Провинция

Марсианские хроники

   ...И на Марсе вновь расцветают яблони!
   А также груши, сливы, вишня, черемуха, сирень и прочая благодать земной природы...

   До города, если идти по прямой, 30 километров. Вроде бы и недалеко, но, живя на Марсе, трудновато ежедневно ездить в город, например, работать, ведь до автобусной остановки, что в деревне Шашкино, с Марса топать несколько верст. Ну, а с сельскохозяйственным трудом теперь в стране, сами понимаете, нелады. Короче, молодежь давно и безвозвратно оставила Марс.
   Тем не менее деревенька жива. Пока. Там даже есть электричество, хотя немногим погодя мы узнаем про настоящие "марсианские войны", которые разворачиваются на этих, без сомнения, прекрасных лугах, перелесках и полях, в которых и затерялась деревенька со столь необычным для Средней полосы названием. Глава Карандаковской сельской администрации, к которой приписан Марс, про деревню сказал (печально вздохнув): "Это наш гем... в общем, головная боль...
   В последний год вокруг Марса даже стали возделывать, казалось бы, давно брошенные на растерзание всяким вредителям колхозные поля. Дело вот в чем: спирто-водочные магнаты вложили в местное хозяйство "Шашкино" немалые средства, и теперь здесь должны выращивать высококачественную пшеницу, идущую на производство спиртного. Хоть и получается, что крестьяне работают на дальнейшее спаивание населения, все-таки налицо признаки стабильности, а это значит, что процесс умирания деревень приостановился. Хотя бы на время.
   Проселочная дорога к Марсу при условии отсутствия в течение нескольких дней дождей легка, и на пути возникает только одно препятствие: некое подобие моста, составленное из бревен и досок, перекинутых через коварную реку Зушу. Впрочем, как и все временные сооружения, "типа мост" стоит крепко, и по нему даже рискуют ездить автомобили. Первые марсиане, с которыми мы познакомимся, живут аккурат возле этого шедевра народно-инженерной техники. Итак...

Хроника первая. "Раздолье"

