Свое дело

Надо быстро бежать

   Ольга Изотова - успешный предприниматель. На вопрос о сути бизнеса она цитирует Кролика из сказки об Алисе: "Чтобы оставаться на месте, надо очень быстро бежать". И добавляет: "Но такая жизнь - совсем не для женщины".

   Почему я выбрал именно Изотову? Может, потому, что производство стульев - это, согласитесь, странный для женщины бизнес. В мэрии Калининграда, куда я обратился за помощью, мне выдали список "бизнес-леди", у которых есть малый бизнесA. Потому что большой - это неинтересно - A "прихватизация" того, что было создано еще в СССР. А малый бизнес рождается из фантазии и энергии отдельно взятого человека. Если же его возглавляет женщина, то это не просто интересно, а даже и поучительно.
   Итак, в рукахA номер телефона. Звоню и слышу: "Ольги Николаевны нет, у нее грипп:" Не повезло - я потянулся к листочку со списком. Вдруг: "Перезвоните через десять минут". Понятно, за это время больной гриппом вряд ли даже до двери родной квартиры доберется, однако на повторный звонок ответила сама Изотова. Выходит, больна, но - на работе.
   Изотова не задавала пустых вопросов типа: "Почему именно ко мне?" и "Зачем вам это надо знать?" - и поначалу я отнес это к естественной рассеянности по причине болезни. Потом убедился - ничего подобного. Это такой стиль общения - пришел, значит, есть нужда, спросили - ответил. Стиль, который мы привыкли называть "западный", хотя на самом деле только его и можно считать нормальным. Что ж, коли так, задам основной вопрос: "Это - ваш бизнес?" Возникла пауза, затем послышалось: "Наш". Тут же: "Не могу сказать, что он только мой". И совсем уже тихо: "Я не одна его начинала". За этими словами, за тоном, каким они были сказаны, чувствовалась какая-то интрига.
   Хотя встречу я начал с того, что попроще:
   - Ольга Николаевна, сколько человек работает в вашей фирме?
   - В цехах сорок, а всего около пятидесяти.
   - А почему - стулья? То есть, простите, почему вы занимаетесь офисной мебелью?
   - Мне все равно, что организовывать. Я всегда занимаюсь своим делом, потому что и по профессии, и по характеру - организатор. Это во мне еще с тех далеких времен, когда я работала в комсомоле. Представьте, затевают стройку и тебе поручают "поднять молодежную активность". Знаете, что это такое - убедить, уговорить молодых людей идти после работы куда-то и вкалывать не за плату, а "по зову сердца"? Так вот, мне удавалось. Потом окончила филологический, затем меня направили в Академию общественных наук при ЦК КПСС, на факультет, который сейчас назвали бы "экономика и менеджмент".
   - Это - по профессии. А по характеру?
   - Больше двух лет на одном месте не задерживалась. Скучно. Было как-то, пригласили бухгалтером в очень хорошую фирму - должность, зарплата высокая. Но я месяц проработала и ушла. Не по характеру. У меня комплекс отличницы: если за что берусь, то стараюсь делать так, чтоб "все блестело". А такое возможно, если ни от кого не зависишь, если все - сама...
   Этот комплекс - в ком сильнее, в ком по самой малости - живет в каждом из нас. Замечали? Берешь тарелку мыть, трешь, трешь, вроде бы блестит. Но тут под пальцем чуешь крошку и тут. И продолжаешь - пока не заблестит. Такое усердие свойственно прежде всего женскому полу, потому школьные медалисты, как правило, девочки. Вот Изотова по жизни - такая.
   Мы сидели в ее весьма скромном кабинете, хозяйка прихлебывала горячий чай и рассказывала историю своего бизнеса, в которой переплелись человеческий характер, житейские обстоятельства и судороги государственного переустройства.
   - Сначала мы занимались рыбой - с подачи наших польских партнеров. "Стулья", как вы говорите, были потом. Так вот, мы получали из Польши селедку, солили ее и отправляли в Россию.
