Провинция

Хвоя от Пушкина

   Мало кто знает, что в Ульяновской области растет ель, которую посадил сам Александр Сергеевич Пушкин...

   Как же его туда занесло? Конечно, в тридцатых годах XIX века это была вовсе не Ульяновская область, а самая что ни на есть Симбирская губерния. В 60 километрах от Симбирска находилось село (ныне рабочий поселок) Языково. Называлось село по имени хозяев населенного пункта - дворян Языковых. По давней легенде, навестив усадьбу, Пушкин посадил тут ель. Нам предстояло выяснить: действительно ли это так? Или кто-то из местного начальства так пошутил в советское время, чтобы привлечь к поселку повышенное внимание, а значит, и более ощутимое бюджетное финансирование?
   Не знаю, как добирались из Симбирска в Языково во времена Пушкина, но сегодня это сделать непросто. Вроде и недалеко до Ульяновска, а транспортное сообщение минимальное. Всего две "Газели" в день. И то они, оказывается, принадлежат не пассажирскому предприятию, а частникам. С нами в Языково ехал всего один человек. При таком "пассажиропотоке" никого не удивляет, что иной раз частная "Газель" вовсе не отправляется по маршруту. А зачем, если это невыгодно? Вот и получается, что вроде бы поселок этот недалеко от областного центра, но отрезан от него вовсе. Да и не до того людям, чтобы по большим городам разъезжать. Почему? Судите сами...
   Языково встретило нас огромной очередью, вылезавшей из обшарпанных дверей поселковой администрации. Оказалось, что вся толпа стремится попасть в один-единственный кабинет, на котором висит табличка "Служба занятости населения". Вскоре нам открыли тайну такого столпотворения. В поселке и так работать было негде, а тут накануне прекратила работу фабрика, всегда бывшая градообразующим предприятием. Получилось, что в Языкове работают представители официальных служб да небольшая армия торговцев. Все остальные работы не имеют, и в службу занятости они пришли не для того, чтобы найти ее (это невозможно), а оформить пособие. Вот такое грустное получилось первое знакомство с поселком Языково - поселком с типичной для нашего времени и отнюдь не счастливой судьбой. Даже и не верилось, что где-то здесь стоит ель, которую посадил Пушкин... Настолько это кажется чем-то высоким, далеким и неправдоподобным по сравнению с сегодняшними проблемами... Сказкой кажется...
   А сказка вскоре и началась. Всего пять минут ходьбы из центра поселка, и мы входим в огромный парк. Сразу видно, что это не просто лесопосадки. Все посажено по системе, деревья ухожены, поражают разнообразием видов. Понятно, что это и есть знаменитый парк дворян Языковых. Правда, в те времена парком никто его не называл. Это был просто приусадебный сад, за которым следила целая армия садовников. Сегодня, чтобы подрезать ветви высоких деревьев, приходится вызывать спасателей. И как без них раньше обходились? Сразу бросились в глаза посадки совсем молоденьких елочек. Уж не из семян ли шишек Пушкинской ели они проросли?
   Глаза невольно ищут высокую ель. Ведь если еще сам Пушкин сажал, то очень высокой должна быть. Елей вроде бы немало, но в основном совсем маленькие деревца. Наконец присматриваем две самые крупные ели. Высоки, стройны, но все же как-то молодо выглядят - вряд ли Пушкин их мог видеть. В высокой части парка - недавно восстановленный фундамент усадьбы. Ее сожгли после революции. От нечего делать. Вызывала она у кого-то неприятные ассоциации со старым миром - вот и сожгли. Нет, чтобы школу здесь устроить или больницу, да хотя бы тот же музей... Уже после войны окончательно разобрали стоявшую рядом церковь. Десятилетиями Языковы и последующие хозяева усадьбы украшали ее, как могли.
   И здесь, откуда открывается прекрасный вид на парк, подходящей ели не видно. Неужели это только легенда, к тому же ничем и не подкрепленная? В любом случае остается обращаться к работникам музея.
   Здание бывшей усадьбы для размещения музейных экспозиций подходило бы идеально. Но, увы, по изложенной выше причине музей ютится в низеньком деревянном строении, в котором не может быть и речи ни о каких самых элементарных условиях. Заведующая музеем Татьяна Уренцова встречает нас с двумя шишками: "Мы народ бедный, у нас ни буклетов, ни сувениров. А это - самый лучший сувенир. Все-таки с дерева, которое посадил Пушкин..." Ага, где-то здесь елочка... Никуда от нас не уйдет. Но действительно ли Пушкин ее посадил?
   - Вы знаете, прежде всего это красивая легенда. Стоит эта ель на берегу реки, чуть ниже парка - отдельно от других деревьев. Пушкин был тут в 1833 году. Он ее посадил, не он... Даже говорить на эту тему не хочется. Самое главное, что это Пушкинская ель. Так она называется издавна, так будет называться всегда... Сами понимаете, что главное - не сам факт посадки ели Пушкиным, а символ. Великий поэт тут был, и мы гордимся этим.
   Лет десять назад специалисты проводили дендрологическое исследование ели, то есть определение возраста дерева по количеству годовых колец. Установили, что дерево было посажено в конце XVIII века и могло простоять до приезда Пушкина уже лет шестьдесят... С другой стороны, совершенно точное исследование можно провести, лишь получив срез дерева, то есть уничтожив его. Этого делать никто не будет, а значит, мы узнаем о настоящем возрасте еще не скоро... Но в наше время, когда для развития регионов используют любой повод, тем более исторический, который может привести сюда туристов, а, значит, и деньги, о возрасте дерева никто задумываться и не будет. Тем более, именно в последнее время в музее наконец-то появились посетители.

