Традиции

Не подшиты, новеньки!

   Прима русской песни Лидия Андреевна Русланова прославилась исполнением песни про... валенки (если кто запамятовал, в песне речь идет о старых и не подшитых валенках, которые стыдно надеть, чтобы к милому сходить). Многое изменилось с тех пор. И песни, и исполнители, и, естественно, мы. Но валенки остались неизменными нашими спутниками, и в них мы уверенно входим в третье тысячелетие...

   Сначала водитель еще нащупывал колесами заснеженную дорогу, но в середине поля мы встали окончательно. Решили так: мы с Любовью Петровной идем пешком, а шофер не спеша поведет свой старенький "Москвич-412" в объезд. Два лишних человека для бывалого авто - существенная ноша. Благо, снега в этом году немного, поэтому путь наш был даже приятным. Главное - не угодить ногой в одну из борозд, коварно замаскированных снегом.
   Под ласковое его шуршание Любовь Петровна Изюмова объясняет, почему валяльное производство расположилось в такой глуши, почти в 85 километрах от Вологды. Его нельзя разместить в черте города, потому что для смеси волокон шерсти используется серная кислота. К тому же здесь, на Вотче, очень трудно найти работу и дополнительные 10 рабочих мест населению этой почти Богом забытой местности очень даже не помешают.
   Валяльное производство возникло на Вотче не случайно. Еще в старинные времена вотчинские катали (так зовут мастеров по изготовлению валянной обуви) славились на всю округу. И, что самое интересное, только здесь до сих пор валенки катают старинным ручным способом. Но о причине сохранения старинной технологии Любовь Петровна обещала рассказать позже.

   Дело в том, что мы пришли. И знаете, какое чувство охватило меня сразу после того, как я зашел в цех? Что все это когда-то я уже видел! Очень скоро я вспомнил, где. На фотографиях рубежа XIX и ХХ веков работы Дмитриева. При созерцании тех старинных фото я еще удивлялся: вот ведь, какие колоритные мастеровые были. Хоть картину пиши! И вдруг, представляете, ты будто переносишься на столетие назад...

   Раньше здесь, под деревней Севастьяново, приписанной к Вотчинскому сельсовету, находился... аэродром. Сейчас сельскохозяйственная авиация, мягко говоря, не в чести, и в кирпичный дом, некогда являвшийся авиадиспетчерской, въехало валяльное производство.

   Таинство изготовления настоящих валенок состоит из множества непростых этапов. Характерно здесь и разделение труда. Каталей, как таковых, нет, но зато имеются три своеобразные профессии: из 10 работников в артели имеется 1 шерстобит, 3 закладчика и 5 стираков. Ну, и директор, естественно. Шерстобит и закладчик - профессии женские, стирак - мужское дело: здесь нужна недюжинная физическая сила.

   - Я в этой системе работаю всю жизнь, - рассказывает Любовь Петровна, - когда после техникума меня направили в Вологодский комбинат бытового обслуживания, моя первая командировка была как раз на Вотчу. И первое, что меня здесь буквально заставили сделать - это самой свалять валенки. Был здесь завмастерской, Киселев Иван Палыч, он мне сразу так и сказал: "Если сами не попробуете - ничего не поймете в нашем труде..." Так я первый раз узнала, "с чем едят" эти валенки. А было очень тяжело, особенно в стирке. А скоро я стала директором. Были у нас и другие производства, а вот катален насчитывалось две. Вторая катальня была в Высокове, но там все мастера вымерли, а в Вотче мы таки успели научить новых каталей, и сохранили производство. Ведь мы единственные, кто делает валенки ручным способом. Шерсть у нас замечательная, лечебная. Берется только с овец романовской породы, и валенки наши на все сто процентов состоят из шерсти. Они и мягкие, и усадку не дают. На фабриках все-таки хитрят, добавляют синтетику, а у нас все по-честному...

