Неженское дело

Дамы с собаками

   Женщин-спасателей в МЧС немного. А в Воронежской поисково-спасательной службе сразу две женщины. Что привело их в МЧС, каково служится?

   Женщина может все. Если захочет. Потому что, если не хочет, то найдет сто причин, которые мешают ей взяться за дело. Взгляните, к примеру, на профессии, которые считаются привилегией <сильного> пола. Знаете, почему в них так мало женщин? Они просто не хотят этим заниматься. И все.
   Спасатель - работа и точно мужская. Тут требуется не только грубая физическая сила и множество разнообразных умений, но и постоянная готовность поспешить на помощь пострадавшим. Это - недоесть, недоспать, это всегда, как сжатая пружина. Такое нервное напряжение - ей-ей! - не для тонкой женской организации. Однако вот они, спасательницы: Юлия Кравченко и Ксения Мошкина. Обе молоды, энергичны, миловидны, но главное, что их делает похожими, это - любовь. К собакам. Дело в том, что Юлия и Ксения - кинологи. А это, я вам доложу, профессия особая. Хотя даже не профессия, а образ мыслей, чувств, вообще - образ жизни. Собственно, в спасательную службу они пришли как раз из-за этой самой любви к собакам. С них, собак, и начну.
   В МЧС у служебных собак две главные специальности: поисково-спасательная (поиск людей в зонах бедствий) и минно-розыскная (обнаружение взрывчатых веществ). Это не обязательно овчарки, как принято считать, тут главное - выучка и характер. В Воронежской ПСС полдюжины служебных собак: овчарки, лабрадор и чудный розовоносый метис. Мне довелось наблюдать собак в деле, и они показались мне толковыми специалистами. Хотя как я могу оценить способности служебных собак, если у меня нет ни знаний, ни даже самых общих понятий о том, какой должна быть служебно-розыскная собака? Так что здешние собаки мне просто понравились - веселым нравом, истинно детской искренностью и непосредственностью. Можно подумать, это просто натуральный собачий характер. Да, наверное, но не только - еще и выучка. Потому что эти собаки не должны иметь злобности. Ведь работать им обычно приходится в местах скопления народа, именно там злоумышленники прячут смертоносные заряды - на городских улицах, в школах, на спортивных трибунах.
   - Наши собаки, - объясняет Юлия Кравченко, - просто обязаны быть <настроены> на человека. Поэтому подготовка каждой из них обязательно включает в себя такое <настраивание>. И здесь, к примеру, мы только приветствуем, если кто подходит к собакам, разговаривает с ними, ласкает, кормит. Конечно, собак раздражают резкие запахи - алкоголя, парфюмерии, они хорошо чувствуют страх человека и оттого тоже могут прийти в возбуждение. Но никогда наши собаки не бросятся на человека, не нанесут ему вреда.
   Кравченко пришла в поисково-спасательную службу в 98-м году. Сейчас она - спасатель второго класса, выше - только первый. А это значит, что Юлия и альпинист, и парамедик, и владеет иными специальностями. Еще школьницей она занималась в клубе собаководства, потом окончила Ветеринарную академию - все потому, что ее душа давно и навеки отдана зверью. При встрече Юлия с важностью вручила мне визитную карточку, в которой значится: <Питомник немецких овчарок. Юлия Владимировна Кравченко. ВЛАДЕЛЕЦ>. Согласитесь, звучит внушительно.
   Спрашиваю:
   - Сколько у вас собак?
   - Четыре: Ройал - это шотландский терьер, и овчарки: Брайта, ей 11 лет, пенсионерка уже, Бирке и совсем молодая Августа.
   - Для дохода собак держите? То есть это у вас такой бизнес?
   - Нет, что вы! Наоборот, корма, лекарства, оформление документов на выставки, кобелю, когда вязка, заплатить надо - одни расходы. Нет, питомник не для денег, а так - для души.
   Еще "для души" у Юлии живут шпорцевые лягушки, и очень хочется ей завести аксолотлей. Это (если кто не знает) ящерицы такие, родственники саламандр. Но все же на первом месте в ее жизни - собаки. Четырехлетнюю Августу Кравченко и подготовила сама, и теперь они вместе несут службу. Служба у них такая: ждать и всегда быть наготове, чтоб по тревожному вызову опрометью броситься к дежурной машине. А потом обходить школьные коридоры или ряды базарных ларьков в поисках смертоносного заряда. Когда случится вызов: ранним утром, в обеденное время, глубокой ночью - никто не знает. Хотя чаще случаются выезды, которые можно назвать плановыми. К примеру, проверка вокзала. Когда мы только познакомились, Юлия Кравченко как раз этим и занималась: дважды в день обследовала вокзальные помещения.
   Особенно интересно было видеть то, что происходило в зале ожидания. Заметив женщину в форменной одежде и с собакой на поводке, народ оживлялся, некоторые, подхватив вещички, спешили на выход - от греха подальше. Юлия с невозмутимым лицом шла вдоль скамеек, изредка что-то нашептывая собаке, а та неспешно обнюхивала стоявшие на полу сумки, чемоданы, баулы. Мне, признаюсь, было жаль псину: из сумок пахло колбасой, котлетами, жареной курятиной. Но собака держалась с достоинством, она выполняла то, чему ее научила Юлия: в неимоверной смеси вокзальных запахов искала тот самый главный запах - запах преступления и смерти.
   Смутная, неоформленная мысль пронеслась в моей голове, но все выглядело как-то очень просто и буднично, и мысль, мелькнув, пропала. Появилась другая - такое бывает, когда пытаешься разобраться в своих ощущениях и тычешься, будто впотьмах, в чувства и слова.