   Народ не мог просто так прозвать ель Пушкинской. Легенда так и говорит, что посадил ее поэт. А может, он вовсе ее не сажал, но читал под ней стихи братьям Языковым. Или еще чего-нибудь здесь делал... Разницы - никакой.
   Пушкин не приезжал в Языково специально. Если бы не оказия, то вряд ли бы он здесь когда-нибудь побывал... Владельцем имения был младший из братьев Языковых, поэт Николай Михайлович. Родился он в Симбирске, но образование получал в Санкт-Петербурге. Пииты знали о творчестве друг друга, дружили заочно - по переписке, приглашая в гости. Но познакомились "вживую" лишь в 1829 году. С тех пор друзья встречались несколько раз, а в 1833 году Пушкину представилась возможность побывать в Языково. Александр Сергеевич приступил к сбору материалов для задуманной им книги о Пугачеве. Чтобы полнее охватить тему, он решил поехать в Оренбургскую область, где находился центр восстания и жило немало очевидцев и участников тех событий. По пути в Оренбург находится Симбирск, но там никого из братьев Пушкин не нашел и решил заехать в Языково, сделав приличный крюк. Там он познакомился со старшим братом, но опять же не застал Николая. Поэт наказал, чтобы через месяц он был обязательно. На обратном пути из Оренбурга Пушкин уже прямиком направился в Языково, где его ждали все три брата. Поэт за рюмочкой очень качественных напитков поделился с братьями своими впечатлениями о поездке, читал свои новые стихи. Ждал Пушкина и подарок. Старший Языков, Петр Михайлович, который был известным историком-краеведом, преподнес поэту рукопись одного малоизвестного писателя, в которой рассказывалось об осаде пугачевцами Оренбурга. Сие произведение настолько понравилось Пушкину, что он его опубликовал в качестве приложения к "Истории Пугачева".
   Беседа поэта с братьями, несомненно, проходила на веранде усадьбы, откуда открывался прекрасный вид на сад и фонтаны. Языковы, конечно, показали весь сад. Они специально выписывали отовсюду, даже из-за границы, различные виды деревьев, которых к приезду Пушкина здесь уже было более ста. Следили за ними двадцать садовников. И не во время ли этой обзорной экскурсии Языковы предложили Пушкину посадить ель?..
   Сколько бы не шли споры о возрасте ели, но она, безусловно, старая. Прежде всего потому, что эта местность не приспособлена для роста еловых деревьев. Непригодна почва, что приводит к постепенному усыханию верхушки дерева. Ее пришлось несколько подрезать, отчего ель стала выглядеть похуже. Зато жизнь ей продлили. Кроме того, в этом районе тяжелая экологическая обстановка. И своих загрязнителей хватает, так сюда еще и долетело в 1986 году радиоактивное облако из Чернобыля. И все-таки ель жива. Пусть уже не каждый год, но на ней родятся шишки, что дает энтузиастам повод призывать "клонировать" пушкинскую ель. Первые опыты в этом направлении уже прошли удачно. Языково входит территориально в Карсунский район. Вот в поселке Карсунь и появилась целая аллейка молодых елочек, чья мама носит гордое звание Пушкинской ели.
   Языковы продали имение и фабрику, как раз ту самую, которая накануне нашего приезда и развалилась. Купил село тогдашний "новый русский" гражданин Степанов. Самодуром он не был. Языковские традиции чтил, производство расширял и улучшал. Рабочие на него не жаловались. В штате фабрики даже состоял целый оркестр из 70 рабочих, выезжавший на гастроли даже в столицу Российской империи. Степанов приглашал руководить коллективом лучших музыкантов из столиц.
   Вся эта история Языкова отображена в музее, который снова открылся здесь совсем недавно. Несколько лет он был на реконструкции. Попросту ни на что не было денег. Но недавно повезло - языковский сад посетил губернатор Ульяновской области. Выделены необходимые деньги, музей взят под крыло областного бюджета, и в будущее сотрудники музея смотрят с оптимизмом. Восстановлены родовые склепы Языковых, фундамент усадьбы, появился уход за деревьями в парке, обнесена заборчиком Пушкинская ель. Татьяна Николаевна говорит, что нужно поставить и какой-то памятный знак возле ели. Пока здесь вывешивается табличка лишь один раз в год, когда музей летом проводит традиционный праздник. Он не посвящен конкретно Языковым и Пушкинской ели, но, конечно, гостей поселка привлекает прежде всего это простое хвойное дерево. Хвоя Пушкина - единственная местная достопримечательность. И от этого никуда не деться... В музее очень хотят, чтобы народ ехал сюда не только из Ульяновской области, но в организации экскурсий возникает немало проблем. Поверьте, провести несколько дней в этом месте согласились бы многие, но в поселке нет своей гостиницы. Вернее, она есть - при фабрике, но теперь, когда предприятие закрылось, ее будущее также туманно. Да и существовавший в ней сервис далеко не развит и был рассчитан на командирововочных, а не на отдыхающих.
   ...Найдя в подаренных шишках несколько семян, мы решили оставить здесь память и о себе, закопав их у аллеи молодых елей. Вряд ли прорастет, но может быть, будет здесь не только Пушкинская ель, но и ель газеты "Семья"...