   Кстати, я припомнил, что на импортной обуви (я имею в виду кожаную) изготовитель всегда в гордостью пишет: "хенд мейд", что значит "ручная работа". Такая обувь ценится намного дороже, и не только из-за качества, но оттого, что несет в себе тепло рук мастера.
   А начинается процесс изготовления валенка с того, что шерстобит раздергивает шерсть - сначала руками, разбивая свалявшиеся комки, а потом на специальной шерстобитной машине (единственное механическое приспособление на весь цех). В машину запускают не всю шерсть сразу, "чохом", а только то количество, которое необходимо для изготовления валенка определенного размера (в среднем около 2,6 кг на пару). Затем следует процесс "закладки", выполняемый, естественно, закладчиками (точнее, закладчицами). Он идет с помощью "повала" и воды. "Повал" делается из чистого льна, и он потом будет определять форму валенка. Женщины аккуратно "укатывают" полуфабрикат до тех пор, пока шерстяные волокна надежно не скрепятся между собой.
   После работы закладчика получается "колпак", он плоский и размер его настолько велик, что, кажется, будто валенок делается для великана. Потом, в процессе доработки, "колпак" будет все больше и больше садится, приобретая нормальный размер. И здесь к работе приступает стирак. В специальный чан с кипятком, куда добавляется чуть-чуть серной кислоты (чтобы валенок не развалился), "колпак" замачивают, а затем "стирают" на специальном верстаке. Это действо повторяется неоднократно, причем "колпак", в мокром виде весящий 15 - 20 килограммов, нужно непрерывно крутить, - такой труд приемлем только для весьма неслабых мужчин.
   Стирак для работы использует простейшие приспособления, не изменившиеся за последнее столетие ни на йоту: валек, каток, катушку, крякалку, пруток. Вещи эти примитивны, но зато помогают быстро выжимать воду из "колпака", и сбивать, сбивать, сбивать шерсть... В конце концов от качества "стирки" (читай: старания стирака) будет зависеть срок службы валенка. Если фабричный валенок носится один сезон, на Вотче вам гарантируют две зимы, но на самом деле вотчинский товар прослужит 5, а то и 8 лет.
   После "стирки" стирак натягивает "колпак" на колодку соответствующего размера, и все это ставится в сушилку, не меньше, чем на 14 часов. Затем валенок снимают с колодки, старательно счищают ворсинки наждачными кругами. Самый последний этап - обрезка голенища. После этого валенок считается готовым.
   Ныне катальный цех на Вотче - частное производство. Называется предприятие ООО "Сервисбыт". Давно уже у нас укоренилась традиция, согласно которой основные трудности и перипетии частного дела ложатся на хрупкие женские плечи. В данном случае это плечи Любови Петровны (владелицей предприятия является ее сноха Наталья). В качестве частного предприятие существует чуть больше года. Любовь Петровна продолжает рассказ:
    - В 92-м, когда система бытового обслуживания начала разваливаться, мы организовали в Вологде цех по пошиву меховых изделий. Так получилось, что кому-то мы не пришлись "по вкусу" и нас... ну, считайте, вынудили закрыться. Кое-что из площадей мы смогли выкупить коллективом. Видите ли, в те годы было много обмана, нас даже поджигали, в январе 2000-го мы ликвидировались. Решили: не стоит бороться и лучше уйти по-тихому. А я сдаваться не хотела, и с 15 ноября 99-го у нас был уже "Сервисбыт". На сегодня предприятие убыточно. Дело в том, что все средства я вкладываю в производство: недавно вот купили кардоленты для шерстобитной машины. Самое обидное - это то, что нам за электроэнергию установили коэффициент "20". То есть мы платим в двадцать раз больше, чем обычные потребители. Такую "планку" установили энергетики из-за удаленности и еще ряда причин. А производство у нас энергоемкое и получается, что больше четверти себестоимости валенок составляет электричество. Но я давно убедилась в том, что производителя у нас поддерживать не любят...
   ...В обеденный перерыв немного поговорили с самими работниками, "каталями". Все они из соседних деревень: Константиново, Мордасово, Севастьяново. Местный совхоз имени Клубова живет неважно, последний директор привел хозяйство к банкротству. На вопрос - почему пошли в катали? - отвечали стандартно: "Дак, надо работать где-то... Или в Москву надо ехать, бани строить, или лес рубить, или... вот, в катали пошли. В стираки". В общем, насколько я понял, мастера пришли сюда не за идею работать...
   Кстати, Любови Петровне необходимо было забрать в город двух мастеров - закладчика и стирака, на завтрашний день в Вологодском районе, в селе Васильевское, назначен был областной праздник каталей "Мне без валенок беда". Закладчица собралась быстро, а вот самого лучшего своего стирака директор так и не нашла. То ли он застеснялся поехать на столь необычное мероприятие (такой праздник проходил вообще в первый раз), то ли банально запил. Как бы то ни было, поехали без него.

   В городе Вологде живет замечательная женщина Антонина Сергеевна Аввакумова. Именно она придумала праздник каталей (собственно, она меня на него и пригласила). Но придумать - это одно дело, а вот найти деньги... Антонина Сергеевна, я знаю, мытарствовала с этим праздником еще с прошлого года, и вот, как только получил весточку от Аввакумовой, выехал незамедлительно, так как знаю: будет здорово. И нужные средства, значит, "выбить" смогли.
   Под крышей Дворца культуры и спорта села Васильевское состоялось не только театрализованное действо, но и развернулась настоящая ярмарка валянной обуви, на которую приезжали многие - и из областного центра, и из деревень - за валенками. Товар "разлетался" очень даже интенсивно. Гости могли посмотреть выставку катального дела и понаблюдать за трудом каталей.
   ...А в Сибири каталей называют "пимокатами". Да и валенки на просторах нашей бескрайней родины в разных местах по-разному величаются: "катаниками", "пимами", "чесанками". Но, что важно, форма и технология изготовления одинаковы везде.
   И обязательно в любом, даже самом захолустном, угле, почитается и уважается человек, умеющий скатать теплые и прочные валенки. И в чем я имел удовольствие убедиться, так это в том, что мастера на Руси, если и переведутся, то о-о-о-чень нескоро. Так что, в третье тысячелетие мы, россияне, уверенно входим... в валенках!