Свое дело

Надоело быть бедной

   Еще несколько лет назад она только грустно вздыхала, глядя на красочные проспекты, приглашающие совершить путешествия на Канары или в Париж...

   ама! - ревел в голос девятилетний Вовка. - Я тоже хочу поехать в Италию! Димка с Сержем едут.
   - Ты что, того? - покрутила пальцами у виска пятнадцатилетняя Тамара, его сестра. - Откуда у нас такие деньги? А у них отцы бизнесом занимаются.
   Людмила, их мать, молчала, глядя в окно на развешанное на веревке белье, которое она с самого утра настирала. Ветер полоскал заштопанные простыни, старые джинсы. Она попутно замечала, что рамы на окнах пора менять, они рассохлись. Но где взять денег?
   Как ни была она экономной, но всего, что им удавалось заработать с Лешей, хватало только-только на то, чтобы купить продукты, заплатить за маленькую квартиру на первом этаже старой пятиэтажки и иногда побаловать детей походом в театр.
   Когда Людмила выходила замуж, то считала себя самым счастливым человеком. Леша ей был люб, и она думала, что главнее и важнее этого чувства ничего не может быть. Но рай в шалаше постепенно переставал быть раем. Просыпаясь по утрам, она замечала, что мебель обшарпана, ковер тронут молью, а школьное платье дочке совершенно мало.
   Конечно, это не трагедия. Если были бы деньги, то все можно было бы исправить в одно касание, но в том-то и дело, что на заводе, где они работали с мужем, платили сущие копейки. В стране вовсю шла перестройка, при которой благосостояние одних резко улучшалось, а других - наоборот. Они с Лешей относились к тем, кто наоборот.
   - Я что, никуда не поеду? - продолжал рыдать Вовка. - Я что, хуже?
   Он был еще слишком мал, чтобы вникать во взрослую жизнь, да и не хотел он этого делать. Им двигали желание поехать в названную страну, в детский лагерь для спортсменов, куда ехали его товарищи по секции, и зависть к ним.
   - Может, все и началось с того дня, - рассказывала мне Людмила, с которой мы познакомились в купе поезда, следующего до Самары, - тогда я всерьез подумала о том, что вся моя жизнь может так и пройти в этой тесной квартире, в вечном безденежье, в несбыточных мечтах. И мне стало страшно, а еще обидно, за то, что я ничего не смогу дать своим детям.
   В тот вечер она не могла дождаться, когда с работы придет муж, в ее голове зрели самые смелые идеи.
   - Мы можем, - убеждала она Алексея за ужином, - мы можем жить по-другому, надо только рискнуть, уйти с завода, открыть свое дело.
   Тихий и спокойный Леша не захотел поддержать жену. Он предпочитал синицу в руках.
   И тогда Людмила решила взять инициативу в свои руки. "Почему кто-то другой, - спрашивала она себя, - почему не я?!"
   На другое утро она отправилась в отдел кадров и написала заявление об уходе с работы по собственному желанию.
   - У меня всегда так, - смеялась она, - если что-то загорится, то не отступлю.
   Заявление ей подписали и дали расчет. К полученным деньгам она прибавила те, что одолжила ей подруга. Сделала себе загранпаспорт и отправилась в Грецию, за шубами. Существуют такие туры, когда сама дорога и проживание за рубежом в гостинице стоят недорого при условии покупки товара на определенную сумму.
   С этих шуб и началась ее предпринимательская деятельность. Первый блин не вышел комом, а напротив, принес ей доход. Подсчитала она его и ахнула. Да за эти деньги ей в своем техотделе работать чуть ли не целый год! Удача воодушевила. А тут она познакомилась с женщинами, которые торговали столовыми наборами, которые брали на предприятиях- производителях. Товар у них расходился хорошо, и Людмила тоже решила попробовать. Первые десять наборов она продала удачно, а вот со следующей партией не повезло. Несколько недель стояла она на рынке, мерзла, а покупатели шли мимо.
   - Рекламы нет, - важно встретил ее Вовка. - Хочешь, мам, мы тебе с ребятами поможем.
   Не восприняла она всерьез слова сынишки, и напрасно. Вовка действительно проявил находчивость и выдумку.
   "Не проходи мимо! - вывесил он возле матери на рынке плакат. - Эти ложки и вилки - любимые в семье президента!"
   Покупатели, читая эти строки, конечно, не верили, но останавливались возле Людмилы, рассматривали ее товар и покупали.
   Так Людмила поняла, что при работе с людьми надо быть хорошим психологом. А тут и муж подарил ей книгу Дейла Карнеги. Запоем прочитала ее, и многое будто заново открылось. Захотелось ей чего-то более серьезного, чем челночный бизнес. Тут как раз она узнала о том, что неподалеку от них открывается агентство недвижимости с символическим названием "Шанс". "Может, это как раз для меня", - подумала моя героиня и отправилась на собеседование. Руководитель агентства заставил ее заполнить несколько анкет и внимательно расспросил о том, почему она оказалась здесь.
   В общем, на работу ее взяли. Сначала стажером, а потом, когда ей удалось совершить первую сделку, штатным риэлтером.
   - Там случилось чудо, - скажет она мне, когда мы будем пить горячий чай в двухместном купе и смотреть за окно на мелькающие полустанки. - Я обнаружила, что мне страшно интересно то, что я делаю. У меня оказался прямо-таки талант.
   Людмила бралась за самые сложные варианты продажи и обмена квартир. Зачастую, чтобы удовлетворить запросы своих клиентов, ей приходилось выстраивать длинные цепочки. Семья из Троицка ехала в Одинцово, из Одинцово - в Реутов, а из Реутова - в Троицк: Иногда, чтобы клиент остался доволен, она показывала десятки квартир, но в конце концов находилась та, которая подходила.
   - Чего ты так возишься со всеми? - порой слышала она. - Они сами не знают, чего хотят.
   Отчасти это было правдой. У нее была одна клиентка, которая непременно хотела жить в центре. На имеющиеся у нее деньги фирма могла ей подобрать только старую квартиру с пятиметровой кухней. Людмиле было жаль эту женщину, и она решила переубедить ее. Взяла под предлогом показать квартиру в новостройке, в новом районе. Клиентка, увидевшая квартиру этой планировки, поменяла свое решение. Опытный риэлтер должен быть психологом.
   В итоге все были довольны, фирма получала солидное вознаграждение, а часть его доставалась Людмиле. Можно было бы и остановиться на этом, но ей этого было мало.
    "А почему бы мне самой не попробовать?" - однажды решила она и стала заниматься риэлтерской деятельностью самостоятельно.
   Дело оказалось нелегким, пришлось всерьез проштудировать юридическую литературу, даже взять платные уроки. К счастью, муж поддержал ее и взял многие домашние дела на себя.
   - Мам, ты у нас теперь предприниматель? - спрашивал ее сынишка.
   Она улыбалась в ответ. Иногда все происходящее казалось ей нереальным. Очень долго она вставала по утрам в то же время, как и раньше, когда работала на заводе. Так же долго не могла привыкнуть к тому, что может покупать дорогие продукты или вещи. Так и тянуло на всякие распродажи и вьетнамские рынки. Она и сейчас не расточительна. Хотя при своем достатке может побаловать себя. Иногда она это делает. Но не так часто. Дело в том, что у нее составлена целая программа по устройству своей жизни. Первым пунктом этой программы была смена квартиры. Несколько месяцев назад она осуществила задуманное. Переехала из хрущовки в современный дом. Когда вошла в просторную кухню, то заплакала. Домашние ей говорят, мол, радоваться должна, а ты в слезы. А она в ответ: так, мол, потому и плачу, что поверить не могу в случившееся, так долго мечтала. Промечтать, однако, можно всю жизнь, а моя героиня сама, своими руками, сделала все это реальностью.

