Родительская школа

Не родись красивой

   Олег Стриженов, Ален Делон, Дмитрий Певцов, Хью Грант - красавцы мирового стандарта. А вот Жерара Депардье и Жан-Поля Бельмондо трудно назвать записными красавцами. Но при их виде замирают сердца миллионов женщин. То есть дело не только в классически правильных чертах лица. Физическая привлекательность - явление сложное и непонятное. Но мы все же попробуем поискать ему объяснение - именно как родители. Потому что переживания по поводу своей внешности - это то, что мучает наших детей едва ли не сильнее всего.

Урок # 1

СТРАДАНИЯ У ЗЕРКАЛА

   Она (или он) чуть не каждую минуту тянется к зеркалу. Разглядывает себя, тоскливо вздыхает: "Вот уродина". Нам наш ребенок кажется красавцем (старый анекдот: когда у вороны спросили, какой птенец самый красивый, она ответила: "Мой"). И мы утешаем: "Не родись красивой, а родись счастливой". Только подросток нас не слышит, у него трагедия - он некрасивый.

   Кого-то мучают веснушки, кого-то - слишком крупный нос, третьему не дает покоя шевелюра, четвертому: Да что там - продолжать список недостатков можно до бесконечности. Среди ста подростков найти хотя бы пять довольных своей внешностью почти невозможно. Но попробуйте кому-то из них сказать, что он глуп или не способен на тонкие душевные переживания! Да и становясь старше, человек с большей готовностью признает себя некрасивым, чем глупым.
   Дело в том, что мы привыкли умозрительно разделять в человеке тело, ум и дух - потому что воспитаны западной культурой и философией. На самом же деле эти умозрительные границы не существуют в действительности, они схема, придуманная учеными, с ее помощью легче изучать, познавать человека. Но взрослые и сами живут в круге привычных заблуждений, и ребенка втягивают в традицию осознавать себя, свою ценность только как средоточие ума и духа. Тело оказывается не более чем "упаковкой" для них. Одна беда: легко признавая свои высокие достоинства в части интеллекта и духовности, подросток мучается как раз из-за этой самой "упаковки". Она, внешность, вызывает в подростке такую бурю переживаний, что подчас эти страдания заслоняют для него все остальное. Бывает, он и учиться начинает хуже, и ест кое-как - от зеркала за уши не оттянешь. Мы, родители, готовы сочувствовать, но чаще посмеиваемся. И потому, что уверены: пройдет время - "гадкий утенок" превратится в прекрасного лебедя (мы-то знаем, наш - не первый и не последний). И потому, что давно поняли: не в одной красоте счастье - вон сколько людей не красавцев, а семьи у них хорошие, достаток в доме - в довольстве живут и радости. Ничего, и наш подрастет, успокоится.
   Самое забавное, что так обычно и случается. И все бы хорошо, и не о чем было бы говорить, если не одно - отнюдь не пустячное - обстоятельство. Комплекс гадкого утенка - это страдания не только из-за "некрасивости".
   Подросток всегда в тревоге: исследователи установили, что уровень тревожности нарастает от 12 к 16 годам, а изучение 15 тысяч американских школьников выявило удивительную картину: вполне нормальные подростки по таким показателям, как "психопатия", "шизофрения", "гипомания" имеют гораздо более высокие значения, чем взрослые. То есть эмоциональные реакции, которые у взрослого были бы симптомом душевной болезни, для подростка нормальны. Такой уж это возраст - время повышенной эмоциональной напряженности.
   Возраст от 14 до 18 лет - это критический период для возникновения психопатий. И тем более, что подростковому возрасту характерен так называемый синдром дисморфофобии. Проще сказать - бред физического недостатка.
   Этот самый синдром - одно из проявлений общей озабоченности своим телом, своей внешностью, которая связана с процессом полового созревания. Но на самом деле все гораздо сложнее: подростковый период - это время поиска ответа на вопрос: "Кто я, какой я?" Вот именно этот - поистине философский - поиск и тянет подростка к зеркалу. А мы - по своей душевной простоте - думаем, что все дело в какой-нибудь девочке (или мальчике).

