Провинция

Вторая жизнь генерала

   В селе Заборово, бывшем имении легендарного русского полководца Михаила Дмитриевича Скобелева, свято чтят память своего знаменитого земляка. Генерал, никогда не изведавший позора поражения, нашел здесь свое последнее пристанище.

   ...В небесах назойливо жужжит вертолет. Он обрабатывает посевы пестицидами. Местные утверждают, что летательное средство частное, принадлежит пивоваренной компании, которая стала инвестором здешнего колхоза. Называется коллективное хозяйство: "ООО им. генерала Скобелева". Еще недавно оно имело название: "Путь Ильича". От "красного вождя" до "белого генерала" путь был пройден удивительно быстро. Что ж, времена ныне лихие, и ничему удивляться не приходится. И нечего сетовать на внезапно разбогатевших пивоваров: в конце концов, я сам пью пиво, приумножая богатство "пивных баронов". Надо переходить на молоко...
   Механизаторы лениво копаются в раздолбанном тракторе. Рядом крутятся дети, то и дело выглядывая в небе экзотичный для них вертолет. Мужики откровенно признаются: "Торопиться некуда, до конца рабочего дня далеко..." Колхоз - он и есть колхоз. Хоть ты его именем Наполеона назови (Скобелева, кстати, в его время как раз сравнивали с Бонапартом). Невдалеке старухи, сидя, как на художественном полотне "Ходоки", на крыльце правления, ждут автолавку с хлебом. Женщины с видом мучительно пьющих людей, торопливо и воровато оглядываясь, на тачке везут мешок с чем-то. Никто не улыбается, лица механизаторов, детей, старух и пьяных женщин напряжены. С вертолета эти малозначимые детали вряд ли различимы.
   Разворачивается это привычное действо в деревне Михалково, центре сельского округа, к которому относится и село Заборово, бывшее имение Скобелевых. Впрочем, и Михалково некогда принадлежало одной из сестер геройского генерала, Надежде. Единственное украшение Михалкова - прекрасный памятник воинам Великой Отечественной, установленный на средства одного ныне действующего генерала, уроженца здешних мест. Не скупится здешняя земля на военачальников!
   В самом Заборове картина более отрадная. Спасо-Преображенская церковь, в пределах которой похоронены Михаил Дмитриевич и его родители, новенькая, будто с иголочки. Рядом, в бывшей школе, устроен великолепный музей. Думаю, ему могут позавидовать даже городские музеи. Между церковью и музеем стоит памятник полководцу. Усадьбы нет, ее в 30-е годы разломали. Рассказывают, в 1917 году сестра Скобелева, княгиня Надежда Дмитриевна Белосельская-Белозерская, которая унаследовала состояние бездетного брата, старалась образумить разгулявшуюся толпу, пришедшую экспроприировать ценности. Пожилую женщину оттерли и продолжили правое (по их мнению) дело. Заодно разграбили и разворотили усадьбу княгини в Михалкове.
   Про судьбу Надежды Дмитриевны не известно ничего. Предполагать можно что угодно - от убийства до удачного спасения. Во всяком случае, у нее был сын Сергей, который умер в городе Лондоне в 1959 году. С тех пор никто из наследников великого российского рода, давшего империи трех боевых генералов, не давал о себе знать. Род Скобелевых зачах.
   На разграблении усадьбы, а чуть позже церкви и усыпальницы не остановились. В 1938 году разрыли могилы. Искали ценности. Вообще-то меня предупреждали, что нынешние старики - дети тех, кто "грабил награбленное", но на самом деле все иначе. Да, местный старожил Антонина Тихоновна Тришина рассказала мне, что она была свидетельницей вскрытия (тогда она училась в 4-м классе Заборовской школы). Мужики вынули из склепа гроб, в котором находился еще один гроб, цинковый (детей-то не пускали, но школа в двух шагах от церкви и детское любопытство ничем не победишь). Генерал лежал нетленным, при эполетах и с пышной рыжеватой бородой. Но из ценностей при нем были лишь плетка да сапоги. Один мужик захотел обувку взять себе, но у сапога, когда стягивал, отвалилась подметка. Сапоги выбросили.
