Мужская профессия

Спасатель

   В последние, не самые спокойные годы, немало военных стали Героями России. Герой России Владимир Легошин - гражданский человек. По профессии он - спасатель.

   Спасателем Владимир Легошин стал 11 лет назад, а лет пять, как он - заместитель начальника Авиамобильного спасательного отряда МЧС. Узнав об этом еще в редакции, я, признаться, немного загрустил. Хотелось бы встретиться, так сказать, с действующим спасателем. А тут, пусть бы и "по поисково-спасательным работам", и со звездой Героя, но - администратор.
   И вправду в кабинете с большим столом и парой мобильников на нем меня встретил импозантный мужчина - белоснежная рубашка, галстук, прекрасно сидящий пиджак, аккуратная прическа. Короче, типичный чиновник. Управленец.
   Ошибся я, что называется, с точностью до наоборот.
   - Я очень рад этой должности, - на лице моего собеседника нет и тени улыбки. - Разумеется, за все нужно платить, приходится заниматься и администрированием. Но понимаете, у рядовых спасателей дежурство, отдых, дежурство, а я здесь каждый день. Все происшествия мои. Конечно, чем меньше катастроф, тем лучше: ведь как ни странно прозвучит, наша работа - чья-то беда. Но я могу быть и доволен: у меня в отряде на счету больше всех чрезвычайных ситуаций.
   Поясню. Все ЧС (чрезвычайные ситуации) подразделяются на локальные, местные, региональные, федеральные и трансграничные. Отряд по определению центральный и должен заниматься только самыми крупными ЧС, но, находясь под Москвой, он имеет свою "зону ответственности": столица и область. Так что без дела сидеть не приходится. Трудовой режим у спасателей такой: двое суток боевого дежурства, двое - в резерве, восемь дней отдыха. Когда случится беда, никто не знает: то ли во время дежурства, то ли во время отдыха. Это если ты рядовой спасатель. А хитрый Легошин "хорошо устроился", ему и по должности, и по режиму работы достается все.
   Он очень даже действующий спасатель.
   Золотая Звезда на грудь - оценка совершенного и, как ни смотри, акт формальный. Все самое главное происходит раньше, хотя сам Владимир Данатович говорит: "Мне в жизни просто везло, я не мечтал о подвигах и, разумеется, не помышлял стать героем". Да, можно бы говорить об удачливости - если забыть о характере. Потому что везет тому, кто упорнее, и случай идет навстречу тому, кто его ищет. Так что и квалификация спасателя международного класса (таких на целую нашу страну всего шесть десятков человек), множество загранкомандировок, ряд правительственных наград, и, наконец, звание Героя России - все у Легошина не случайно.
   Но что заставляет человека идти в профессию, где всегда и опасность, и риск, да и просто физически тяжелая работа?
   - Не знаю, - Легошин плечами и головой делает движение, будто отталкивая мой вопрос. - Кто-то может сказать про "адреналин", про азарт риска. Я не думал. Только жалею, что потерял двенадцать лет, - он чуть заметно вздохнул. - Учеба в МЭИ, занятия наукой на кафедре антенн - упущенное время.
   Вот, что-то стало понятнее: решение податься в администраторы, чтобы чаще бывать на выездах, - это характер! Но Легошин еще и спортсмен, и это тоже - характер. Спортивный к тому же. А в его профессии, как в спорте: чемпионом становится лишь тот, кто готов истязать себя непрерывными тренировками, для кого запредельное напряжение поединка с самим собой - счастье. Герой - тот же чемпион, только не на спортивной арене, а в жизни.
   - Скажите, как вы относитесь к экстремальному спорту? Мне понятен врач Ален Бомбар, который переплыл океан в одиночку на резиновой лодочке. Но он хотел помочь людям научиться выживать. А как можно рисковать ради "адреналина", я не могу понять. А вы понимаете, например, того же Федора Конюхова?
   - Как вам сказать, пожалуй, да. Одному через Атлантику, даже и в навороченной лодке, - это, знаете, я вам скажу, большой риск и тяжелый труд.
   - Опыт Бомбара, думаю, и для вас, спасателей, полезен. Ведь вас учат приемам выживания?
   - Это целая наука. Есть много разных способов, как уменьшить теплопотерю тела на холоде или, если в пустыне, то обезвоживание организма. Но если, к примеру, нас с вами забросить на Северный полюс, то мы не выживем. Потому что для выживания должны быть хотя бы минимальные условия: источники тепла, пищи, воды. И конечно же, умение их использовать.
   - Ну да, например, поймать и съесть змею. Готовить вы, конечно, умеете.
   - Но не люблю.
   - Еще чего вы не любите?
   - Не могу ходить медленно. Мне времени жалко. И я не понимаю людей, которые часами прогуливаются. Когда грибы собираешь, тут другое дело - медленное хождение имеет смысл. Или с удочкой посидеть?
   - Любите рыбалку?
   - Да, это такой азарт!
   - А на машине гонять?
   - Тоже.
   - В дорожные происшествия попадали?
   - Два раза, оба - в машину ударяли сзади, легко. Раз - здесь, недалеко от работы, другой - в Швеции. Я там на учениях был.
   Карьера спасателя проста, она - в повышении мастерства, классности. Сначала просто "спасатель", потом третьего класса, второго, первого. Владимир добрался до самого верха, он, напомню, спасатель международного класса. У него два высших образования: кроме МЭИ, он окончил Академию Гражданской защиты (специальность - "управление в кризисных ситуациях"). И разумеется, учения: в Восточной Сибири - на вершинах хребта Черского, в Швеции, Исландии, тренировки на выживание в джунглях Венесуэлы, Колумбии.
   У Легошина 600 прыжков с парашютом, он участвовал в спасательных операциях по всей России, в Турции и Афганистане, в Индии и на Тайване, помогал создавать спасательные службы в странах Африки. А когда понадобился специалист для обеспечения безопасности на съемках "Последнего героя", руководство первого телеканала тоже пригласило Владимира Легошина. Не уверен, что именно без него никак было не обойтись, но телевизионщики любят, чтобы все у них - самое лучшее. Так что в случае чего "последних героев" спасал бы Герой России.
   - Владимир Данатович, сколько на вашем счету чрезвычайных ситуаций?
   - Не помню, не считал.