   Анна Гавриловна и Федор Иванович Юровы - коренные марсиане. Но живут они сейчас не на Марсе, а в деревеньке Миново, в двух километрах от родины.
   Произошло вот что. Когда солдат Федор Юров пришел с фронта (а войну он "отбарабанил" всю, встретив врага 22 июня
   41-го под Гродно и отметив Победу 9 мая 45-го на Одере), на Марсе он увидел лишь пепелище. Всю эту проклятую войну он прошел простым стрелком, и все богатство, которое Федор Иванович привез с собой, состояло из ордена Славы, полученного за Польшу, да целого набора шрамов - следов ранений, одно из которых было очень тяжелым. В голову. Фашистская пуля прошла всего в полусантиметре от виска и получалось: жизнь солдату Господь сохранил для какой-то важной миссии на Земле.
   Мать жила в землянке, в которой солдат некоторое время жил, а вскоре Федор стал строить себе дом здесь, у моста, случайным образом сохранившегося после бесчисленных бомбежек. Через Марс, точнее, вдоль реки Зуши, целых два года пролегала линия фронта. Там, за рекой, стояли немцы, здесь наши, и, надо сказать, красные воины не отдали врагу ни пяди Марсовой земли.
   До войны в Марсе был колхоз "Раздолье", который сразу же после освобождения деревни восстановили. В нем работала простой колхозницей совсем молоденькая, скромная девчушка Аня. Ей тоже пришлось хлебнуть от войны, так как их семье, как и многим марсианам, пришлось побатрачить на немцев, но все-таки страдания крестьян не шли в сравнение с судьбой солдат-окопников, которых под Марсом полегло очень и очень много.
   Тем не менее жизнь продолжалась. На Марсе, в кое-как восстановленных избушках, устраивались вечеринки, на одной из которых Федор и Аня сошлись.
   - ...Он такой степенный был, взрослый, орденоносец... ой, вскружил он мою голову! Тем более, женихов мало было...
   Поженились они в феврале 47-го. Свадьбу играли на Марсе, у невесты, и, хотя по причине разрухи все прошло скромно, необходимые обряды молодые соблюли. Лучшими годами для Юровых были те, в которые появились на свет шестеро их детей. Они трудились в колхозе, который вскоре объединили с другими, в результате чего получилось нынешнее "Шашкино", а на пенсии Федор Иванович на общественных началах обслуживал инвалидов войны, которых становилось все меньше и меньше.
   А дети все разъехались. Не интересно им жить в деревне. Слава Богу, не забывают и летом приезжают в отчий дом, но вот зимой долгие зимние вечера супруги Юровы проводят вдвоем. Бывает и страшно, особенно в последнее время, когда по окрестностям бродят лихие люди и крадут все, что плохо (а то и хорошо) лежит. В большинстве своем это пьянь из соседних деревень, которая ищет средства на очередную бутылку. До сего дня Юровых судьба миловала, так как их потери составили всего два мешка пшеницы, похищенных из кладовки. Только недавно они продали свою кормилицу-корову, но овец и птицу пока держат. Марс, по их мнению, "захирел" оттого, что находился он далеко от примет цивилизации. Долгое время здесь не было электричества, что еще сильнее толкало марсиан к бегству, а когда в сторону Марса "загудели и заиграли" провода, жителей в деревне, некогда состоявшей из 43 дворов, почти не осталось.
   Поскольку Федор Иванович был еще совсем маленьким, когда Марс устраивался, истинной причины появления столь странного названия он не знает, но мужики вроде бы говорили, что рождалась деревня после революции, и назвали ее в честь... Карла Маркса. Ну а с точки зрения необразованных крестьян "Марс" и "Маркс" не отличались, потому и произошло такое смещение понятий.