   Собственно, уже к тому времени из памяти советского человека имя победоносного генерала было истерто. Но ходили среди заборовцев всякие легенды о необыкновенно добром барине. Легенды передаются из поколения в поколение. Антонине Тихоновне рассказывали ее бабушки: едет барин на белом коне со стороны деревни Скобелевки (есть такая в Тамбовской области) - и разбрасывает конфеты. Детишки давятся, дерутся между собой - подбирают. Хвалили его старики: если у кого корова околеет, придут, поплачутся - барин дает корову. Однажды в селе от удара молнии сгорели сразу несколько домов - и барин, дабы был строительный материал, отдал на порубание свою любимую рощу (места здесь степные, малолесные). Когда генерал отдыхал у себя в имении, из деревенских мальчиков собирал "военную" команду и заставлял их изучать приемы ведения боя. Для обучения будущих рекрутов завел у себя несколько артиллерийских орудий и регулярно организовывал учебные стрельбы. А еще среди народа ходили слухи, что мать Михаила Дмитриевича убили. Из-за денег.
   Насчет матери Скобелева, Ольги Николаевны, - все чистая правда. Ее действительно убили - в Болгарии. Вообще судьба семейства складывалась трагично. Отец, Дмитрий Иванович, скоропостижно скончался в 1879 году. Мать погибла в 1880-м. Сам Михаил Дмитриевич умер в 1882-м, на
   39-м году жизни. Его смерть была, в сущности, нелепа, и по поводу кончины "Белого генерала" сотворено множество спекуляций (а как же - умер-то в будуаре самой дорогой московской куртизанки, немки Шарлотты Альтенроз, получившей потом кличку "Смерть Скобелева"!). Даже модный Б.Акунин написал о тайне этой смерти роман.
   Злую шутку со Скобелевым сыграло его знаменитое прозвище "Белый генерал" (тюркский вариант: "Ак-паша"). Да, он любил гарцевать на белом коне, иногда надевал во время боя белые китель и фуражку. Но дело не в "Белом движении", а в элементарном суеверии, коих в среде военных водится немало. Однажды, еще в молодости, он тонул в болоте, и спас его конь белой масти. С тех пор Скобелев белое и полюбил. Среди народов Средней Азии, к покорению которой Скобелев приложил немало усилий, он имел прозвище "Кровавые глаза" - суеверный страх он вызывал у населения Туркестана.
   На месте усадьбы находится еще одна достопримечательность: могила его последнего и самого любимого коня Геок-Тепе (имя дано было по названию последней взятой им крепости). Как ни странно, масть коня была не белой, а гнедой. Существует множество свидетельств, что конь, идя за гробом хозяина, натурально плакал. Сестра Скобелева (та самая, которая пропала без вести) обеспечила Геок-Тепе такой уход, что конь пережил хозяина на 28 лет. Когда он умер, с коня аккуратно сняли его копыта и изготовили из них чернильницы. Одна из чернильниц стояла у могилы хозяина, рядом с ней лежала книга в золоченом переплете (ее пожертвовал генерал Куропаткин, начштаба Скобелева, а впоследствии козел отпущения за поражение в Русско-японской войне). В книге почитатели полководческого гения Скобелева оставляли памятные записи. После того как все разграбили, изничтожили не только записи: разрушили даже пределы к Спасской церкви, в которых покоились Скобелевы. И долгие годы надгробия из белого камня медленно разрушались под воздействием природных стихий.
   Директор музея Скобелева Елена Петровна Панферова любезно подарила мне книгу о Белом генерале, написанную вице-президентом международного общества "Скобелевский комитет" (есть и такой!) В.И. Гусаровым. Как говорил поэт, русские ленивы и нелюбопытны. Я отношусь к числу ленивых, и, если бы не эта прекрасная книга, я так и остался бы в неведении относительно личности и деяний одного из самых великих людей России. Генералами были отец Михаила Дмитриевича и его дед, Иван Никитич, прошедший путь от солдата до высшего военного чина и прославившийся как герой Отечественной войны 1812 года. Дед ненавидел поэта Пушкина, писал на него доносы, предлагая "содрать с него несколько клочков шкуры". Внук обожал Лермонтова, был прекрасно образован, знал девять языков. Вообще Михаил Дмитриевич был несколько нестандартен для русского офицера: в карты не играл и запрещал это делать подчиненным, водки не пил. И очень много читал. А также писал. Некоторые исследователи утверждают, что после смерти Скобелева пропали написанный им проект Панславянского союза (за объединение славянских племен он всегда ратовал), а также план будущей войны России с Германией. В его годы Германия считалась нашим союзником, даже русские принцессы, будущие императрицы, регулярно поставлялись из "фатерланда". Как в воду глядел...