   - Юлия, собаки, работа, это, наверное, можно считать призванием. Но, согласитесь, это не все, что есть в жизни женщины.
   Она поняла меня сразу.
   - И не собираюсь. Зачем мне эта болячка?! Знаете, не я придумала, но эта мысль мне по душе: <Замужество погубило женщин больше, чем голод, война и стихийные бедствия вместе взятые>.
   Я тоже сразу понял - это позиция.
   А вот Ксения Мошкина в свои двадцать пять - дама замужняя, и у нее растет дочка Женя. <Тоже, как и я, Телец>, - как показалось, с гордостью отметила Ксения.
   Мошкина, в отличие от Кравченко, новичок, в поисковую службу МЧС она пришла только в декабре прошлого года. Но ее послужной список кинолога отнюдь не короток, и путь Ксении в спасатели был примерно таким же, как у Юлии. После школы собиралась в ветеринары, потому что с детства была, что называется, <собачницей> и с 15 лет занималась в клубе собаководства. Но в Ветеринарную академию не попала, а политех, куда поступила без труда, бросила. И три года служила в частной охране. Разумеется, при собаках. <Потому что с собаками проще, чем с людьми>, - объясняет Ксения. Потом она стала вожатой. Нет, не в школе или пионерском лагере - в собачьем питомнике. Вожатый - так называется должность того, кто ухаживает за теми четвероногими, коих в питомнике готовят к будущей службе. Не знаю, кому как, а на мой взгляд, это не самая лучшая работа для молодой энергичной женщины. Наверное, и Ксения так считала, потому что как раз в то время, когда Юлия поступила в спасатели, Ксения лицензировалась на полноправного кинолога.
   И вот они обе здесь. Каждая, разумеется, со своей собакой. У Ксении - Шакира, совсем еще юная собаченция с торчащими ушами и совершенно человечьими глазами. Шакирой здесь восхищаются все - потрясающе жизнерадостное и активное существо. Надо сказать, что собачьи вольеры расположены в глубине двора, в который собак время от времени выпускают поразмяться. По двору часто ходят люди, и собаки нетерпеливо просовывают головы сквозь редкий переплет решетки - а вдруг?
   Вольеры хорошо видны из кабинета оперативного дежурного, Шакира в крайней, и люди частенько собираются у окон, чтобы полюбоваться на <художества> Шакиры. Ее натуре претит ждать милостей, вот она и наловчилась открывать задвижку с помощью лап и носа и выбираться на волю, когда вздумается. И вволю носится по двору, пока остальные собаки изнывают от зависти. А уж когда им всем выпадает такое счастье, то от собачьих восторгов только снег в стороны летит. Ну, и вправду, как можно не любить этих чудесных животных?
   Пока собаки носились по двору, Юлия и Ксения с коллегой Сергеем Новичихиным вели сугубо специфический разговор, обсуждая достоинства каких-то препаратов, прививок. При этом они пользовались такими терминами, что мне и не выговорить. Я смотрел, слушал, и в памяти всплывала та неявная мысль, что промелькнула, когда я наблюдал работу Кравченко на вокзале. Она все сильнее беспокоила меня.
   Новичихин ушел, и я обратился к Мошкиной:
   - Как муж относится к вашей работе?
   - А он кинолог.
   Емкий ответ, прямо-таки обезоруживает. Но нет, я не то хотел спросить. Но что? И тут я понял. И повернулся к Кравченко.
   - Юлия, вы много раз выезжали на ЧП. Скажите, приходилось ли обнаруживать взрывоопасные предметы?
   - Бог миловал - за все годы ни разу.
   - Но все равно, страшновато, наверное, ходить искать взрывчатку. А вдруг она окажется прямо у вас под ногами?
   Мы дружно постучали по дереву.
   - Как вам сказать? Во-первых, стараешься об этом не думать. Мало ли: повезет, не повезет - что от этого меняется? А во-вторых, если что - все случится быстро, испугаться все равно не успею. Так зачем заранее себя настраивать?
   Значит, все-таки есть оно, ощущение опасности. Я не ошибся! Но тогда тем более странно, что женщины, которые, казалось бы, по самой своей природе должны иметь чувство страха, идут туда, где эта опасность составляет обязательную часть жизни. Удивительные они, эти женщины-спасатели - Юлия Кравченко и Ксения Мошкина. И любовь к собакам объясняет далеко не все. Живет в них еще что-то. Но что? Характер твердый, мужской, настойчивость - та, которую иной раз называют упертостью? Не знаю, не понял.
   Я сижу в зале ожидания того самого вокзала, откуда совсем недавно уехала (опять, слава богу, не найдя ничего) Кравченко со своей замечательной псиной. Сижу, разглядываю соседей, их сумки и тючки. Коротаю время и - думаю. Считается, что наша, журналистская, профессия беспокойная, как когда-то пелось, <трое суток шагать, трое суток не спать:>. В общем, сплошь хлопоты и приключения. Только разве можно сравнить ее с той, что выбрали себе эти <дамы с собаками>? Мысли продолжают кружиться - лениво и скучно: от нечего делать что в голову не придет? Да, интересно, если бы так сложилось, что оказался бы я кинологом (это можно представить, в сторону собак я <неровно дышу> с детства). А дальше? Потянуло бы в спасатели? Чтоб мины и самодельные заряды по стадионам и подъездам искать. Ох, не знаю: сомнительно. Не оттого что трус. Просто здесь и любви к собакам мало, и смелости одной - тоже.
   Значит, так я их и не понял, Юлию Кравченко и Ксению Мошкину, женщин, готовых рисковать собой. Ради нас с вами. Удивительные, поразительные они, женщины, избравшие совсем не женскую профессию - спасатель.