Провинция

Столица Перми Великой

   Городок Чердынь сыграл в истории России настолько большую роль, что без него было БЫ невозможно освоение Урала и Сибири.

   В XV и XVI веках в царских грамотах ее так и называли: "Пермь Великая Чердынь". Этот город вообще был первым укрепленным русским поселением на всем Урале.
   Первые русские, появившиеся здесь не позже 1451 года, пришли из Новгорода. Да и вообще Пермь Великая изначально считалась волостью Великого Новгорода, но через сотню лет Москва предъявила права на эти земли и завоевала их. Иваном III был организован военный поход на Пермь, в котором участвовали устюжане, белозерцы, вологжане и вычегжане. Новгородцы эту "маленькую победоносную войну" проиграли. Но надо понять, чем тогда была Пермь Великая. Здесь жили язычники, коми-язвинцы и вогулы, которые были хозяевами леса. В то время русские ютились поближе к крепостям (число которых хоть и росло, но было ничтожным) на берегах рек Камы, Колвы и Вишеры.
   Первая крепость здесь появилась в 1535 году. Расположили ее на Троицком холме, нынешнем географическом центре Чердыни. Деревянный кремль состоял из шести башен, четырех ворот и тайного подземного хода. Крепость выдержала целых одиннадцать нападений со стороны сибирских, казанских татар и вогул и ни разу не была захвачена.
   Здесь же, в Чердыни, появился первый на Урале христианский монастырь. Иона, епископ Пермский, крестил аборигенов прямо в реке Колве. Вообще попытка крещения им пермяков была третьей по счету. Его предшественники, пермские епископы Герасим и Питирим, тоже вели миссионерскую деятельность в этих местах, но оба погибли от рук язычников.
   Первый уральский монастырь назывался Иоанно-Богословским. Просуществовал он до конца XVIII века и при императрице Екатерине был выведен за штат. Еще через двадцать лет монастырский храм стал обыкновенной приходской Иоанно-Предтеченской церковью. Перед самой революцией сюда вновь пришли монахи, точнее, монахини: монастырь возродился как женская обитель.
   Дальнейшая история монастыря почти невероятна. Во времена гражданской войны, когда Чердынь переходила от белых к красным, все сестры под руководством игуменьи Руфины ушли далеко на Восток, в Китай. Там, в городе Харбине, они основали новую обитель. Потом, когда китайские власти заразились коммунистическими идеями, сестры отправились за океан и осели в американском городе Сан-Франциско, где тоже основали обитель, которая, между прочим, существует и ныне. И получается, что духовность Чердыни дала свои ростки на другом конце Земного шара.
   Среди икон можно встретить одну, какой вы не найдете ни в одном христианском храме мира. Называется она "85 убиенных". Когда-то очень давно, в 1547 году, ногайские татары пришли в очередной раз грабить Пермь Великую. Возле одной из деревень невдалеке от Чердыни, Кондратьевой слободы, они встретили яростное сопротивление местных жителей. Бой был жестокий и яростный. В его итоге все русские полегли, а татары, пораженные мужеством маленького отряда, убрались назад. А после произошло чудо. Тела всех русских воинов вдруг пропали, и через какое-то время, прямо в разгаре лета, убиенных увидели на льдине, невесть откуда плывущей по реке Вишере. Воинов похоронили рядом с Троицким холмом, и теперь в Иоанно-Богословской церкви их поименно поминают во время литургии. Представляете: 85 имен повторяют уже 450 с лишним лет!
   Обо все этом мне рассказали в музее, который, кажется, не имеет аналогов в России. Называется он "Музей истории веры". Создан он в 2000 году, в бывшей церкви, рядом с Троицким холмом и могилой 85 убиенных, а основу его экспозиции составили ценности из запасников местного краеведческого музея.
   Уральский хребет из Чердыни не видно, зато из любого места города, а особенно - с Троицкого холма хорошо видна гора Полюд, с которой связана красивая легенда. Согласно верованиям коми-пермяков, Полюд был живым человеком, богатырем, который жил здесь и хранил богатства Урала. В час, когда неприятель приближался к Великой Перми, Полюд разжигал огромный костер и предупреждал людей об опасности. Говорят, после того как Чердынь захватили москвичи, Полюд лег спать в одной из пещер и с тех пор его не видели. Легенда легендой, но в Новгородских летописях не один раз упоминается реальный человек по имени Полюд.
   В 1636 году Чердынское воеводство было закрыто, и пальма первенства в регионе перешла сначала к Соликамску, а потом к Перми, городу, получившему название по имени страны (вообще "пермь" в переводе с языка вепсов - "далекая земля"). Золотой век Чердыни пошел к упадку.
   Но и после чердынцы не были бедными людьми. Когда в стране горел огонь гражданской войны, посмотрели купцы пригородного села Покчи, как белые с красными рубаются, как власть гуляет от одних к другим, и решили создать свою Покчинскую республику. А что? Хлеб есть, соль свою вываривают, пушнина опять же, рыба... В общем, уже было создали свое правительство, однако заявился как-то в Покчу уездный комиссар Апога, латыш по национальности.
   Собрал он купцов, выставил пулемет "Максим" и сказал: "Революция за свободу, но за свободу, господа-граждане, надо платить. Значит, так: с вас контрибуция десять миллионов золотыми червонцами, а иначе я вас, сволочей, перестреляю..." И, что интересно, купцы выплатили требуемую сумму, а комиссар уехал. Правда, после этого события часть купцов сбежала за кордон, часть отправили на Соловки, а часть вообще бесследно исчезла.
   А район вокруг Чердыни сделали "страной заключенных". Есть здесь такой поселок, Ныроб, который прославился тем, что там, прямо в яме, 400 лет назад сидел и был насмерть замучен родной дядя первого царя из династии Романовых Михаил Никитич Романов. На месте ямы теперь стоит часовня, рядом, в память о мучениях боярина, построена Никольская церковь. Главной святыней церкви являлись кандалы, которыми сковывали руки и ноги боярина Романова. Теперь кандалы украшают экспозицию Чердынского краеведческого музея. При царе эти места были местом ссылки для сторонников коммунистических идей, во времена коммунистических репрессий в самом Ныробе и в других поселках были созданы лагеря. Некоторые из них существуют и сейчас. Как говорится, традиции живут...