именно ей. Вон сколько подружек в хоре, одна другой краше, на любой вкус. Сомнения развеялись, когда, набравшись храбрости, подошел и представился: "Валерий Чкалов. Я знаю о вас совсем немного, а хотел бы узнать больше. Можно вас проводить?"
   После нескольких прогулок по Ленинграду Ольга сообщила дома: "А ко мне ухажер свалился с неба. Валерой зовут". - "Как это с неба? Кто такой?" - всполошилась мать. "Летчик. Истребитель". - "И-и-и, девка, летчики - первые кандидаты на тот свет".
   Но дочь пропустила эти слова мимо ушей. Больше того, привела друга милого домой знакомиться с родителями. Посидели, поговорили, чайку попили с пирожками капустными и вишневым вареньем. На дворе был нэп и 1924 год. А когда гость ушел, отец, начальник паровозных мастерских Финляндской железной дороги Эразм Орехов, заявил: "Парень твой видный, неслабый и неглупый. Но это - не тот человек, который может принести тебе счастье". На этот раз ослушаться Ольга не посмела. Нрав отца она знала. Почти целый год никто больше не провожал ее до дома. А потом в дело вмешалась судьба и свела несчастную парочку на Поцелуевом мосту. Песенка солистки была спета. Родители, видевшие, как переживала дочь разлуку, теперь не стали перечить: смотри сама, тебе жить.
   Мать поставила условие - обвенчаться, но чтоб отцу ни слова. Так они и свершили обряд бракосочетания. А зарегистрировались в районном загсе, и после скромной свадьбы Валерий уже в звании супруга перебрался в небольшую квартирку Ореховых на Черной речке, неподалеку от аэродрома.
   Единственное условие, которое поставил Ольге муж, - не беспокоиться за него. Выполнять его было невероятно трудно. Однако она свою роль играла, понимая, что нельзя же провожать летчика в небо со слезами на глазах.
   А он уходил из дома часто и надолго. Значительная часть их романа состояла из писем. "Скучаю, хандрю, и только из-за того, что нет тебя рядом. Я стал летать хуже. Я это чувствую. Нет тебя - нет той энергии. Ты мне нужна как хлеб и воздух".
   Впрочем, не всегда отсутствовал в доме по причине командировок. О том, что Чкалов дважды был судим военным трибуналом, в советские времена говорить было не принято. Первый раз в приговоре судебного заседания было сказано, что Чкалов, будучи военлетом Первой эскадрильи, явился на аэродром в "совершенно пьяном состоянии, шумел, выражался". Приговор: лишение свободы со строгой изоляцией сроком на один год. Но потом было принято во внимание его пролетарское происхождение, молодость, и срок скостили наполовину. Хорошо, не докопались, что был отец, Павел Чкалов, церковным старостой, знали только, что работал котельщиком в Васильевских казенных мастерских (ныне Чкаловская судоверфь).
   А вот что было на самом деле со слов сына Валерия, полковника ВВС в отставке Игоря Чкалова:
   "Отец проводил тогда показательный воздушный бой с командиром отряда Петром Павлушовым. И вынудил его совершить посадку. Самолюбие командира было уязвлено. В отместку Павлушов придрался к действиям подчиненного, найдя их слишком рискованными, и отстранил от полетов. Узнав это, отец при всех набил морду командиру. У нас ведь все предки были из бурлаков, несправедливость не терпели".
   Июльским летом 1928 года, во время перелета со звеном истребителей в Брянск, Чкалов по своей инициативе снизился на малую высоту. Внезапно перед машиной встала телеграфная линия. Запутавшись в проводах, самолет с высоты 8 метров упал на землю. "Вчера подломал самолет. Страшно неприятно, хотя и пустяки сломал",- писал он Ольге. За "летную недисциплинированность" Валерия от полетов отстранили, а затем "судили без свидетелей и защиты, в закрытом заседании, - пишет он жене. - Присудили к году лишения свободы. Я приговор обжаловал в Коллегии Верховного суда. Буду писать Ворошилову".
   Девятнадцать дней провел Чкалов в Брянской тюрьме.
   Вступились за него Андрей Туполев и летчик-испытатель Михаил Громов, уже тогда известные всемирно. Написали ходатайство в правительство. Из кутузки Валерия выпустили, но от полетов отстранили. С военной авиацией он снова был разлучен.
   Ольга утешала как могла, хотя в душе ликовала: хоть какое-то время поживет без страха за мужа.