   На эти его "не помню", "забыл уже" я натыкался в течение всего разговора. Расспрашивать его было вообще нелегко, и тот, кто назовет Владимира Легошина разговорчивым, пусть бросит в меня камень. Хотя, может быть, это была всего лишь сдержанность, свойственная людям действия. И такая его "забывчивость" не от слабой памяти. Это тоже свойство личности, потому что есть люди, живущие прошлым, они помнят и то, что надо забыть. А есть те, кто нацелен в будущее. Легошин морщится: "Зачем я буду засорять голову ненужными вещами?"
   И то сказать, считай не считай, образ жизни не самый безмятежный. А как же дом, семья? Разумеется, обойти стороной этот вопрос я не мог.
   - Жена? Относится к моей работе стоически. Кроме того, ей нетрудно понять меня. Инга Альбертовна долго работала в нашем отряде, врачом в спасательной группе. У нее на счету 50 спасательных операций, в том числе в обе чеченские кампании. Награждена медалями "За спасение погибавших", "За отвагу", орденом Мужества.
   - А сейчас?
   - Сын Арсений родился, он уже в школу ходит, недавно ему семь лет исполнилось. А когда в семье появился ребенок, какие могут быть выезды и вылеты! Вот жена и ушла, сейчас работает в больнице, она врач-педиатр. Детей лечит.
   - Еще дети есть?
   - У меня еще старший сын, Саша, ему - четырнадцать. - Легошин махнул рукой. - Да, я не зря живу на свете, но не могу сказать, что такой образ жизни меня во всем устраивает. И я не только о себе говорю. На семью, на детей времени не хватает. Старшего сына я упустил. Конечно, время можно компенсировать деньгами, к примеру, я бы отдал Сашу в очень хорошую школу. Но таких средств у меня нет.
   - Как у вас вообще с бытом? Далеко от работы живете?
   - У нас квартира в Москве, на Юго-Западе, если на машине - 79 верст. Раньше была однокомнатная в Очаково, в доме, который чуть не в войну построили. Перегородки из дранки, штукатуркой обмазанные, полы проваливались, электричество - времянка. Ну, и так далее. Десять лет перебивались, а тут приезжаю из Малайзии? нет - из Панамы, со съемок "Последнего героя", а наш дом - под снос. И я получил новую квартиру. Года полтора назад.
   - Двух??
   - Трехкомнатную. Герою России положены дополнительные двадцать метров. Как, например, полковнику.
   Скоро, в марте, ему исполнится сорок один. Можно сказать, в самом расцвете всех сил и способностей человек. А до пенсии четыре года: жизнь у спасателя быстротечная. Она - на износ.
   - Что ж, - говорит Легошин, - мы такую работу сами выбрали, жалеть мне не приходилось ни разу.
   - Как вы стали профессиональным спасателем, Владимир Данатович?
   - Учась в институте, занялся альпинизмом. Всерьез. Нам, естественно, давали специальную подготовку горноспасателя, причем в самых сложных условиях. А потом был Спитак, землетрясение, и премьер-министр Николай Рыжков обратился ко всем, кто может, с просьбой помочь. Поехали, но реально мы мало что могли сделать - недостаточной была подготовка. И вот 13 марта 1992 года был создан Госкомитет по ЧС и наш отряд. И я поступил в него.
   - Квалификация спасателя - что это такое?
   - Учеба и тренировки. Чтобы подготовить спасателя первого класса, надо 5-7 лет. У нас каждый спасатель имеет по шесть, десять, а то и пятнадцать специальностей.
   - У вас сколько?
   - Хотите - считайте. Альпинист, скалолаз, горноспасатель, водолаз, водитель автотранспорта, водитель маломерного судна, пожарный на завалах, десантный пожарный, парашютист, стропальщик? нет, не упомню всех. Раз в три года - аттестация - мы должны подтверждать квалификацию. В общем, где-то двенадцать - четырнадцать специальностей наберется.
   - Медицинская подготовка?

