Преодоление

Кричащая немота

   Каждый год в день рождения она получает огромный букет роз. Его иногда приносят чужие, незнакомые ей люди, но она знает: это цветы от Андрея торопова...

   Андрей, осуществив свою мечту и, став летчиком, не забывает о докторе, подарившей ему новую жизнь.
   Он один из тех полутора тысяч человек, для которых Инна Вячеславовна Евсиевич открыла новый мир. Мир общения, который мы воспринимаем как данность.
    Ульяновск, бульвар Пластова, дом ? 4. Старинное кирпичное здание, расположенное в нескольких минутах ходьбы от знаменитого в советское время Ленинского мемориала. Сегодня здесь немноголюдно. Стайка студентов, присевших на свежую зеленую траву, грустный одинокий житель какой-то африканской страны, любующийся спокойной в этот день Волгой, несколько старушек-пенсионерок, прогуливающихся по аллее, заросшей сиреневыми кустами. Они и вызвались мне показать дом, где вот уже десять лет располагается логопедический центр.
   Итак, пять минут ходьбы, тихий зеленый двор, несколько ступенек крыльца - и я переступаю порог центра. Мысленно представляю его руководительницу, о которой впервые узнала из письма нашей постоянной читательницы Веры Ивановны Парфеновой.
   "Случится быть в Ульяновске, - писала она мне, - обязательно познакомьтесь с Инной Вячеславовной Евсиевич, наша семья обязана ей своим счастьем. Наш внук Игорек страдал тяжелой формой заикания?" Далее следовал рассказ о том, как родные пытались помочь мальчику, обращались к разным врачам, но результата не было. Отчаяние отступило только тогда, когда они узнали о докторе из Ульяновска, ее методике, позволяющей заикам побеждать недуг буквально за пару недель.
   - Вот и я, - широко улыбнулась мне крепко сложенная женщина с румянцем на щеках. - Здравствуйте.
   "Я буду необычным доктором", - эти слова она сказала своей маме, когда собиралась поступать в Ленинградский медицинский институт. "Почему же необычным? - удивилась тогда мама. - Все врачи лечат больных". "Да", - согласилась тогда Инна, но сама почему-то была уверена, что у нее все будет по-другому.
   Как в воду глядела.
   - На лекцию пойдешь? - спросила ее однокурсница.
   - Не знаю, - пожала она плечами. В тот день у нее были другие планы, но фамилия преподавателя заставила их измениться. Студентам читала лекцию знаменитая Ольга Ивановна Скороходова.
   Ее сердце замерло, когда она увидела строгое лицо слепоглухой Скороходовой. Но еще больше она была удивлена, когда Ольга Ивановна произнесла несколько фраз.
   Трудно, невозможно было поверить в то, что это речь неслышащего человека.
   Ольга Ивановна говорила четко, аргументировано, правильно строя предложения. Ее голос доходил до самого сердца.
   - Я была так поражена, - вспоминала через много лет Инна Вячеславовна, - что приняла решение заниматься проблемами речи.
   Ей повезло. Ее учителями были такие известные ученые, как Шкловский, Арутюнян-Андронова, Стрельникова, профессор Владимир Леви и многие другие. Прилежно изучая их труды, она все же искала свой путь в лечении неврозов и заикания. Эти два заболевания не просто связаны, они сплетены друг с другом.
   Вылечить одно без другого просто невозможно, вот почему многие логопеды неохотно берутся за лечение тяжелых форм заикания. Гораздо легче работать с обычными речевыми проблемами, научить выговаривать ту или иную букву.
   Здесь же - тяжкий труд, требующий и огромного эмоционального напряжения, и физического здоровья.
   - Мне скоро будет шестьдесят два, - рассказывает она, - но я каждое утро начинаю с зарядки и бега по улице.
   А до недавнего времени она еще и обливалась холодной водой. Но от этого пришлось отказаться. Как-то одним зимним утром Инна Вячеславовна, облившись холодной водой во дворе дома, поспешила к себе в квартиру. Но в этот же самый момент в доме вырубили электричество. Лифт не работал, горячей воды не было, да и трубы центрального отопления стали остывать. Пока она добралась до квартиры и согрелась, прошло много времени, и она сильно простыла.
   А болеть ей ну никак нельзя.
   Каждый день на вес золота. И это не красивое выражение. Посудите сами. В логопедический центр к Евсиевич очередь на лечение расписана уже на семь лет вперед!
   Так что болеть доктору никак нельзя. К тому же в ее методике используются многие упражнения из восточных единоборств. Они, эти самые упражнения, позволяют снимать зажимы и спазмы, которые возникают при разговоре у заик.
   Вообще к восточной медицине Инна Вячеславовна относится с особым почтением. Практика показала, насколько мудры советы восточных врачевателей.
   "Я буду необычным врачом", - сказала она очень давно своей маме. И стала. Выбрала свой путь в медицине, освоила и разработала свои методики, которые в медицинском мире стали называть ее именем, а еще именем города, в который она переехала около двадцати лет назад вместе с мужем и двумя сыновьями.
   Работала обычным логопедом, а десять лет назад загорелась идеей создать логопедический центр.
   Местные власти поддержали ее идею и выделили под создание центра старинное здание на бульваре Пластова. "Пусть будет место, где ульяновские дети смогут получить квалифицированную помощь", - решили они. Тогда еще никто не знал, что этот адрес станет адресом надежды для тысяч семей из разных уголков страны.
   ...Маленькая уродливая девочка с торчащими, как иголки, волосами идет по одной стороне улицы, а по другой идут красивые веселые люди. Они не замечают ее. Они живут в своем мире, где есть беседы за чашкой чая, где есть песни в кругу друзей. Они вместе, а она одна. Одна. И только безобразное надломленное деревце с колючками вместо листочков рядом с ней.