   Странное выражение. И тут я должен оставить "рыбную" тему. Поговорим о вещах "общего плана", которые, тем не менее, имеют прямое отношение к жизни и бизнесу Ольги Изотовой. Из Калининградской области до Варшавы в шесть раз ближе, чем до Москвы. К тому же от Москвы она - за тремя границами: едешь, сначала суверенная Белоруссия, потом независимая Литва, и только потом снова попадаешь в отечество. В котором все - от архитектуры и качества дорог до манеры поведения людей - напоминает о том, что это все-таки "запад". Послушайте, где еще в родных краях возле мусорных урн не увидишь сигаретных "бычков"? Курильщики здесь особо меткие или в чем другом дело? В каком еще городе на улице Менделеева стоит не скульптура великого русского химика, а поставленный еще в довоенные времена памятник немецкому поэту Шиллеру? Или как вам нравится название местного еженедельника - "Страна Калининград"? Новенькая жигулевская "десятка" здесь - экзотика, потому что, не в пример "Ауди" и "Мерседесам", и труднее купить и дороже.
   Знание польского языка тут не считается особым достоинством, как, впрочем, и немецкого. Изотова, к примеру, кроме родного, знает еще три языка и учит итальянский - "лицом к Западу" калининградцы поворачиваются куда охотнее, чем к Москве. Потому еще, что партнеры надежные.
   В общем, когда осенью 1998 года на здешних бизнесменов свалился дефолт и доллар, каким здесь привыкли рассчитываться с "западом", взлетел в цене, "селедочный" бизнес Изотовой приказал долго жить. Вскоре, в 99-м (интересно, есть ли тут какая связь?), в России начался офисный бум - всем захотелось красивой мебели. И тогда прозорливые поляки (предложив, разумеется, свои услуги) посоветовали партнерам заняться именно этим бизнесом.
   - У нас оставались какие-то деньги, мы вложили их в новое дело.
   Изотова так упорно подчеркивала это "мы", что я не удержался:
   - Общество с ограниченной ответственностью подразумевает несколько учредителей. Значит, вы - не одна?
   Изотова легко и непринужденно отвечала на все вопросы, умный и опытный человек, она даже, улавливая выражение моего лица, опережала их.
   - Я понимаю, о чем вы хотите спросить, - вздохнула она. - У меня есть дочь: в двадцать лет я вышла замуж, в двадцать восемь развелась. И, поверите ли, почувствовала огромное счастье - когда человек целыми днями валяется на диване: Понимаете, у меня такая позиция: жить семьей, значит, отдавать всю свою энергию мужу и детям. Подчинять им свою жизнь. Но я не могу подчиняться тому, кому невозможно подчиниться. Муж должен быть во всем выше и сильнее жены.
   Ну, вот: А потом я встретила одного человека. Он стал не только моим другом, но и главным двигателем нашего общего бизнеса. А три года назад он внезапно умер. Сердце...
   Голос собеседницы не дрогнул, но по лицу мелькнула тень.
   - Можно сказать, что дело осталось вам как бы в наследство. И теперь для вас бизнес - это что?
   - Не только для меня, но и для всякого, кто берется за свое дело, бизнес - это образ жизни. Помните, как говорил Кролик у Кэрролла: "Чтобы оставаться на месте, надо очень быстро бежать". Бизнес не знает остановки, перерыва. Но для кого-то он - способ наращивания капитала. А для меня результат не деньги - сколько выпущено продукции или сколько заработано - а то, как хорошо я делаю свое дело. Мне важно, чтобы потребители уважали и ценили мою продукцию. Если хотите, все тот же комплекс отличницы. У нас есть свои склады - в Новгороде Великом, в Питере, в Улан-Удэ, и если что-то где-то оказалось не так, то меняем моментально.
   Улан-Удэ? Господи, где Калининград, а где Забайкалье?! Неужели выгодно через полстраны мебель везти?
   - Представьте себе, да. Офисную мебель не покупают штучно. Покупатели - крупные фирмы, банки - они обновляют мебель каждые полгода.
   Богато живут ребята! Вот уж не думал, что "делать стулья" такой удачный бизнес. Но Изотова охладила мои восторги:
   - Есть у нас заказчики из госбюджета. Обычная практика: договор, производство, отгрузка. И - перечисление оплаты. С бюджетниками ждешь и не знаешь, заплатят или нет.