   - Я же говорил о жене - в каждой спасательной группе есть врач. А мы имеем право на оказание только первой медицинской помощи. Ну, элементарная диагностика и, главное, как не навредить пострадавшему.
   - Вижу у вас тут бронежилет.
   Легошин пожал плечами:
   - Так - лежит. Мы с 1995 года отказались от бронежилетов: они только провоцируют стрельбу. Да и потом смотря какими пулями: из автомата бронебойно-зажигательными - не выдерживает.
   - Под пулями, значит, тоже бывать приходилось?
   В ответ он снова только повел плечом. Действительно, спасатель вроде бы профессия мирная. Да только сейчас эмче-эсовцы стали едва ли не главными действующими защитниками Отечества.
   - Страх приходилось испытывать?
   - Разумеется. Это естественное чувство, боится всякий, и бояться вообще-то надо. Но есть страх панический, он губит человека. А бесстрашный - это тот, кто умеет страхом управлять. Есть ситуации, когда надо переступить страх, чтобы спасти человека. Но безрассудство в нашей работе вредно: спасатель должен спасать, а для этого надо - остаться живым. Например, лезет человек в завал, и в любой момент что-то может рухнуть. Значит, надо подставить крепь, подстраховаться. Спасателю опыт помогает, риск и расчет - они должны быть рядом, надо знать, где "соломки постелить". Это - технология самосохранения.
   Возьмите простой случай и не редкий. Море, пляж и сильный прибой, человек полез купаться, а обратно - волны не пускают. Начинает тонуть, и вот другой бросается на помощь. Но вдвоем труднее выбраться, чем поодиночке. Гибнут оба. Я понимаю, это благородный порыв, но человек не обладает технологией. А что нужно? Опоясаться ремнем, привязать веревку, и тогда ныряй - обоих вытащат.
   - Опыт? Вы в отряде с самого начала, а как теперь становятся спасателями?
   - Приходят в основном после армии. Дальше - я уже говорил - учеба.
   - И остаются. Или уходят?
   - Бывает и такое, хотя редко. А уволили мы за 11 лет только трех человек. Понимаете, подготовка спасателя - непростое и дорогое дело. У нас из всего состава отряда спасателей - пятая часть. Остальные - обеспечение их подготовки и работы. И скажу по опыту: наша спасательная служба, пожалуй, самая лучшая в мире. Мы быстро перенимаем опыт иностранных коллег, применяем его у себя и стараемся мобильно перестраивать свою структуру. Взять, к примеру, терроризм, началось все с локальных событий, сейчас он меняется, судите хотя бы по трагическим событиям на Дубровке. Или - участились техногенные катастрофы.
   - Да, это еще предсказывали: в 2003 году начнет сказываться износ того, что строилось еще в Советском Союзе.
   - Вот-вот. А значит, мы, спасатели, должны быть готовы ко всем этим изменениям.
   - И конечно, собственную "форму" терять нельзя. А как же курение?
   Он покосился на сигарету, дымившуюся в пепельнице, отнюдь не первую за время нашего разговора.
   - Не мешает. Я до недавнего времени активно занимался спортом - дзюдо, альпинизм.
   - Что ж, со службой вроде бы разобрались. А теперь, Владимир Данатович, с вашего позволения, о Звезде Героя.
   - Нет, - отрезал Легошин и насупился, - это не ко мне. Спрашивайте у Путина, его подпись на Указе президента. А я ничего говорить не стану.
   Подвиг. То, на что способны единицы. Да, Звездой Героя в МЧС (кроме министра) награжден при жизни только один Владимир Легошин. Но просматривая его фотоальбомы, я то и дело натыкался на фотографии его коллег - у того на груди целый иконостас и у этого. Все они - спасатели, герои. Не потому, что профессия, а характеры такие - экстремальные.
   Мой собеседник встал, давая понять, что пора бы и честь знать. Что ж, надо собираться, хотя многого я так и не услышал. И очень жаль, что жена Владимира Данатовича, как я ни просил, уклонилась от встречи. Должно быть, по той же причине: оба не хотят говорить ни о подвигах своих, ни о наградах. А мне не хватает фантазии представить, какой должна быть женщина-врач, что она должна совершить, чтобы ее наградили за отвагу и мужество. Однако, похоже, Инга Альбертовна и Владимир Данатович, что называется, стоят друг друга. Без шуток, героическая пара.
   Напоследок напомню: звание Героя Советского Союза было учреждено 6 апреля 1934 года, и первых героев награждали орденом Ленина. Только в 1939 году учредили специальную медаль - "Золотая Звезда", как записано в статуте, "за заслуги перед государством, связанные с совершением геройского подвига". С тех пор и повелось: к золотой "звездочке" - платиновый орден с профилем вождя. Потом по понятным причинам ордена Ленина не стало, и сейчас Герою России полагается только звезда на муаровом триколоре.
   Признаться, я ожидал увидеть ее на груди своего собеседника. Увы! Ну не парадный человек - спасатель Владимир Легошин.