Урок # 2

НЕ В СВОЮ ПОЛЬЗУ

   Раздумывая, "какой я", подросток упорно ищет сходства и еще сильнее - различия. То есть, с одной стороны, он ищет некий идеал, типичного сверстника, на которого он хочет походить. А с другой - он делает это, чтобы понять, что именно отличает его от образца, в чем его неповторимая индивидуальность.

   Оценки, выставляемые себе подростком, бывают как в свою пользу, так и наоборот - крайне редко случается, чтобы подросток во всех отношениях оценивал себя выше окружающих, зато в иные моменты он проваливается в бездну отчаяния - "я хуже всех". Но это ненадолго. Когда группе питерских девятиклассников предложили сравнить качества "типичного сверстника" с собственными, то оказалось, что мальчики считают себя менее смелыми, менее общительными и жизнерадостными, зато более добрыми и способными понять другого, чем среднестатистический подросток. У девушек чуть иначе, они приписывают себе меньшую общительность, но большую искренность, справедливость и верность. Кстати, то же самое исследователи обнаружили и у французских школьников.
   Если мы приглядимся, легко заметим: себе подростки приписывают те самые качества, которых они не обнаруживают в окружающих. Полагая себя более замкнутым, обособленным, чем сверстники, подросток ищет доброту, понимание, искренность. И не только в сверстниках. Так что нам, родителям, здесь есть над чем задуматься.
   Страдания "по внешности" (все мы это знаем) со временем проходят. Но не для всех бесследно. Вот рассказ одного очень близкого моего товарища, человека можно сказать уже пожилого:
   "Рост мой - 173 сантиметра - среднеевропейский. Не карлик, да и вообще, согласись, не урод кособокий. Но это я сейчас такой спокойный: годы, конечно, ну, и вспомнить есть что хорошего. Только по сию пору - и очень остро - я помню свои мальчишеские переживания. Знаешь, сколько живу, вспоминаю их, и ни разу я не смеялся над самим собой - тогдашним. Может быть, поэтому когда сын со своими прыщами перед зеркалом вертеться начал, я никогда не позволял себе даже тени улыбки.
   Понимаешь, класс наш был большой, девочек и мальчиков примерно поровну, и когда на физкультуре нас выстраивали по росту, сначала девочек, потом нас, - я оказывался чуть не в самом конце. Можешь не верить, но точно помню - девятым стоял. Это в нашем мальчишеском строю, а так - чуть не весь класс впереди. Ты не смейся, это - очень серьезно. Не скажу, что ночей не спал, но у нас в прихожей было зеркало - в полный рост. И когда никто не видел, я раздевался и придирчиво разглядывал себя, даже, бывало, возьму маленькое зеркало, чтобы и с затылка себя видеть. Знаешь, что я делал? Все пытался представить, как я со стороны выгляжу - так, эдак, когда сутулюсь, когда смеюсь или хмурюсь. Прыщи, конечно, но они меня не так беспокоили: и книжки уже читал - про то, что все это временно; но главное: были у нас в классе двое - живого места на лице нет. То есть в этом отношении - я не самый плохой. И фигурой удался. Зато рост и волосы... нос - картошиной, глазки маленькие - о, кошмар!
   Я тогда серьезно увлекался волейболом, прыгучий был, меня даже в сборную поселковую команду взяли. Так в ней был парень, Валька Калугин. Вот кому я завидовал, просто поклонялся ему - потрясающая фигура. Как он прыгал! Фантастической гибкости был парнишка - на год старше меня. И еще - вьющиеся волосы. А у меня, как солома. Так знаешь, до чего доходил? В десятом - здоровый лоб, а дурак - попросил девчонок-одноклассниц сделать мне завивку. Они и рады - накрутили (помню, страшно было, когда они щипцами горячими, чуть не до кожи). Ночь кое-как провалялся, наутро прихожу в школу - не знаю, как уж учителя удерживали себя от смеха. То, что ребята ржут, мне даже в радость. А взрослые, нет, скажу тебе, учителя у нас были молодцы. Только одна учительница, отозвав в сторонку, прошептала: "Зря ты так, у тебя прекрасная прическа была". Я пошел и размочил кудри в туалете под краном - так ведь ровно баран был. Вспомню - самому смешно, до чего же дойти можно!
