|
|
Выпуск номер 10/946 от 03.01.2006
Дочери гормонии
Наш Рассказ пойдет о том, как женщины деревни Бобья Уча смогли переломить свою бабью участь.
Они не просто пришли к власти, но истинно смогли привлечь к себе внимание мировой общественности, создав уникальное явление культуры...

Не буду утвер- ждать, что в Бобьей Уче на гармошке умеют играть все женщины - это неправда. Но говоря о том, что виртуозов игры на весьма сложном (и тяжелом - больше 11 килограмм!) инструменте среди представительниц слабого пола в этой удивительной удмуртской деревне - немногим меньше сотни, я нисколько не сочиняю.
Некоторые подумают: "Ну, опять, как и во всей России-матушке, мужики спились, и в телегу жизни впряглись женщины!" Но это не так; мужики в этой удмуртской деревне вовсе не выглядят опустившимися или хотя бы растерянными. Я бы даже сказал, что Бобья Уча - оплот патриархальности и устоев. Нравы в деревне еще не упали настолько, чтобы произошла эмансипация женщин, пытающихся спасти домашние очаги. Произошло нечто иное, мне кажется, недоступное нашему пониманию и даже революционное. Этот перелом произошел в человеческих сердцах.
Я побывал на небольшом бобья-учинском празднике и наблюдал удивительные для меня вещи. Во-первых, мужчины пьют самогон... степенно и понемногу. Здесь, если ты переберешь, на тебя будут смотреть как на дурака. Женщины, и в особенности девушки, в Бобьей Уче не курят и не ругаются матом. Эти занятия здесь считаются не просто непристойными, но постыдными. Вообще незамужние на посиделках ведут себя таинственно и тихо и лишь изредка вздыхают. Однажды я поймал себя на мысли о том, что это и есть та самая целомудренность, которая была отличительной чертой русской деревни, давненько переползшей из области реалий в страну прекрасных мифов. Мне было очень странно услышать из уст бобья-учинского учителя слово "пассионарность". Но, если задуматься, здесь живут именно пассионарии, то есть люди, не стесняющиеся того, что они крестьяне, и того, что они удмурты. Здесь гордятся и своим местом жительства, и своей национальностью. Забавно, что еще относительно недавно целая часть деревни, Цыгановка, была русской, но почти все русские от всех этих "реформ", тяжелым обухом ударивших по одноэтажной России, сбежали в город.
В удмуртском языке нет слова, переводимого как "гармонистка", есть слово "арганчи", которое относится лишь к гармонистам мужского рода. Ну, не предусмотрела патриархальная по своей сущности культура угро-финского народа возможности женщине взяться за мужской инструмент! Тем не менее бобья-учинский ансамбль гармонисток называется "Арганчи". Ясно, конечно, что, когда гармонисток много, рано или поздно они собрались бы в ансамбль, но здесь важен другой вопрос: почему именно женщины?! Вот теперь мы осмыслим эту загадку не в абстрактных рассуждениях, на конкретных примерах.
- Да я и сама-то считала, что это не женское дело. А на собрании, когда председателя выбирали, муж был против категорически. Мою кандидатуру выдвинули, он встал, закурил и говорит: "Да вы что, я фермер, а колхоз - это не женское дело. Кто ж будет домашнее хозяйство вести? Семья на кого? Да и не справится..." И как все встали за мужа!..
Это случилось в декабре 2003-го. А через несколько месяцев (Татьяну Сильвестрову все-таки выбрали председателем) люди подумали: "И почему мы ее раньше-то не выдвинули?" Но упущено было к тому времени много, так как два предшественника Татьяны довели колхоз до ручки. Пускай она сократила больше пятидесяти человек "нерадивых", но зато надои подняла с двух до трех с половиной тысяч, дойное стадо сохранила и овцеводство стала возрождать. Ездит по судам, пытаясь вернуть незаконно отнятые деньги: предыдущий председатель по недоумению подписал какие-то кабальные бумаги.
Теперь в СПК "Юность" (так теперь называется колхоз) даже одеяла шерстяные стали шить. Правда, зарплаты у колхозников остаются небольшими - надо ведь расплачиваться с долгами.
Строгость Татьяна проявила и в вопросе коллективной собственности. Люди привыкли заготавливать силос на всю деревню, а Сильвестрова кормить им частный скот запретила. И даже дежурство специалистов у силосных ям организовала. Народ почему-то не взвыл, а стал уважать жесткого председателя. Предыдущие, мужики, были почему-то люди не хваткие.