   Как тут не вспомнить классику: "Ночью стулья, утром деньги, днем стулья - вечером деньги"? Великий Комбинатор прокололся как раз на том, что алкоголический монтер Мельников, получив деньги, забыл про стулья. Тут же картина "с точностью до наоборот": стулья получают, про деньги не помнят. О подобных событиях я и раньше слышал, и везде одно и то же объяснение: "Средства не выделили". Интересно они там свои траты планируют. Хотя - с "большим" бизнесом казенные конторы так себя не ведут. Другое дело - "малый". Кстати, малый бизнес - это сколько? Изотова не смущается:
   - Есть предприятия, выпускающие по двадцать тысяч изделий в месяц. Мы - три тысячи.
   - Хватает?
   - Хватает, - она будто не заметила предложенного вызова. - Качеством нельзя жертвовать: комплектующие из Польши получали, кожу для обивки мы и до сих пор из Италии везем. Хотя чем дальше, тем больше своего вносим. Первые модели мы "слизывали" у итальянцев, а сейчас, скажем, наши бухгалтеры-женщины предпочитают кресла с валиками у шеи и поясницы - чтоб спина не затекала. Мы стали такие производить - да, некрасивые, но "летят в свист".
   - И все годы только кресла - для служащих, бухгалтеров, начальников?
   - Последнее время элементы офиса порознь не покупают - только комплектами. И кроме кресел, мы стали производить корпусную мебель. Сейчас готовимся даже диваны выпускать - представьте себе, пошла мода, чтобы в офисе мягкая мебель была.
   Может, я чего-то не понял: диван - в конторе? Надо полагать, не для красоты: И тут в голову полезли всякие фривольные мысли.
   - Есть спрос - должно быть предложение, - голос Изотовой вернул меня к деловым рассуждениям. - Сейчас наш начальник производства, Анатолий Иванович Михно, как раз офисный диванчик разрабатывает.
   Михно - я уже начал привыкать - говорит обо всем открыто:
   - Конечно, сам - ничего особенного. Я много чего умею. Когда сюда приехал - отставным офицером ВДВ - только сумка с одеждой в руках. Ни жилья, ни денег, пенсия маленькая. Но я же не старик, и руки есть! Зарабатывал тем, что плел из лозы - корзины, столы, этажерки даже. Потом сюда вот поступил, здесь мне нравится.
   - Но одно дело - мягкие кресла, другое - столы, шкафы, тумбочки. Их же и придумать надо, и оснастка всякая требуется.
   - Модели придумать нетрудно, потом по чертежам заказываем детали из ДСП - уже ламинированные - и собираем.
   В общем, для "фирмы" Михно - находка. Он водил меня по цехам, показывал, как пластмассовые гранулы превращаются в детали кресел, как они соединяются в конечный продукт. Красивый продукт, должен заметить, и дело налаженное. Вернувшись к Изотовой, я спросил:
   - Последние три года вы - глава и двигатель своего предприятия. Каково это - женщине быть в бизнесе первым номером?
   Ответила она без тени кокетства:
   - Трудно. В любой другой работе можно передохнуть, найти возможность расслабиться и набраться сил. А здесь - без перерыва. Я не могу уехать в отпуск, и выходных, по сути, не бывает, потому что голова все время занята делами. В общем, все - на нервах. Я вам так скажу: быть в бизнесе первым лицом - это не для женщины. У нас же психология не та. Женщине требуется, чтобы кто-то рядом был, чтобы, когда трудно, поддержал, принял на себя удар. Или хотя бы разделил ответственность.
   Эту особенность легко увидеть даже в школе: мальчишки всегда сами по себе, а девочки стараются парочками держаться. Психология: Так, может, ну его, этот бизнес?
   - Но в него столько сил вложено. Выбор невелик: или бросать, или - "бежать".
   - А есть куда?
   - Перспективы есть. Скажем, таможенные пошлины на сырье повышают, но мы уже все комплектующие делаем сами. А дальше - возможно, закроем сборочный цех и перейдем на производство деталей для кресел. Рынок всегда в движении, и надо только вовремя учитывать, как изменяются "правила игры".
   Не сомневаюсь, комплекс отличницы будет двигать бизнес Ольги Изотовой и дальше. Хотя, согласитесь, трудно бежать, не зная, где финиш. Да и где он - финиш в бизнесе?