   - Видите, как она себя представляла, - Инна Вячеславовна протягивает мне рисунок двадцатилетней Наташи Елисеевой. - Она чувствует себя уродцем, изгоем, она в стороне от жизни. Ей нет в ней места. А ведь она красавица!
   Я откладываю в строну рисунок девушки, которая до встречи с Евсиевич практически не разговаривала. Двадцать лет молчания наложили отпечаток на ее душу. Рисунок девушки, как и работы заикающихся детей, потрясает образностью и откровением. Белые листы, на которых по просьбе доктора дети с проблемами в речи изобразили свое заикание, объединены экспрессией и трагизмом. Почти все они нарисованы черным карандашом. Изображения на них ужасны и страшны. Чахлое дерево, черт, сидящий на плечах, птица на цепи, язык в оковах, страшные существа, от которых, кажется, нет спасения.
   Мне становится не по себе. Ведь это не просто рисунки, это душевное состояние человека, который лишен нормального человеческого общения. Рисунки показывают трагедию, переживаемую трепетной, талантливой душой заикающегося ребенка.
   - У меня был один прекрасный, талантливый мальчик, - как будто услышав мои мысли, рассказывает Инна Вячеславовна. - Он много читал, сочинял музыку, всегда выучивал все уроки и даже делал дополнительные задания. Он мог бы быть гордостью не только класса, но и школы. Но?
   - Фролов, отвечай, - вызывал его учитель.
   Мальчик вставал. И чувствовал, что не может сказать ни слова. Горло будто охватывало кольцо, и непослушный язык мог произнести только одно: "Не знаю".
   Ему ставили неудовлетворительную оценку, и он, цепенея от несправедливости, садился на место. Он мог бы стать отличником, а стал второгодником?
   И тогда он решил, что жить не стоит. Он залез на девятиэтажный дом, чтобы покончить разом со всем. С несправедливостью, со своим недугом, с несбыточными мечтами?
   Нет, слава Богу, с ним не случилось самого страшного. На его удачу на чердаке оказался человек, который буквально выхватил отчаявшегося мальчугана из лап смерти. Более того, он знал о существовании логопедического центра и был знаком с Инной Вячеславовной. Подавленного ребенка доставили на бульвар Пластова.
   Тут уж не могло быть и речи об очереди. Мальчика надо было спасать.
   Да, бывают такие случаи, когда очередь на лечение отодвигается и прибывшему в Ульяновск уступают место те, кто сам нуждается в помощи.
   Смотрит на меня с фотографии темноглазая девочка-подросток. Длинная челка падает на улыбающиеся глаза.
   Здесь своя история. Помните трагические события в Буденновске, когда банда чеченских боевиков захватила заложников в местной больнице? Среди них оказалась и маленькая Сания со своей мамой. Несколько дней насмерть перепуганная голодная девочка сидела на полу в одной из палат. По коридорам больницы разгуливала смерть. Никто не знал, останется он жить или нет. То и дело до захваченных людей доходили слухи о том, что кого-то расстреляли. А потом начался штурм. Шум, грохот, крики? Вот последнее, что удалось услышать маленькой заложнице. А потом тишина. Рухнувшая стена завалила девочку, и она потеряла сознание.
    Прибывшие на помощь врачи сохранили ей жизнь. Но после всего случившегося девочка замолчала на несколько лет. Тяжелая психологическая травма так повлияла на ее речь, что при каждой попытке сказать хоть какое-то слово ее лицо искажалось судорогой.
   Страшно представить, в какой кошмар превратилась бы жизнь этой юной чеченки, если бы не добрые люди, которые рассказали ее родным о враче из волжского города Ульяновска.
   - Ее привезли ко мне совсем чужие для нее люди, - рассказывала мне Инна Вячеславовна, - привезли и сказали: "Если вы можете сотворить чудо, то сделайте это".
   Я перебираю рисунки. За каждым - своя история и своя трагедия. Иногда вместе с рисунком я вижу приколотый к нему листок с рассказом о себе и с благодарностью к доктору Евсиевич, встреча с которой стала для них главным событием. Радостно, что у всех авторов этих рисунков их страшная история заканчивается счастливым финалом.
   Вот, например, как у пятнадцатилетней Кати Кондрашкиной.
   ? Первый Катин рисунок в основном выполнен черной краской. Темнота окружила прелестную девушку со всех сторон. Кажется, что еще немного, и она поглотит ее всю. Ее золотистые волосы, изящные руки, держащие прозрачный сосуд с бабочкой, похожей на прекрасный цветок. Лицо девушки грустное, глаза опущены вниз. Она будто боится посмотреть вокруг, она вся в самой себе, в своих мыслях и проблемах.
   - А вот это уже через две недели, - слышу я и вижу совершенно другую картину.
   Несомненно, на рисунке все та же белокурая девушка, но теперь она кокетливо подмигивает мне левым глазом. Вокруг нее цветы, много света и солнца. А еще выпущена из сосуда ее душа - бабочка. Она кружится и порхает вместе со своими подружками.
   Я радуюсь, смотря на этот рисунок, и думаю о том, каким счастьем обладаю, умея свободно говорить. Никогда бы об этом не подумала, если бы не эта встреча в Ульяновске.
   Вот уж действительно, сытый голодного не разумеет.
   Кто-то скажет, что заикание не такая уж и болезнь. И будет неправ. Потому как невозможность высказать свои мысли и чувства зачастую коверкает человеческую жизнь.
   Пациенты Инны Вячеславовны - в основном дети от двух-трех до шестнадцати-восемнадцати лет. Но иногда за помощью к ней обращаются и те, кто давно уже вышел из этого возраста.

Рисунки детей, сделанные до курса лечения ...

... и после.