Провинция

Убежище

   В наше непростое время многие сельские школы закрываются, а в деревне Перелучи на новгородчине школа оказалась единственным оплотом цивилизации в округе.

   Наверное, за все двенадцать веков своего существования русская деревня еще не переживала такого предательского неприятия со стороны верховных властей. Смысл политики государства прост: "Спасайтесь, как можете, а нам плевать!" Что крестьянину делать, если колхозно-совхозная система загнулась, а частнику на деревне развиться все равно не дадут?..
   Я не случайно рассуждаю в масштабах тысячелетия. Здесь, в долине реки Мсты, одна из древнейших русских территорий; именно из этих мест люди отправлялись колонизировать просторы Севера и Сибири. Возможно, именно потому здесь все стало разрушаться раньше, чем где-либо. Но бог с ним, с прошлым, мы ведь говорим о сегодняшнем дне. Надо понять суть, которая проста: если говорить о большем, нежели сельское подворье, в деревне сегодня не сдаются только фанатики (в хорошем смысле этого слова). Если вам угодно, можно их назвать подвижниками, и правда в том, что чего-то среднего здесь не существует: либо ты горишь, либо тлеешь.
   Иные запутались, впали в уныние, спились. Там, где черноземы вызывают зависть у замученной гордыней Европы, жить легче, но и на черноземах наши люди умудряются нищенствовать. В северных областях выручает лес, но на деле получается, что на лесе (как, собственно, и на зерне, и на мясе, и вообще на всем, кроме нефти и газа...) богатеют перекупщики, а не пахари. Для одной конкретной деревни Перелучи результат таков: бывший совхоз (его, конечно, переименовали, добавив какую-то аббревиатуру) развален, производств никаких нет, что отразилось на всем, в том числе и на школе.
   - ...Но вот что самое больное: я в школе работаю тридцать лет, и все время контингент у нас колебался между 120 и 130 детьми, - сетует школьный директор Нина Васильевна Колосова. - Три года назад много людей уехали в город. А выезжают какие семьи? Те, кто думает о себе, о детях, об их будущем... В общем, нормальные, крепкие семьи. И теперь в нашей школе учатся 73 ребенка. А кто остается? Да, есть те, кто бьется около своего личного хозяйства, но, когда молоко принимают по три рубля, разве это принесет прибыль? В общем, остаются те, кто не имеет либо средств, либо желания уехать. Среди них много пьющих семей...
   Перелучской школе 140 лет, причем последние 20 из них она находится в новом здании. При школе работает интернат, в котором живут дети из деревень (на данный момент их - 17), которые давно лишились прелестей цивилизации. Школьный коллектив в 25 человек, 16 из которых - преподаватели, стабилен. Помимо старенького компьютера, выданного по президентской программе, здесь имеются еще два самых современных, добытых особенным путем, и, что самое главное, многие перелучане в компьютерах разбираются не хуже, чем городские студенты.
   Иванов
   Дети в школе проводят практически все свое время, даже летом. В школе свет гаснет только после десяти вечера. Последним почти всегда, запирая парадную дверь, уходит учитель физики Валентин Алексеевич Иванов. В свое время ему присвоили звание "Народный учитель СССР", но Валентин Алексеевич с высоты своей мудрости смотрит на всякие регалии иронично, говоря, что "ни страны такой теперь нет, ни народа": он просто всю свою жизнь учит детей и получает от этого удовольствие. Жизнь его до такой степени принадлежит школе, что Валентин Алексеевич не обзавелся семьей. С другой стороны, школа для него - это и есть семья.
   Поскольку Валентин Алексеевич - коренной перелучанин, смотрит он на происходящее в деревне с особой пристальностью:
   - ...И все происходит на моих глазах. Я вспоминаю: Бог мой, сколько было людей, малышни! И что интересно: во времена "подъема Нечерноземья" сюда приехало много народу - так сейчас они первыми же и сбежали.
   - И все из-за развала?
   - Нет, причина глубже, точнее их две. Первая: людей отучили работать. Это все последствия колхозного уклада жизни. В такой системе - с "палочками" ли, или с зарплатой нищенской - человек, если только представится возможность, украдет, если повод подвернется - отлынит. И через это прошло три поколения! А вторая причина: на такой земле хорошему хозяину очень трудно без помощи извне развернуться.
   - Но тысячу лет назад здесь как-то жили!
   - Разве тогда богато жили? Русская природа такова, что мы эту нищету всегда терпели и считали это нормой. В наших краях всегда была сильна религия, которая не давала людям духовно распадаться. А теперь многие поклоняются бутылке. Наш край, чтобы он расцветал, несельскохозяйственным должен быть.