Случилась какая-то странная ирония судьбы. Муж Татьяны, Петр, был когда-то в этом колхозе главным агрономом. А его брат, Владимир, - председателем. В 2001-м они на все плюнули и шли в фермеры, основали фермерские хозяйства КХ "Сильвестров" и КХ "Селивёстров" (грамотеи в сельсовете в свое время перепутали фамилии родных братьев). Сам Петр объясняет свой и брата поступок просто: "Народ стал разбалованный, тяжело было с людьми работать... День и ночь пашешь - а на кого? На дядю?" В фермерстве они занялись овощами и зерновыми, на двоих у них 70 гектар, и общем-то, при наличии техники, работать им удается. Только вот - жена...
Таня была главным зоотехником, уволилась немногим позже мужа. Не из солидарности, а просто противно стало наблюдать, что за беспредел творится в колхозе. Была безработной, потом поработала в школе учителем, снова посидела без работы, а для специалиста, который когда-то закончил вуз с красным дипломом, да еще если у него есть жизненная позиция, простой гибелен. Пускай двое детей, дом, но у Татьяны до слез доходило: "Хочу в люди!" - молила. Надо сказать, переломила ситуацию Танина свекровь, которая развела целую агитационную работу, внедряя в мозги сыновей простую мысль о том, что Таня - последнее для колхоза спасение.
И Петр махнул рукой. Теперь летом он "на общественных началах" помогает жене в качестве агронома.
...Кстати, Татьяна Петровна Сильвестрова тоже участвует в ансамбле "Арганчи". Только она не на гармошке играет, а концерты ведет.
"Колхоз, как пчелиная семья: какова матка - таков и рой..." Можно сказать, классическая удмуртская мудрость.
В деревне Гужношур, что в трех километрах от Бобьей Учи, ситуация гораздо серьезнее, хотя по сути та же. Если в Бобьей Уче дойное стадо - больше 350 коров, в Гужношуре - меньше 100 (правда, надои здесь больше, чем в Бобьей Уче). Да еще здешний колхоз (СПК "Почиш") сдался в аренду на 10 лет другому, очень сильному и крепкому хозяйству.
Их уже были готовы купить с корнями (ради земли), да нашлась одна женщина, Антонида Арсентьева, которая не позволила совершить страшную ошибку. К сожалению, была она простой заведующей фермой и ничего не могла решить самостоятельно, но она смогла мобилизовать и надоумить растерявшихся колхозников:
- ...Тоже такие руководители были, дак... расслабились мы за десять последних лет. Некому было нас ругать, некому наставлять...
Теперь Антонида - и заведующая, и зоотехник, и бухгалтер - за всех. А муж у нее - простой плотник. По сути Антонида - главный человек в деревне, так как Гужношур относится к Бобья-Учинской сельской администрации (как ни смешно, глава администрации тоже - женщина). В Гужношуре не осталось почти никаких признаков цивилизации, есть разве что начальная школа, в которой учится 7 детишек. Вместо клуба - и то собираются на ферме. Но унывать здесь и не думают, с лидером, который естественным путем выделился из деревенских рядов, можно лелеять надежду. И даже больше того. В удмуртском языке женщина зовется по-разному: "перешь" (типа как русская "баба") или "нылкышно" (это когда с уважением, вроде как "сударыня"). Ре-е-едко теперь здесь услышишь первое слово... Только вот мужики, по наблюдению Антониды, почему-то ушли в тень. Даже гармошки (а умение играть на ней раньше было обязательным достоинством мужчины) - и те забросили:
- Как-то так получалось, что мужики после армии женились - и забывали про гармошки. Я так наблюдаю, что в настоящее время мужчины более женственны, чем женщины. Нет у них воли. Вроде бы попросишь - они все сделают, но... то ли зависит от жизни, то ли еще от чего, но какие-то они расслабленные стали. А вот взять мою сноху: она чисто городская, а телятницей работает. И с удовольствием на ферму идет!
...Трудная была судьба у Антониды. Замуж вышла в 17 лет, толком и не поняла жизнь, в которую попала, родила как-то быстро сына и трех дочерей, знай себе, сиди в дому да хозяйство свое веди. Однако что-то вырвало ее из бытовых пут...