   Учась в институте, будучи парнем не "замухрыжистым", перед девушками робел до холодного пота. Фантазией Бог не обидел, и самое страшное, что я воображал: вот, подхожу, знакомлюсь, а она: фырк, плечиком дернет и отвернется, мол, пошел вон. Я эту картинку, кажется, сто тысяч раз внутри себя прокручивал. Каждый раз подумаю, - внутри что-то сожмется. И все, полный ступор. То есть парнем я был до крайности непредприимчивым. Но вот анекдот: много-много позднее узнал, что у наших девиц я имел прозвище "очарован". Вот так - с ударением на последнем "а". Они-то меня считали парнем "на ять", мне же в голову не приходило. Я так и жил в уверенности, что страшно некрасив, по какой причине девушки на меня внимания не обращают. Как оказалось, обращали. Только был я из-за этих своих страхов робким, а слыл неприступным, эдаким самовлюбленным "нарциссом". Короче, сплошь "перевертыши".
   Потом уже, став много старше, прочел, что быть красивым вообще-то плохо. Всегда есть опасность сделать что-то не так. Красавцу не простят проступок, который он не сможет оправдать. Потому что тут же следует обвинение в использовании личного обаяния в корыстных целях. Вот так, оказывается, было и со мной. Женщины не прощали мне моего "высокомерия" и старались обходить меня стороной, а я сходил с ума от того, что они на меня внимания не обращают. Да нет, уж кто, а ты-то знаешь: до Вячеслава Тихонова мне как до неба. Так, заметь, и в нем главное не черты лица, а, скажем так, его выражение. В "Семнадцать мгновений:" он снимался далеко не молодым. Зато - взгляд, уверенные движения, подтянутость - у человека ум на лице написан, сила в нем чувствуется. Так вот именно это, как я понимаю, женщины ценят. Понял только я это поздно. Почти всю жизнь я страдал - не имея у женщин успеха - как раз из-за внутренней неуверенности, которая - слабость.
   Как много я лишился из-за моих мальчишеских заблуждений. Да нет, я не о "юбках, пролетевших мимо", а о том, что полжизни я так и не смог почувствовать себя настоящим мужчиной - сильным, хладнокровным, уверенным - опорой для других. Это еще счастье, что ни отец, ни мать над моими детскими "заморочками" не смеялись. А то бы вовсе уродом вырос.
   Я так тебе скажу: мальчишку, что у зеркала крутится, жалеть надо. Знаешь, как ему ласка нужна? О! Да за доброе слово он на подвиг готов. Только жалость должна быть незаметной, не унижающей. И, скажу напоследок, разговоры "в пользу бедных", мол, сейчас как-нибудь, а вырастешь - красавцем станешь, это как мертвому припарки. Пацан живет в этом, нынешнем, дне. Что ему будущее, если муки - сейчас?
   Ну, вот, вывернулся я тебе наизнанку. Доволен? А я - да, будто душу облегчил. Ведь всю жизнь в себе такое таскать, знаешь, не сахар".
   Оставляю этот рассказ без комментариев. Прочитав его, попробуйте вспомнить себя, взгляните на своего ребенка и решите, как вы теперь будете относиться к его "глупостям" у зеркала.

ПОВТОРЕНИЕ - МАТЬ УЧЕНИЯ

   * Экранные идеалы красоты - ложь тех, кто на "красоте" делает свою коммерцию. Дети должны это понимать.
   * Упаси вас Бог насмехаться над страданиями юного человека по поводу его внешности. Ваша насмешка может сделать его несчастным на всю жизнь.
   * Юношеская влюбленность - яркое, сильное, но, как правило, недолговечное чувство. Родителям не следует ни бояться ее, ни направлять - все равно без успеха.
   * Секрет красоты - в заботе о своем теле, о его здоровье. Обращайте внимание на физические упражнения своего ребенка.