   Валентин Алексеевич убежден, что Перелучская школа дает среднее образование такого же качества, что и городская; разница сохраняется в другом:
   - Сельская школа лучше в духовном отношении. Здесь у ребят несколько иные взгляды на жизнь. Городские более практичны, циничны; деревенские ребята - скромнее: они не будут "выбивать" у младшего школьника "рубль на мороженое", они более отзывчивые, чуткие. Но школа характер вырабатывает в меньшей степени - важнее семья, окружение. И еще наши ребята ближе к природе.
   - Но что это дает?
   - Общение с природой делает человека мягче. Природа сама по себе воспитывает человека...
   Кроме физики, Валентин Алексеевич учит детей... плетению из бересты. Называет он это "моделирование"; корзиночки, которые плетут ребята, продаются - и на вырученные деньги приобретаются компьютерные диски с играми и программами. Заправляет компьютерными делами Валентин Алексеевич, причем, кроме нового "железа", он добился того, чтобы в школе работал качественный Интернет. Вообще, по мнению Иванова, разница между сельской и городской школами стирается.
   - Расстояние между нами и Боровичами - 50 километров, мы считаемся (в географическом смысле) тупиковой деревней, но постепенно эта дистанция "сокращается". Автобусный билет до города и обратно стоит почти 70 рублей, для нас это немалые деньги, тем не менее мы много общаемся с другими школами, и к нам на лето приезжают школьники из Новгорода и Боровичей. В общем, рано или поздно нивелировка произойдет...
   Вопрос о разнице в качестве городского и деревенского образования Валентина Алексеевича оскорбляет:
   - Отсюда "снимаются" умненькие семьи и умненькие дети - это их выбор, но и из тех, кто остается, есть такие, кто поступает в вузы. В прошлом году выпускной класс был несильный, но один из семи поступил в военное училище (к сожалению, из-за коммерциализации высшего образования реальным представляется поступить только в военный вуз); в этом году из семи выпускников собираются штурмовать институты двое. Цифры, может, не впечатляют, но ведь поездки в города сопряжены с неподъемными расходами! С теми, кто хочет получить высшее образование, мы работаем плотно. В этом году поступать в институт будет Пашка Сигов, он ко мне вечерами приходит - и мы с ним решаем задачи, скачанные из Интернета. В городе это называется репетиторством, и знаете, сколько такие услуги стоят? Мы же здесь с ребятами работаем бесплатно. Наверное, мы по-старому воспитаны...
   Последнее общегосударственное веяние - установка связи сельских школ с Интернетом при помощи спутниковых "тарелок". Результат кампании таков: часть "тарелок" осела на частных домах людей, не имеющих отношения ни к селу, ни к школам, часть установлена на школах, но не находится специалистов, готовых все это наладить. Результат плачевен: из всех сельских школ Боровичского района стабильную связь с Интернетом имеет лишь Перелучская.
   Я почему все говорю о компьютерах: во всех Перелучах, немаленькой деревне с населением в 600 человек, ни в одной семье компьютеров нет. Таков здесь уровень жизни...
   Коньков
   Иван Степанович Коньков когда-то был директором здешнего совхоза. Теперь он - школьный учитель физкультуры. Случилось это давно, еще в 91-м году: почувствовал Иван Степанович, что грядет нечто новое, непонятное и тревожное, и решил ввести хозрасчет, чтобы люди учились отвечать каждый за свое дело рублем. Кончилось тем, что коллектив не понял директора, на собрании люди стали роптать, и он "психанул", написал заявление об уходе. Пошел работать учителем труда, потом физкультуры. Следом из совхоза, с должности агронома, ушла и жена Ивана Степановича, Анна Александровна, - теперь она работает в школе техничкой.
   Параллельно Иван Степанович поддерживает на ходу и водит единственное школьное транспортное средство - "Иж" типа "каблучок", который таскается по дорогам еще со времен Брежнева. О такой роскоши, как "школьный автобус", здесь даже не мечтают. Юные спортсмены из Перелучей славятся: они побеждают на районных и областных соревнованиях по лыжным гонкам, легкой атлетике и лапте (сборная команда района по этому виду спорта целиком составлена из перелучан). Правда, Иван Степанович утверждает, что заслуга в победах вовсе не его, а его предшественницы, Людмилы Алексеевны Даниловой; он просто не разбазарил того, что создала она.
   Для занятий спортом главное (как это ни прискорбно) - инвентарь. На одни только теннисные шарики в год надо потратить 800 рублей. Более дорогие вещи подвергаются ремонту. Если ломается лыжа - из двух собирается одна целая. Лыжные ботинки, если они прохудятся, дети зашивают сами, Иван Степанович помогает только тем, что клеит оторванные подошвы. Биты для лапты дети тоже вытачивают самостоятельно - да так, что их качеству на соревнованиях дивятся видные специалисты.