Хроника вторая. Наумовы

   От моста до Марса еще 15 минут хода проселком через поле. Деревня почти не видна из-за зелени и, даже вступив на единственную марсианскую улицу, не сразу догадываешься, что ты в населенном пункте: настолько здесь природа подавляет признаки цивилизации. Первыми "марсианами", попавшимися мне на пути, стали... гусята. Веселое желтое семейство под бдительной охраной шипящих и делающих агрессивные выпады в мою сторону взрослых особей деловито следовало в сторону лужи. За ними важно продефилировал надутый индюк, от одного взгляда которого хотелось драпать куда подальше. Следующими "марсианами" оказались добродушные и непугливые телята. Вскоре появился и человек, высокий, крепко сбитый мужчина среднего возраста. Он нес телятам пойло.
   Когда мы еще только знакомились с Сергеем Наумовым (незадолго перед этим старики Юровы мне с уважением рассказывали про Сергея Федоровича, про его фермерские дела и про то, как он единолично борется со всякими злодеями), у сарая с телятами с визгом затормозил белый джип, из которого вылезла пожилая тетка в трико. Наверное, у меня на лбу написано, что я журналист, так как женщина сразу пошла в атаку: "Они, Сережа с Галей, труженики, о таких людях стоит написать! И еще про башню водонапорную напишите, как ее поломали!.." Матрона, продолжая говорить еще что-то, села в свой джип, проехала метров сто по улице, остановилась и вышла. "Наверное, - подумал я, - дачница. А судя по нахрапистости поведения, москвичка..."
   - Интересно, а пешком за сколько можно пройти эти сто метров? - язвительно спросил я у Сергея.
   - А она всегда на машине. Дачница...
   - А что там с башней? На Марсе теперь, получается, воды нет?
   - Там мотор сгорел. Мы-то у себя на участке скважину пробурили. Дело в том, что, кроме дачников, нас на Марсе всего трое живет, то есть зимует. Мы с супругой да еще одна старуха...
   ...Было у отца с матерью четыре сына. Все они, когда пришел срок, уехали в большие города и вроде бы забыли родной Марс. Ну, приезжали изредка погостить в деревню, смотря сверху вниз на убогую сельскую жизнь, тем более что марсианское существование год от года становилось все безрадостней, но однажды...
   В сказках обычно брата, совершающего поступок, считающийся в обывательской среде "ненормальным", называют... ну, сами знаете как. Правда, в конце сказки становится очевидным, что не будь этого "Иванушки", не было бы и самой сказки. Да и одаряется он в финале многими благами. Правда, это всего лишь сказка...
   В общем, жил Сергей Федорович Наумов в городе Новомосковске, работал на хорошем предприятии водителем, и так прошло 20 лет. А ночами ему снились... марсианские лужи, по которым мальчишкой он бегал босиком. Будучи уже почти полностью городским и имея двух детей, умом он не понимал, как вообще можно дитю разрешить бегать босиком по холодным лужам, но со снами-то что делать?
   Помогли новые веяния. Настал 91-й год, и друзья напели про то, что сейчас выгодно в аренду брать скотину. Супруга Галина, хотя и была она сугубо городским человеком, согласилась попробовать жить в деревне. Они взяли в аренду марсианскую ферму со всеми коровами количеством в 130 голов и стали честно трудиться. В нашем государстве, как известно, честно работать не дадут ни за что, но тем не менее Наумовы продержались шесть лет, до того момента, пока их дело окончательно не задушили налогами. К тому же надо было давать сыну и дочери среднее образование, а школа в Шашкине (туда дети ходили пешком) была 9-летней. В общем, они отступили.
   И снова городская жизнь со старыми, деревенскими снами. Снова стабильная работа, благоустроенная квартира, но... что-то в этом существовании не складывалось. Оно было лишено смысла. И в 2000 году состоялось их второе "пришествие" на Марс.
   К тому времени ферму полностью разворовали (дачники разобрали по кирпичикам). Но Наумовы не старались гнаться за количеством: в их подворье теперь всего две коровы, два быка, несколько телят, куры, индюшки, гуси, пчелы, в общем, обыкновенное натуральное хозяйство, которое в незапамятные времена называлось "кулацким". И они счастливы своим неспешным трудом. Правда, дети живут в городе.
   Есть только одно маленькое "но". Из-за того, что Марс далек от цивилизации и на нем постоянно живут всего три человека, его облюбовали грабители. Воруют всякое, но ныне настоящая война развернулась за электрические провода. Попыток похищения имелось много, но по-настоящему удачной добыча злодеев была 2 апреля этого года. Свет пропал, как всегда, внезапно (на Марсе и безо всяких воров такое случается часто), и, когда Сергей ринулся вдоль столбов, он обнаружил, что провода срезали сразу с нескольких пролетов... Восстанавливать пришлось за свой счет.
   В последующие дни вели себя более чутко. Лампочки погасли через две недели. В то время как Галина побежала звонить в милицию, Сергей снова направился вдоль линии. И почти настиг воров. Он их даже увидел (они еще только скручивали награбленное), но и на сей раз эти гады ушли. Хорошо еще, провода оставили... А в районной газете появилась скромная заметка: "15 апреля жители деревни Марс своей бдительностью и своевременными действиями не позволили ворам забрать срезанные ими провода". Марсиане ждут нового хода...

Хроника третья. Есть ли жизнь на Марсе?

