Жокей

Конские скачки - это состязания лошадей И жокеев. Жокея, как боксера, оценивают по числу побед. Но и в скачках, и в боксе, чтобы понять, кто лучше, нужны достойные противники.

   Чистокровная скаковая лошадь - чисто английское изобретение, и первые гладкие ипподромные скачки для двухлеток организовал лорд Дерби еще в 1778 году. Сейчас Дерби - одна из самых престижных скачек во всем мире. В США - это Вашингтонский кубок, у нас - Большой Всероссийский приз. Чистокровная лошадь может стоить и тысячи долларов, и сотни тысяч. Может и миллионы. Все зависит от результатов состязаний, от класса лошади. И от искусства наездника. Марат Кожамжаров - мастер-жокей международного класса. Работает он на Ставропольском племконзаводе, и знатоки говорят, что Марат - самый известный жокей страны. Кожамжаров приходил первым к финишному столбу на ипподромах Венгрии и Германии, Швеции и Дании, пять раз его посылали за победами в Америку. Так почему о нем не говорят "самый лучший"? Вот почему. Наш премьер-жокей Николай Насибов, к примеру, в свой первый сезон семьдесят раз приходил к финишу первым, а в США на Вашингтонском кубке был только третьим. Его скакун Анилин, к слову сказать, побил при этом мировой рекорд скорости. В Париже, в скачках Триумфальной арки, самых, пожалуй, престижных скачках мира, на том же Анилине Насибов пришел лишь пятым. Но за Анилина сразу же после скачек предлагали полмиллиона долларов. Такова цена пятого места, таков класс лошадей в этих скачках. И таков класс жокеев: в Париже рядом с Насибовым скакал Оливье Песлер, трехкратный победитель Триумфальной арки.
   Как и большинство спортсменов, Марат суеверен. Когда мы с ним впервые встретились в манеже, где он разминал своего любимца Морса, он показал: "Видишь, специально красный недоуздок надел - от сглаза. Кто ж тебя знает..." Потом я больше красного недоуздка не видел. Поверил, видно, в меня Марат. Суеверие жокейское не с пустого места берется. Скачки - не только азарт спортивной борьбы, это еще и азарт больших денег. Поэтому конские состязания обставлены правилами и ограничениями, как, наверное, ни один другой вид спорта. Кожамжаров рассказывал, что, например, в Австрии его предупредили: во время скачки пользоваться хлыстом можно не более шести раз. А в Швеции перед скачкой измеряют длину хлыста - он не может быть больше определенного размера. Но строже всего отношение к весу жокея. В классической гладкой скачке жокейский вес - 58 килограммов вместе с экипировкой, ни грамма меньше. И потому сам Марат хоть жилист и мускулист, ростом невелик и телом не массивен. Нельзя жокею быть упитанным. И потому ему, как какой-нибудь воздушной балерине, рекомендуется быть в еде воздержанным. Хотя все же между балериной и жокеем есть разница: танцевать-то нужно каждый день, а у жокея самая работа только когда сезон. Когда он на ипподром приезжает, где его и взвешивают перед каждой скачкой. Так что жокею, пока зима и тренировки, послабление. Ешь хоть сало, хоть борщ, хоть что угодно, а как сезон - дудки! И в сезон жокей вечно полуголодный ходит.
   А уж ежели не удержался, отобедал раз-другой со вкусом, то принимай меры. Английские жокеи предпочитают слабительное, они шутят, что живут, простите, на собственном поносе. Нашим российским по душе средство отечественное - баня. За что иностранные наездники наших сильно уважают: это же какое сердце иметь надо! А вот английский же премьер-жокей Лестер Пигот, скакавший в цветах английской королевы, то есть на лошадях Ее Величества, ни малым ростом, ни малым весом не отличался. Так он проблему веса решил кардинально. Лондонские газеты писали, что ему вырезали часть мускулов, вроде бы как не обязательных для жокея. Правда, не очень понятно, что это за мускулы такие "не обязательные". Николай Насибов подошел к проблеме по-своему - он везде с собой несушку в клетке возил: яичко в день - и достаточно. Да, непрост путь жокея к победе.

Все эти тонкости Кожамжаров не в книжках вычитал. Марат тренировался у Насибова, он - ученик и прямой продолжатель великого наездника. Еще восемнадцатилетним Кожамжаров впервые провел перед трибунами своего победного скакуна у себя на родине, в Киргизии. Три года спустя он выиграл свой первый Большой Всероссийский приз. Потом выигрывал его еще дважды, а в сезоне 1989 года Марат вообще выиграл все, что только можно было. Не проиграл НИ ОДНОЙ СКАЧКИ! Многие помнят Игры Доброй воли 1990 года в Сиэтле, но мало кто знает, что там разыгрывался необычный приз. Устроители, похоже, решили все же установить, кто самый лучший, и организовали специальную скачку - чемпионат жокеев. Марат Кожамжаров выиграл третье место. И тут же получил предложение остаться в Америке. Но отказался. Надо полагать потому, что тогда уже понимал: от добра добра не ищут. Ему, мальчишке с берегов горного Иссык-Куля, выросшему в семье, где было одиннадцать детей, и без того, можно сказать, достался в жизни счастливый билет. Деньги? Для этого не обязательно жить в Калифорнии, их можно зарабатывать и живя в далеком поселке Новогвардейский, в предгорьях Северного Кавказа. Ведь славу и призы жокею приносит ипподром. Призовой фонд Австрийского Дерби - это пятьдесят тысяч долларов на пять первых мест. Впрочем, зная теперь Кожамжарова, скажу - человек он по жизни непритязательный. Слава? И сам Марат, и Сергей Владимирович Хубулов, опытный и мудрый его тренер, понимают, он - жокей экстра-класса. И все же, учитывая бурную жокейскую биографию Марата и наши с ним отношения, я не мог удержаться от вопроса: "Случалось ли?.." Марат ответил немедля: "Ни разу. Клянусь хлебом. Я мусульманин - всю жизнь я скакал без обмана. Конечно, родители учили: обманывать грех. Но знаешь, еще почему? Раз возьми - и ты покойник. В 87-м меня из-за этого чуть не убили. И все равно - ни за что! А вообще я считаю себя счастливым человеком. Везучим. Ведь сколько хороших парней осталось там, за бровкой..."

Автор: Петр Пущин