   - Оказывается, - говорила она мне, - что мы многое можем, только у многих не хватает смелости. Пусть немного, но стабильно, рассуждают некоторые мои подруги, а там неизвестно как. Эта неизвестность всех и пугает, - на миг она задумывается: - Я тоже очень боялась, но так захотелось материального благополучия, что это желание оказалось сильнее страха.
   Рассыпались на крохотном столике в купе цветные фотографии: здесь она с мужем на море, а здесь - возле древних пирамид с улыбающимся светловолосым мальчуганом:
   - Это мы с Вовкой в Египте, а здесь - в Италии.
   Торопится скорый поезд, за светящимися окнами домов маленьких станций своя жизнь. Сколько людей - столько и судеб. Иные все свои несчастья сваливают на судьбу, но есть те, которые берут инициативу в свои руки, и тогда судьба к ним благосклонна.
   Мы очень долго проговорили с ней в тот вечер. Говорили о детях, о любви, о мужчинах.
   - Мы привыкли ждать, - горячо рассуждала она, - что мужчина должен быть главой семьи, должен зарабатывать и быть опорой. Но так бывает далеко не всегда. Да и некоторые женщины не хотят быть на вторых ролях. Им доставляет радость то, что они сами чего-то могут. Я, когда заработала первые приличные деньги, то зауважала себя. Это состояние трудно описать.
   Она рассказывала мне о своей знакомой, у которой муж занимает солидную должность и очень хорошо обеспечивает семью. Но, несмотря на это, его жена продолжает иметь свое дело. У нее свадебный салон, и она ни за что не хочет отказываться от работы.
   - Муж мужем, - рассуждает она, - но я и сама чего-то стою.
   :Расставались с Людмилой мы уже как добрые подруги. Она взяла с меня слово, что я обязательно побываю у нее в гостях, если случится мне побывать в Троицке.
   И вот встреча. Мы идем с ней по просторным и чистым улицам ее города, любуемся соснами, которых здесь великое множество.
   - Вот эти дома не очень красивы, - показывает она мне панельные дома по левую сторону, - но квартиры здесь удобные, кухни от восьми метров, подсобных помещений много. А те, - машет она рукой, - те только внешне хороши.
   Я непонимающе смотрю на нее. Она спохватывается и начинает смеяться, громко, заразительно.
   - Я уже так в свою профессию вошла, - поясняет она мне, - что иду по улице и смотрю на дома, как на объекты своей деятельности. Ночью меня разбуди, и я расскажу, где, что, почем. Главное, что все это мне интересно.
   Дома у Людмилы не смолкает телефон. Вежливый автоответчик просит оставить у позвонивших людей координаты и уверяет, что им обязательно перезвонят.
   - Когда я только начинала, мне было неведомо, что меня ждет, - Людмила приглашает меня в гостиную: - О том, что все так изменится, я даже не могла мечтать.
   Она выходит из комнаты и возвращается с подносом, на котором чашки со свежим кофе и сладкий пирог с розочкой посередине.
   - Но я сделала это.
   К ее словам мало что можно добавить.