Свое дело

Ковры-самолеты полковника Локтева

   Виктору Локтеву выжить помогает не престижная работа в самолетостроении, а узорчатые ковры, которые он в буквальном смысле изобретает вечерами.

   До шести часов я защищаю Родину, а после шести - пожалуйста, - прозвучал в трубке бодрый голос военного, когда мы договаривались об интервью.
   Авиатор с большим стажем конструктора, полковник Локтев и сейчас в составе экспертной группы в фирме Туполева ставит в документации о сдаче нового самолета самый необходимый штамп: "Готов взлететь", занимается сертификацией частных вертолетов. Наверное, это один из самых больших парадоксов нашей жизни, когда профессионалы самого высокого класса не могут на государственной службе заработать себе на жизнь, вынуждены делать то, что дает прибавку к семейному бюджету.
   Локтев к науке выживания относится со всей снисходительностью интеллектуального человека. Надо просто видеть, когда он, в форме, между прочим, и с неизменно гордой выправкой метко и быстро ведет аккуратные стежки, по привычке отчеканивая слова:
   - Вот они мои ковры-самолеты, - и глаз хитро прищуривает. - Мечта, правда?
   Гобелены ручной работы выходят все очень разные. Два гордых льва нежатся на лужайке, причудливый храм возвышается на пригорке, фантазии на тему керамики и рядом - аляповатые, желтые подсолнухи.
   - Неужели у вас так часто меняется настроение?
   - Через все мои работы четко просматривается лицо заказчика. Вот эту пару царственных зверей заказали новые русские - муж и жена, львы по гороскопу, захотели повесить ковер у себя в спальне. Подсолнухи - из детской спальни желтого цвета, а церковь я сделал к выставке на ВВЦ - она должна была соответствовать тематике. Так чаще всего и бывает: у любого коврика - свое назначение. Искусство ради искусства лозунг, конечно, замечательный. Но дело в том, что в моей жизни как-то все неожиданно поменялось местами: вышивание гобеленов стало хлебом насущным, а авиация - хобби. Странные, порой, в жизни вещи происходят...
   - В газетах встречаются объявления о работе, которые начинаются со слов "Приглашаем офицеров запаса...", почему предпочтение отдается именно военным? Как вы, Виктор, считаете?
   - Потому что именно военные сейчас, наверное, как никто другой, нуждаются в дополнительном заработке. Защищая Родину за копейки, они и на гражданке так же серьезно и с ответственностью относятся к своим новым обязанностям. Охранять магазин бывший офицер будет не менее бдительно, чем склад с оружием. Это у нас в крови, ответственность рано чувствуешь, попадая в военное училище, потом - служба, где, кроме "Смирно!", "Есть!" и "Так точно!", другие разговоры не в чести. Так в начищенных до блеска ботинках и идут офицеры искать новую работу с непонятным гражданским названием, но приличным окладом.
   И еще есть одна отличительная черта у бывших военных, они не терпят пустоты, безделья. Я пришел в фирму, которую организовали мои друзья - бывшие военные. Один занимается резьбой по дереву, если хорошенько попрошу - делает рамы для моих тканых картин. Другой - участвовал за свою жизнь в четырех войнах, а сейчас дачи продает, занимается интерьером. Работа у всех очень разная, одно только воспоминание о прошлом да офис в центре города - общие.
   - Естественно, никто из ваших клиентов не знает, что имеет дело с вояками?
   - А зачем им это надо? Я говорю с ними о коврах. Поясняю, что гобелены мои - ручной работы. А родом это поразительное искусство из Германии. Правда, я любой рисунок могу вышить в зеркальном изображении, как планы на доклад генералам когда-то делал. Ковры я никогда не крашу - подбираю нужные по цветам нити. Плоская игла по форме такая же, как внутривенная, только значительно больше, порой, кажется, сама шьет, а я весь ухожу в раздумья. О чем думаю? О разном, например, где будет лежать или висеть ковер. Хоть за последнее время у меня и накопились кой-какие запасы, все-таки ниток уходит много - на каждый ковер по полтора-два килограмма.
   - У ковров и вышитых картин разные хозяева, а значит, и судьба.
   - Да уж. Однажды я выдал два коврика красивущих на заказ, что называется душу в них вложил. А через некоторое время увидел их у нового хозяина и ужаснулся. Один прикроватный коврик начал драть кот, а на другой повадилась гадить собака. Клиенты меня успокоили - это, говорят, так, мол, животные твою теплую энергетику чувствуют. Дольше всего живут картины на стенах. Одну небольшую тканую лесную лужайку предприниматель возит всегда с собой как талисман, на удачу. Говорит, она ему с людьми разговаривать помогает, настраивает на нужный лад.
   - Как же летчику пришла в голову мысль начать вышивать?
   - Первой я вышил пятирублевую купюру для своей любимой жены и повесил на стену, чтобы больше не говорила, что в доме нет денег. И, видите, как совпало, что именно с тех пор они и завелись. Света тогда кормила грудью нашу первую дочь, а я ей помогал по хозяйству. Хотелось порадовать моих любимых чем-нибудь красивым. Купил на Арбате набор игл, сделал копию голубенькой пятирублевки, только в увеличенном размере. Висит "денежка" теперь на одной стене вместе с орденом за заслуги перед отечеством. Так десять лет назад у меня в доме появилась мини-мастерская. Хотите, покажу?
   Мы с Виктором отправились смотреть его рабочий кабинет, который жена Светлана все-таки переместила на балкон.
   - Очень уж много от его работы сора - нитки обрезает постоянно, иглы ломаются. Пришлось выселить на застекленный балкон. Зимой и летом муж там вышивает. Самолеты проверит на готовность к полетам и домой - к жене да коврам. А вспомнить, как на первую выставку его с коврами собирали, не поверите - продали военные ботинки и запасной галстук авиатора.
   Со двора прибежали девчонки, Катя и Света.
   - Смирно! - скомандовал отец, обе радостно бросились ему на шею.
   Дочери армейской науке не поддаются, а вот вышивать вслед за папой потихоньку пробуют, правда, не все получается.