   Когда я засомневался, сможет ли женщина 1909 года рождения что-нибудь внятно рассказать, Галина рассмеялась: "Да вы что, не только расскажет, но и накормит! Мы ей только воду приносим..."
   И действительно, Анастасия Яковлевна Данилина несмотря на то, что живет на свете немало, поведала много интересного. Она даже смогла рассказать, какой у них был барин (в смысле помещик)!
   Но вначале баба Настя раскрыла тайну происхождения названия "Марс":
   - Поселок наш образовался в двадцать втором году, и съезжались сюда жители ближних деревень, кто хотел новую жизнь создать. Тут была барская земля, и ее решили разделить. Собрались мужики на сходку, и приехал какой-то начальник из волости. Стали решать. Начальник этот достал какую-то карту, и, тыча туда пальцем, рассказал, что, мол, Бога нет, а есть такая планета на небесах: Марс. До нее далеко, как до нашего поселка. Мужики согласились... А барин на этих землях был неважный, его не любили. Александр Корсаков его звали. Был он какой-то дерзкий и с людьми плохо обращался. Ягоды пойдут - он обложит детей оброком, чтоб по три тарелки ягод ему приносили, если скотина в лесу пасется, мы за это ему землю бесплатно копали и картошку сажали, и просо пололи. Один раз мужики решили: "Давайте покосим раньше барина!" А он их за это в город. На неделю в тюрьму. А за мужиков бабы и дети косили. А барский дом был там, где башня водонапорная, напротив Сережиного дома. После революции барин сбежал. А после него хорошо жили. Небогато, но весело. Не то что сейчас: свет отрезали, электрики приехали: "Бабка, наливай нам по сто грамм!" Откуда у меня вино-то?..
   Покойный муж Анастасии Даниловны был колхозным ветврачом, она - свинаркой в "Раздолье", и из одиннадцати ее детей четверо умерли до войны, а двое на этой войне погибли. Проклятая война вообще слишком круто "прошлась" по Марсу и марсианам.
   Немцы увезли ее в другое село - Тельчье, где Анастасия прислуживала им на кухне. Вначале, когда фашисты еще одерживали победы, немцы были добренькими. Это продолжалось недолго. Однажды, когда фриц затушил окурок, опустив его в тарелку с супом, 2,5-летний Лешенька подбежал к холеному и самодовольному немцу и стукнул ладошкой по толстому колену: "Дурьяк, дяденька!" Тот схватил малыша за руку, вынес его за двор и... застрелил.
   Анастасия даже была не в состоянии похоронить сына. Хоронили другие женщины. Второй ребенок погиб при обстреле, от осколка снаряда. Ему было четыре месяца. К тому времени мать уже научилась проглатывать горе и сама сколотила ребенку гробик, засыпала могилку...
   Однажды, когда она вместе с другими женщинами собирала в поле после очередного боя раненых (наши наступали на Орел), рядом разорвалась бомба. Ее не ранило, но контузило, и с того дня Анастасия Яковлевна очень плохо слышит. Хотя считает, что оглохла она от горя.
   И до сих пор она никак не может понять: за что мы с немцами дружим?
   6 августа 43-го Анастасия с детьми вернулась на Марс, в котором целыми оставались только два кирпичных дома. Так же, как и все остальные, вырыла землянку и в ней жила с детьми, пока с войны не вернулся муж, переживший окружение, плен и что-то такое, о чем он так ни разу не рассказал.
   Оставшиеся в живых дети, как и положено, переехали в город. А приезжает только один:

   - У меня все детишки в Москве. А навещает меня только один сыночек, Коленька. Раз в месяц продукты мне привозит, хоть он и победнее других своих братьев и сестер. Не хочет он, чтобы я в Дом престарелых уходила. Мне тут не скучно; вона, ракиты напротив домика нашего растут - под ними часто рыбаки на отдых останавливаются. Кушают и ко мне заходят: "Бабушка, угости..." Я даю, а они: "Давай заплатим!" А зачем мне деньги? У меня и так все есть... Смотришь: в следующий раз булку рыбаки привезут, сладости...
   Наверное, не слишком веселым у нас получился рассказ про деревню Марс. Можно было бы, конечно, поиронизировать по поводу марсиан и вообще марсианской жизни. Но извиняйте - на сей раз не вышло...