   О перелете без посадки через Северный полюс в Америку на одномоторном АНТ-25 Чкалова, Белякова и Байдукова писано-переписано. Повторяться не стану. Приведу лишь малоизвестный факт, свидетельствующий о значимости содеянного русской троицей?
   "Да-а-а, друзья мои, - сказал полпред СССР в США Александр Трояновский, - вы сотворили нечто невероятное.
   - Что-нибудь нарушили? - забеспокоился Чкалов.
   - Вы опрокинули вековые традиции, заставили самого президента в воскресный день, когда обычно вся государственная жизнь в Америке замирает, прислать вам приветствие. Даже государственный секретарь должен был нарушить свои непоколебимые принципы и традиции и последовать примеру президента Рузвельта.
   Чкалов подошел к окну, за которым накрапывал дождь. Валерий увидел огромную толпу, прикрытую мозаикой зонтов. Трояновский и генерал Маршалл пригласили экипаж выйти на балкон. Толпа взорвалась. В воздух полетели шляпы, зонты, раздалось мощное "Урр-рей! Урр-рей! Рашен флайерс, урр-рей!"
   Так описывает первые часы пребывания в американском городе Ванкувере, где приземлился АНТ, второй пилот Георгий Байдуков. А Чкалов рассказывал потом родным, как отсыпались в доме Маршалла. А когда настала пора ехать на прием в Белый дом, выяснилось, что у троицы из всей одежды только комбинезоны. Через час дом генерала превратился в склад костюмов, смокингов, обуви. В самом же Белом доме Рузвельт, приветствуя русский экипаж, попросил поднять его с инвалидной коляски.

   С легендами вроде бы разобрались. Теперь о тайнах. Самая главная - причина гибели летчика ?1 15 декабря 1938 года. Новый истребитель конструктор Поликарпов обещал сдать к Новому году. За созданием перспективной машины следил сам Сталин. Но довести самолет до ума времени явно не хватало. Опись дефектов состояла из 48 пунктов. Официальная версия гибели Чкалова - машина каких-то пятьсот метров не дотянула до аэродрома: из-за переохлаждения отказал двигатель. Но, по утверждению Байдукова, исследователя истории советской авиации, автора подробной книги о Чкалове в серии "Жизнь замечательных людей", Поликарпов не мог не знать, что на И-180 еще не полностью смонтировали систему воздушного охлаждения мотора. В итоге двигатель переохладился и заглох.
   Дальше. Перед взлетом Чкалов получил категорический приказ не убирать шасси. Почему? Потому что и механизм уборки - выпуска тоже был недоработан. На отладку его нужно было много времени. Больше того, механизм этот специально "законтрили", да так, что испытатель даже в чрезвычайной ситуации не мог воспользоваться возможностью уменьшить лобовое сопротивление самолета и спланировать до аэродрома.
   Исследуя историю И-180, тот же Байдуков установил, что крылья его были нелетными. Самолет был попросту макетом и должен был доводиться на земле, а никак не в небе.
   За три дня до рокового полета замнаркома внутренних дел Лаврентий Берия сообщал правительству в письме, что испытание самолета грозит гибелью Чкалова. Ответ последовал одиозный - перенести испытание только на 12 декабря.
   - Уже после гибели отца, - рассказывал Игорь Чкалов одному из московских журналистов, - произошло несколько загадочных случаев, объяснения которым нет и доныне. На следующий день после катастрофы был сброшен с электрички и умер ведущий инженер по испытаниям И-180 Лазарев. По делу Чкалова было арестовано более 60 человек. В их числе и начальник главка наркомата авиапромышленности Беляйкин. Большинство так и не увидели свободы, а Беляйкин вышел через пять лет, но через день был убит в своей квартире.
   На словах "отец народов" подчеркивал свою дружбу с лучшим летчиком страны, они даже перешли на "ты". Но вождя не могла не раздражать настырность депутата Верховного совета, с какой он отстаивал от репрессий ни в чем не повинных людей, как это было в отношении командира авиабригады Туржанского, журналиста "Комсомольской правды" Бабушкина, директора 21-го Горьковского завода Мирошникова и многих других.
   Наверняка Сталин не мог простить Чкалову фактический отказ возглавить наркомат внутренних дел, чтобы, как он выразился, "расчищать ежовщину". Нет, Валерий не отверг предложение начисто, но всячески оттягивал ответ, ссылаясь на неотложные дела в авиации.
   В последние месяцы перед гибелью, по словам Игоря Чкалова, отец спал с пистолетом под подушкой. Он чувствовал, что кольцо сжимается.