   Еще относительно недавно Коньковы держали двух коров, потом одну, теперь - только поросят и теленка. Поросят держат почти все учителя, а многие - телят. Могли бы ухаживать и за коровами, но сейчас это стало невыгодным из-за очень маленьких цен на молоко и мясо. Зазорным приравнение сельской интеллигенции (а учитель, пожалуй, - самый яркий представитель этой "прослойки" в деревне) к крестьянам в Перелучах не считается. Дело здесь в политике государства: уже были времена, когда бюджетникам задерживали зарплаты на полгода - и никто не даст гарантии, что это не повторится.
   В общем, Коньковы - за "учительское" подворье. Беда в другом: преподаватели стареют, и некоторые из них просто физически не в состоянии ухаживать за скотиной. Но вообще средний возраст учителей в Перелучской школе - 46 лет. Мягко говоря, не молодежь, а, если говорить об уровне учительских доходов, то в Перелучах учителя вполне можно отнести к "высшим слоям общества". И смешно, и горько...
   Еще одна тенденция такова: трое сыновей коньковых уже переехали в Петербург. Двое из них получили педагогическое образование, причем отец так рассчитывал, что один из них займет место Валентина Алексеевича, а другой - самого Ивана Степановича. Не получилось. Двое оставшихся еще учатся в школе и уже начинают задумчиво провожать взглядом рейсовый автобус...
   Колосова
   Два сына директора школы тоже уехали в Петербург. Нина Васильевна уверена, что они вернутся, обязательно вернутся, ведь они любят деревню - все дело лишь в экономических обстоятельствах. Может быть...
   За то, что школа не просто на плаву, но может подать пример большинству сельских школ, Нина Васильевна благодарна учителям: Иванову, Конькову, Л.А. Даниловой, Г.Б. Соломатиной, В.А. Крыловой, Е.В. Степановой и многим другим. А секрет школы, по ее мнению, прост:
   - Здесь всегда были люди, которые в школу вкладывали душу и сердце. При них невозможно работать не в полную силу. Так что все - благодаря им...
   Может быть, там, на небесах, ничего не остается незамеченным, и в прошлом году школе несказанно повезло. Можно сказать, случилось чудо: приехали серьезные господа и скромно сказали: "Мы желаем вашей школе помочь. У нас благотворительный фонд. Что вам надо?"
   И в результате за счет фонда все ученики питаются в школьной столовой. Раньше такой льготой обладали лишь 27 детей из необеспеченных семей и интернатовские дети, но что было делать, если порой бывало такое, когда "обеспеченные" стояли возле столовой и тоскливо смотрели на накрытые столы? Деньги на питание небольшие - 200 рублей на ребенка в месяц, - но это реальная помощь, которую официальные власти оказать не в силах. "Добрые господа" спросили у Валентина Алексеевича: "Какие компьютеры вам нужны?" - "Такие, которые и через два года морально не устареют..." - ответил мудрый Иванов. И они купили два компьютера самой последней модели! "Волшебники" ничего не требуют взамен, они просто говорят: "Мы хотим, чтобы у разных талантов были равные возможности..." Нина Васильевна утверждает, что ничего случайного здесь нет:
   - Эти люди летом отдыхают в наших местах на дачах, и их дети растут практически с нашими детьми. Но начинали мы с того, что вместе с Валентином Алексеевичем искали внебюджетные средства по всей области. Область наша небогатая, и мы стали обращаться к благотворителям в Петербург, в Москву. Там таких обращений со всей России было великое множество, и вот... может, Бог нам помог. Не знаю...
   Но основа основ - экономика. Даже при условии меценатства (или спонсорства - не знаю уж, как правильно...), если будут бежать из деревни - грош цена всем чудесам. На сей счет у директора есть планы:
   - Шанс у нас есть, нужно только найти рабочие места. Мы всеми возможными путями стараемся поднимать этот вопрос. Например, мы пригласили сюда представителя районной власти вместе с директором мебельной фабрики на предмет того, чтобы открыть у нас производство каких-нибудь вещей из древесины. Нашли мы у нас в деревне и человека, который мог бы это дело организовать - сейчас он дачи строит по заказам. Но все кончилось тем, что бывший совхоз не дал нам пустующего помещения, которое принадлежит ему. Мы бы вместе со школьниками его вычистили и вылизали - лишь бы рабочие места были, но... Сейчас мы выходим на завод, который делает замки; наши женщины могли бы что-нибудь для них собирать. Но все это трудно, если за это болеет только школа. Одним нам этого не сдвинуть. И есть еще одно направление. Сейчас развивается патронатное воспитание, и в нашей деревне нашлись четыре семьи, которые взяли детей из детского дома. Думаю, это движение будет развиваться. А в деревне демографическая ситуация такая, что в год рождается один-два ребенка.
   - Но что будет, если ничего не получится?
   - Мы при любом раскладе будем жить. И что-то, особенно с патронатными семьями, наверняка получится. Но, если... В общем, не будем думать о том, что еще одна русская деревня однажды исчезнет с лица земли.