Надо ли говорить, что и Антонида имеет отношение к "Арганчи". Есть в Гужношуре фольклорная группа "Вьюишь" ("Радуга"), участницей которой Антонида является. А всем этим культурным многообразием, как в Бобьей Уче, так и в окрестных деревнях, командует одна женщина, Екатерина Антонова.
- ...Если бы мужикам не нравилось, они бы не отпускали своих жен. На них скотина, дети остаются, когда жены уезжают на концерты...
"Арганчи" - организм сложный. Есть в ансамбле основная группа, в которой 24 женщины, и детская, в которой овладевают игрой на гармони 11 девочек. Среди гармонисток есть представители разных профессий, многих из них уже можно назвать виртуозами. Доярки Фаина Васильева и Рита Григорьева, продавец райпо Ирина Кононова, домохозяйка Татьяна Михайлова, учительницы Екатерина Королева и Татьяна Никифорова, бухгалтер Екатерина Трофимова, студентка Ольга Фомина, пекарь Евдокия Фаресова, телятница Екатерина Яковлева, зоотехник Антонина Арсентьева...
А, в сущности, если задуматься: зачем им все это нужно? Женскую судьбу для них никто не отменял, трое детей в семье здесь считается нормой... А тут еще вечерами ступай на репетиции с тяжеленной гармошкой!..
Екатерина Антонова, бессменный руководитель и организатор "Арганчи", объясняет все просто:
- ...У женщин было желание. Вначале боялись - вроде занятие-то мужское - но, когда две свекрови купили своим невесткам по гармошке... А ведь они по 10 тысяч стоят!..
История жизни Екатерины Леонидовны Антоновой тоже по-своему уникальна. Она, как и положено, рано вышла замуж, родила троих детей, но когда у нее уже было трое... поступила учиться в Институт культуры. Вообще-то тетя Катя (так в деревне зовут Екатерину Леонидовну) вначале училась играть на баяне, но, когда попробовала на гармошке, очень уж та ей полюбилась. Принцип игры у гармошки другой, проще, чем у баяна, но, что существенно, гармонь легче баяна - и намного. Когда Екатерина стала осваивать гармонь, потянулись к ней другие женщины:
- Я играла - а девчонки каждый день рядом с клубом в столовую проходили. Зашли как-то ко мне трое - Катя Трофимова, начальник почты Галя Васильева и заместитель главы администрации Люба Уразова - и говорят: "Катя, ладно-то как у тебя получается! Научи..." У них гармошки, оказывается, дома были, мужья, родители когда-то завели, да не играли они, пылились гармошки в дальних углах. Я стала учить. И, когда нас стало шестеро, я подумала: "А не создать ли ансамбль?" И стала я приглядываться к людям...
Случилось это 18 лет назад. С тех пор в Бобьей Уче развилось целое гармонное движение. В 96-м году ансамбль получил звание народного и тетя Катя стала его освобожденным руководителем. Участниц могло быть гораздо больше, ведь тетя Катя детей приучает к гармонному искусству, еще когда они учатся в младших классах школы, но многие девушки выходят замуж в соседние деревни и уезжают. От этого даже вырос устойчивый миф о том, что якобы в Бобьей Уче играют все представительницы слабой половины человечества. Учит тетя Катя гармонной игре и мальчиков, но, так как в деревне сложилась устойчивая традиция, согласно которой "арганчи" - дело женское, мальчики оказываются в стороне от концертной деятельности.
- ...И все равно играем мы не для концертов, а для души. Когда играешь, поешь - все выплескаешь. Всю горесть, все, что надоело дома. Ведь в сущности жизнь однообразна: дом - работа, дом - работа... Дома скотина, на работе скотина - и конца этому не видно. А здесь, с музыкой, - другая жизнь. Красивая. А еще, когда сама играешь, совсем у тебя другое чувство: от души переживаешь песню...
...Живут здесь, без сомнения, люди духовно богатые. А впрочем, когда в Бобьей Уче гостили финны, они обронили напоследок: "Вы счастливы, что не понимаете своей бедности..." Я бы не назвал Бобью Учу бедным селом. Народ здесь трудолюбивый, старательный, скотины помногу дома держит. После работы идут люди на трассу - продавать плоды своего крестьянского труда. И откуда еще у них силы берутся, чтобы на репетиции идти? А ведь играют на гармошках как богини; много надо трудиться, чтобы такого совершенства достичь! Загадка...
Автор: Геннадий Михеев
|
|