   Не заладилось у Скобелева с семьей. Его брак с фрейлиной императрицы княжной Марией Гагариной оказался скоротечным. Когда через некоторое время после свадьбы Михаил Дмитриевич отправился из Петербурга на службу в Туркестан, жена поехала с ним. В Нижнем Новгороде между молодыми случилась ссора, в результате чего Скобелев продолжил путь, а Мария вернулась в столицу. С этого злополучного дня они никогда не виделись, Скобелев для себя заключил: "Человек, который хочет делать дело, жениться не должен". Не вышла вторично замуж и фрейлина.
   Боевых операций у Скобелева было много. Он последовательно участвовал в победе над Кокандским ханством, Османской империей. Руководил операцией по завоеванию Туркмении. Если рассудить, всю жизнь он воевал с мусульманскими государствами. Но можно перевернуть медаль на другую сторону - Скобелев освобождал народы: болгар - от турецкого ига, народы Туркестана - от ужасов восточной тирании. Вот слова, сказанные Михаилом Дмитриевичем во время его последней, Ахалтекинской экспедиции (скобелевская Ахалтекинская экспедиция была второй - первая окончилась поражением русских): "Из рабов мы стремимся сделать людей. Это важнее наших побед".
   Да, во время взятия крепости Геок-Тепе погибли 20 тысяч текинцев (туркмен), а имущество крепости было отдано на разграбление русским солдатам. Когда Скобелева в этом обвиняли, генерал отвечал, что "либералы" не знают специфики Востока: если ценности не будут взяты в качестве трофеев, а крепость не будет разрушена, текинцы ни за что не признают своего поражения.
   В той же книге В.И. Гусарова описывается поездка автора в Заборово десятилетней давности. Тогда он здесь обнаружил почти полное запустение. Что же случилось за последнее десятилетие - чудо? По словам старожилов, первыми, кто стал оказывать помощь в восстановлении усадьбы, были болгары. Они еще при Хрущеве приезжали в Заборово и ухаживали за надгробиями. Местные не скрывают, что в те времена знали только, что похоронен здесь "добрый барин да его родители". В сущности надгробия спасло то, что сделаны были они из высокопрочного камня.
   Директор музея - бывший медицинский работник. Она знает о Скобелеве почти все, с любовью заботится о благоустройстве усадьбы. Однако Елена Петровна все-таки - дилетант. Но попробуйте заманить профессионального историка или музейщика в такую глушь, за 400 километров от Москвы!
   Дворником в музее трудится муж директора Валерий Алексеевич. Он был трактористом в ООО им. генерала Скобелева, но ушел. Платят там нерегулярно, кучу профессиональных болезней заработал, а здесь - стабильность, покой, благодать.
   Елена Петровна никак не может понять: Михаил Дмитриевич всегда радел о крестьянах, устроил для них школу, проявлял заботу во всем... почему заборовцы так быстро забыли добро? Да, с момента смерти молодого генерала до революции прошло 35 лет, наиболее ярые колхозники не помнили ничего. Но ведь их, колхозников, воспитывали отцы, матери, деды, которые не только знали правду, но и слышали про подвиги генерала. О Скобелеве в 80-е годы позапрошлого века пресса говорила поболе, чем сейчас о Путине!
   Восстановление музея и церкви шло авральными темпами, старались успеть к 160-летнему юбилею победоносного генерала. Восстановили не только храм, но и пределы во имя св. Димитрия Ростовского и архистратига Михаила над почитаемыми могилами. Финансирование шло из областного бюджета. Хочется похвалить нынешнего губернатора Рязанской области, тоже боевого генерала. Но он тут ни при чем: работы велись при его предшественнике Любимове.
   Музей посещают довольно много людей. Поскольку до Заборова добраться трудно, 4000 посетителей в год - число солидное. Незадолго до моего приезда здесь побывала солидная делегация, состоявшая из курсантов военных училищ России, Армении, Казахстана, Украины и Белоруссии. Все они были участниками международного конкурса по законам и обычаям войны. Для них Скобелев - бог. Бог войны. Но они живо интересовались также деталями его личной жизни, человеческой судьбой. Елена Петровна, видя, как почтительно себя вели будущие профессионалы войны у могилы своего кумира, поняла: человек жив, пока жива память о нем.
   А музей, между прочим, расположен в здании школы, которая построена была по радению и на средства Михаила Дмитриевича. Здесь даже сохранен целый класс - со старинными партами. Школа исправно функционировала почти 100 лет, вплоть до конца 70-х годов прошлого века. После закрытия и она превратилась в жалкие развалины. Честь и слава людям, сумевшим возродить святое место!
   И хочется сказать: если замечательная усадьба, пусть и в сокращенном виде, восстала из пепла, значит, правда и справедливость на свете есть. Жаль, не все до торжества этих благодетелей дожили.