   - Лучше бы он, как раньше, мягкие игрушки делал, - выдала тихонько еще одну тайну младшая Иринка.
   Чего только не делал изобретатель по жизни Виктор Локтев! Еще в авиационном училище весь курс слушал его лекции - новая методика специального предмета поразила даже бывалых профессоров. Кандидатом технических наук стал совсем молодым, а на работе, кроме как Спецом, его никто и не называет. Как перебрать за предельно короткое время двадцать тонн деталей самолета и быть уверенным, что машина не подведет? Это военный секрет лично Локтева. Есть у него свои секреты - в домашней мастерской появился новый оверлок. Именно таким тапочек проще обшить не за два раза, а за один - сразу и сверху и сбоку. Мягкие игрушки на продажу делал, рисовал к ним эскизы - и в каждом свое маленькое изобретение.
   - Я уверен, что летчики - люди творческие, с фантазией, - неожиданно признается: - Я рисовал героев новых мультиков. А в шкафу у меня лежит целых двенадцать томов карикатур. Назвал я их "Взгляды на жизнь" - преподаватели военных школ, сослуживцы, просто забавные сцены. Мало ли у военных смешных случаев. Бывает, проходит самолет сертификацию, должен пойти на взлет, а мы находим неполадку, стараемся быстрее исправить. Как командиру, мне приходится быть серьезным, требовательным и находчивым. Выходит, авиатор - это скорее маска, под которой всю жизнь скрывался художник.
   Туполев любил повторять: "Некрасивый самолет взлететь не может". Вот и получается, что в настоящих самолетах и моих коврах есть что-то общее - красота и легкость. Чем лучше детали сделаны для самолета, тем долговечнее и безопаснее он будет, чем дороже купишь нитки - тем больше спрос будет на ковер. Жизнь построена по одним и тем же критериям - всегда надо отвечать за свою работу. Авиация меня к этому приучила. Да и как можно безответственно принимать самолет президента ИЛ-96300 или многоместный пассажирский? Героями, конечно, всегда оказываются летчики, которые совершают первый вылет, а мы, военпреды, - так, вроде на пороге сидим да гайки заворачиваем. А на самом деле летчик-то всегда может спарашютироваться, а мы-то останемся в порту и первые получим по шапке от начальства. Раньше за упавший самолет могли и расстрелять, сейчас срок можно получить или вылететь с работы - смотря какая степень промаха.
   Ответственность за свою работу - вот что на мой взгляд нужно человеку, который решил организовать свое дело, пусть небольшое. Я един во многих лицах, был токарем, самбистом, авиатором и вышивальщиком, художником. Осваивать новые профессии интересно, да и время подходящее. Главное - делать работу настолько хорошо, чтобы ковер-самолет мог бы взлететь в воздух. Не в сказке - в реальности.